Онлайн чтение книги Прости нам грехи наши Forgive Us Our Sins
1 - 35

Глава 35

У Хи напрягла всё тело и повернула голову. Подалась вперед. У Дже Хёк с глухим стуком повалился назад. У Хи оседлала его, бесцеремонно вторгаясь языком в его рот, словно насилуя его.

Дже Хёк, застигнутый врасплох, на мгновение замер, но вскоре грубо схватил её за волосы.

Поцелуй был похож на борьбу. Они сцепились, как животные в период гона, кусая друг друга. Не чувствуя боли, не думая о грязи, они жадно пили слюну друг друга.

Порочное желание внутри У Хи разрасталось. Тело горело всё сильнее. Внизу всё сжалось. У Хи предпочла закрыть глаза.

Она знала, что это желание станет её грехом. Что она будет наказана за то, что совершила. Но дело было сделано, и это лишь добавляло еще один грех к множеству других.

— Я же сказала, говори красиво.

Прерывистое дыхание У Ён касалось лица Дже Хёка. Несмотря на то, что она задыхалась, взгляд её был пугающе свирепым.

Её длинные растрепанные волосы щекотали его шею и подбородок. Руки, сжимавшие его воротник, мелко дрожали, а промежность женщины, сидевшей у него на животе с разведенными ногами, была влажной. На ней был только халат, который он на неё надел.

Тело вело себя распутно, но лицо оставалось чистым и бледным. Падшая святая или благородная блудница — невозможно было разобрать. Хотелось просто смотреть на её лицо, озаренное лунным светом.

С запозданием Дже Хёк усмехнулся. Он снова понял, что потерял голову. Снова чувство, что Шин У Ён втягивает его в свою игру. Он позволил ей играть, потому что это было забавно, но теперь она совсем обнаглела.

Он потянул её за затылок вниз. Слабое тело беспомощно подалось вперед. Он почувствовал мелкую дрожь в её пальцах, которыми она едва опиралась о его грудь. Это было и жалко, и мило. Женщина, которая даже своим телом толком не владела, казалась ничтожной.

Такая слабая.

— Тогда веди себя красиво.

Его рука скользнула по её спине. У Хи сразу поняла, что он имеет в виду под «красивым поведением». Раздвинуть ноги и принять его. Она слабо усмехнулась.

Она опустила руку и коснулась его огромного члена, который, казалось, готов был проткнуть её живот. Всё равно этот мужчина хочет от неё секса, и он не отпустит её отсюда, пока не получит своё.

Она говорила себе, что просто возвращает долг. Что просто повторяет то, что сделала мать Чан Ха Рин, украв отца у её матери.

Она снова и снова оправдывала свои действия, но в глубине души знала: в этот момент она просто хотела У Дже Хёка.

Хотела испачкать этого мужчину. Сломать его. Желание, с которым она не могла совладать, нарастало.

Он распахнул халат. Она сжала головку члена сильнее. Он по-прежнему был пугающе огромным.

Но теперь это не пугало её так, как раньше. Может, из-за всех тех ласк, что она получила от У Дже Хёка за эти пять дней? Теперь мысль о том, что принять его внутрь физически невозможно, исчезла.

— Рад, что ты не пожалеешь.

— Вдруг столько энтузиазма.

— Так ты не будешь этого делать?

Спокойно спросила У Хи. Ей было всё равно, если они не сделают этого. Можно было просто отпустить её. Даже если ничего не произойдет, факт того, что она провела с ним ночь, останется неизменным.

Но Дже Хёку, похоже, не понравилось её безразличное лицо.

Внезапно он схватил её за икры и развел ноги еще шире. Заставив обвить ногами его талию, он рывком поднял У Хи. От ощущения полета закружилась голова. Чтобы не упасть назад, она крепко обняла его.

— Я не люблю, когда на мне виснут.

— ...Тогда опусти.

— Прощаю. Нам же нужно заняться сексом.

И в самый неожиданный момент он бросил У Хи на кровать. Плюх — она упала на ягодицы, но на мягком матрасе было не больно. Дже Хёк снял халат и отшвырнул его в сторону.

В полумраке спальни его рельефные мышцы были отчетливо видны. Огромное, красивое и угрожающее тело.

Она видела его много раз за эти пять дней, но снова засмотрелась. Он открыл ящик тумбочки у кровати. Достал что-то и бросил рядом с У Хи.

Пачка нераспечатанных презервативов.

— Держи слово.

— Какое слово...

— После всего не ной, не липни и не меняй показания.

Эти слова он сказал когда-то в ресторане Мён Ын Джу. Кто тут еще ноет. У Хи было нечего сказать.

— Ты тоже...

Не надоедай мне. Она не смогла договорить.

У Хи прикусила губу и отвернулась. Посмотрела на ночное небо, заполнившее всё окно.

Его нежность в последние дни — всё это было ради этого момента. Мужчина, который ждал этого.

Всё равно, когда этот день пройдет... Когда эта ночь закончится, мужчина и его нежность исчезнут, и в итоге я буду наказана. Но сейчас, что бы ни было, просто...

— Я тоже?

— Вставь уже быстрее.

Вставь и покончи с этим.

В тот момент, когда она подумала об этом и посмотрела на Дже Хёка, он впился в её губы. Голова запрокинулась, губы были захвачены, тело отклонилось назад — но ощущение было таким, словно она падает в бездну всем телом. В бесконечную пропасть.

***

— Не понимаю, чего ты добивалась.

Хаа, хаа. Жалкие стоны женщины эхом раздавались в спальне.

— Сама же просила вставить быстрее. Я вставил, и что теперь?

Женщина, которая вела себя так активно, как никогда. Кусала его губы и шею так яростно, словно собиралась сожрать его, и он подыграл ей.

А теперь, стоило ему только войти, как она начала задыхаться, словно умирает. И даже сейчас, возмущенная его словами, она смотрела на него покрасневшими глазами.

Дже Хёк, прислонившись спиной к изголовью кровати, пристально смотрел на У Ён, сидящую у него на бедрах и всхлипывающую. Было смешно наблюдать, как Шин У Ён, обхватив его за шею, изо всех сил старается не упасть и не потерять сознание.

— И это тот секс, которого ты так хотела?

Она едва держалась, прилипнув к его телу, но взгляд оставался всё таким же строгим и высокомерным.

У Ён издавала тонкие стоны, с трудом выдерживая одно лишь проникновение. Неужели это тело женщины, у которой, по её словам, было бесчисленное множество мужчин?

— Это тот секс, ради которого ты меня так изводила?

Дже Хёк скрутил сосок, зажатый между пальцами. Ах! Женщина издала жалобный стон и уронила голову ему на плечо. Её беспомощные движения вызывали усмешку.

Пришлось обнять маленькое тело, которое всё время норовило упасть. Неужели это тоже часть её игры? Стоит ему чуть поднажать, как она ведет себя так, будто теряет сознание. Раздражает неимоверно.

Но если это был план, то он сработал. Он был готов взорваться еще в тот момент, когда она насадила себя на него, но то, как она дрожала от каждого его движения, возбуждало еще сильнее.

Дже Хёк тоже был на пределе. Даже после пяти дней подготовки она была чертовски узкой.

— Секс... это...

Терпение лопалось, он с шумом выдохнул.

Тихий голос У Ён, донесшийся из-за плеча, снова заставил его рассмеяться. Кажется, она действительно потеряла рассудок. Понимает ли она вообще, что несет?

— Что ты сказала?

— Это тоже... хнык... секс...

Он провел рукой по телу У Ён и остановился на ягодицах. Смех вырывался сам собой. Значит, для Шин У Ён просто с трудом проглотить его член — это уже великий секс.

Тихо посмеиваясь, он сжал мягкую плоть её ягодицы. Притянул лицо У Ён к себе и посмотрел в глаза. Хотелось, чтобы слезы, стоящие в её покрасневших глазах, наконец пролились.

Лицо, которое пробуждало в нем садиста. Подумав об этом, он резко толкнул бедрами вверх. Бац!

— Нет, вот это — секс.

— А..!

И началось.

— А! Хнык! Мм! А, а, ах, а, хаа!

Тело У Хи подбрасывало в воздух и с силой роняло обратно. Грудь колыхалась и подпрыгивала не в такт движениям.

Она не могла держать голову и опустила её. Она видела, как темно-красная плоть быстро входит и выходит из влажного лона. Это выглядело ужасно. Определенно ужасно, но странное чувство поднималось от кончиков пальцев.

Казалось, тело сейчас разорвется пополам. В нее вбивали толстый кол. Она не могла прийти в себя. Глубоко вошел, быстро вышел, снова глубоко вошел. Вокруг всё блестело от влаги и пенилось, она больше не могла на это смотреть.

— А, а, а-а, ах..!

Тело беспомощно качалось. Голова запрокинулась назад. Дже Хёк притянул падающее тело к себе и уткнулся носом в её грудь.

Высасывая воображаемое молоко, он с силой вгонял член внутрь. Секс с этим мужчиной был грубым. Такого грубого и непристойного секса у неё еще никогда не было.