Женщина была пьяна. Она даже не могла толком держать голову. У Дже Хёк смотрел на то, как её голова безвольно клонится набок, с холодным пренебрежением. Глядя на его лицо, казалось, что он сейчас бросит её и уйдет…

Но он оставался рядом. Пытался поднять её лицо, поддерживал её хрупкое тело.

Однако женщина продолжала отбиваться от рук У Дже Хёка. Казалось, он её раздражает.

Длинные распущенные волосы скрывали её лицо. Ха Рин изнывала от желания рассмотреть её получше.

У Дже Хёк что-то прорычал ей со злым лицом, а женщина что-то пробормотала в ответ, не уступая. Непонятно, что она сказала, но бесстрастный У Дже Хёк вдруг коротко рассмеялся.

И вдруг укусил женщину за ухо. Потом коснулся губами её носа, щеки и подбородка. Женщина всё так же вертела головой, выражая недовольство.

Смех У Дже Хёка едва слышно разнесся по парковке. Ха Рин не могла понять причину этого смеха.

В одно мгновение Дже Хёк подхватил женщину и закинул себе на плечо. Игнорируя её брыкания, он снова зашагал через парковку.

В профиль лицо Дже Хёка выглядело усталым. Но то, как настойчиво он проверял её состояние, выдавало его. И то, как он время от времени прижимался губами к любой части её тела, до которой мог дотянуться. На тыльной стороне ладони, крепко державшей женщину, вздулись вены.

У Дже Хёк прошёл прямо перед машиной Ха Рин. Женщина, висевшая у него на плече, в этот момент подняла голову. Её лицо было расслабленным от опьянения и затуманенным. Медленно моргая длинными ресницами, она смотрела пустым взглядом.

Это лицо и этот взгляд были до боли знакомыми. Сердце Ха Рин, предчувствуя неладное, забилось с бешеной скоростью: тук-тук-тук. И в тот момент, когда лицо женщины открылось полностью, Ха Рин ахнула.

Она поспешно зажала рот рукой, но не могла отвести глаз. Подалась вперёд всем телом, словно собираясь выпрыгнуть из машины. Глаза неотрывно следили за женщиной. Сердце колотилось так, словно его подожгли. Язык онемел от шока, она не могла издать ни звука. И всё же в ужасе кричала про себя снова и снова:

Сумасшедшая. Ты сошла с ума, Сон У Хи.

***

Пьяная с самого утра женщина шаталась по его дому, как ребенок.

— Я заблудилась.

Внезапно позвонила и начала нести чушь.

— Хочу домой, но… не знаю, где я.

Этот звонок раздался сегодня в три часа дня. И тогда Шин У Ён говорила как ребенок.

— Забери меня.

Слушая этот наивный приказ, Дже Хёк невольно усмехнулся.

Причиной снова были эти чертовы кулинарные курсы. Сказала, что пила соджу с самгёпсалем с другими учениками с самого утра. Расставшись с ними, она вроде бы пошла домой, но вдруг очнулась и поняла, что вокруг незнакомое место.

Дже Хёк потрогал губы с озадаченным видом и хмыкнул.

Нужно было рявкнуть, чтобы разбиралась сама. Сказать холодно, что занят. Сказать, что встречается с кем-то важнее неё, и повесить трубку.

В тот момент он был в Чхонгун-доне, играл в бадук с дедом, к которому давно не заходил. Общение с дедом было куда важнее, чем поиски пьяной Шин У Ён.

Повесив трубку и вернувшись в кабинет деда, Дже Хёк специально проиграл партию. Дед, заметивший его умышленный ход, нахмурился. Дже Хёк улыбнулся и невозмутимо сказал:

— Я, пожалуй, пойду.

— Куда такая спешка?

— Кошка, с которой я в последнее время играю, сбежала из дома.

Кошка? Дед прищурился. Его глаза, блестевшие как стеклянные шарики, сверкнули подозрением.

— Если сбежала сама — пусть бежит. Зверя, который не знает хозяина, не знает своего места и не ведает благодарности, обратно не принимают.

Он ответил деду, что так и сделает, и покинул Чхонгун-дон.

Это был огромный особняк, построенный в стиле ханок. Идя по длинной галерее, он вдруг подумал: а какой кошкой была бы Шин У Ён? Первой на ум пришла породистая кошка с белой пушистой шерстью.

Кошка, которую разводили ради выгоды, которую кто-то купил, а потом выбросил, и теперь она бродит по задворкам города.

От этой мысли руки зачесались. Захотелось погладить Шин У Ён по голове. Он думал об этом, проходя через гостиную главного дома.

— Заканчивай с этим.

Его отец, У Тэ Ён, перелистывая газету, сказал это так, словно говорил о погоде.

— Помолвка уже скоро.

Значит, он знал. Учитывая характер Дже Хёка, то, что он так долго возится с одной женщиной, не могло остаться незамеченным. Но отец, наблюдавший за его многочисленными похождениями, видимо, решил, что и эта женщина — лишь очередное мимолетное увлечение.

— Я сам разберусь.

Дже Хёк коротко ответил и вышел из дома. Сев в машину, он снова позвонил ей. Уговаривая и успокаивая пьяную женщину, он выяснил её местоположение. У Ён сидела одна на скамейке автобусной остановки в незнакомом районе.

Лицо У Ён, безучастно наблюдавшей за автобусами и людьми, казалось призрачно бледным. Глядя на это лицо, которое, казалось, вот-вот исчезнет, как мираж, он снова разозлился. Смеяться больше не хотелось.

Он раздраженно посигналил. У Ён обернулась на машину Дже Хёка. Увидев его за рулем, она улыбнулась.

От этой мимолетной, прозрачной улыбки мысли на мгновение замерли. Казалось, время остановилось. Окружающий фон размылся, шум исчез. В застывшем мире двигалась только Шин У Ён.

Женщина, вставшая со скамейки и шатко идущая к нему, напоминала фею. Эта женщина нагло открыла дверь пассажирского сиденья и, обдав его запахом алкоголя, поцеловала. В этот момент она казалась самой соблазнительной женщиной в мире.

Это была привычка, которую привил ей сам Дже Хёк. У Ён лишь неуклюже втянула его губы. От такого поцелуя сердце не должно было колотиться как бешеное. И всё же он на мгновение потерял способность думать и двигаться.

На этот раз У Ён сказала тоном королевы:

— Поехали домой.

Больше не сдерживаясь, он впился в её губы, кусая их. И только потом запустил руку в её густые волосы.

Он привез её домой, как она и просила, но У Ён снова закапризничала.

— Здесь мне теперь скучно.

Дже Хёк рассмеялся. Её выходки, которыми она вертела им как хотела, больше не злили.

— Сегодня я хочу к У Дже Хёку домой.

— Отвези меня к У Дже Хёку.

— Если подумать, я ни разу не была у тебя дома.

В это время он держал её за щеки и играл с ней. Прижавшись губами к её уху, он дразнил его зубами и языком. Он лип к ней, как животное в период гона, а У Ён канючила, как ребенок.

— Не сюда. Отвези меня к У Дже Хёку, говорю.

Или нет. Тон был властным, как у королевы.

Ему не понравилось такое высокомерие.

— Если отсосешь мне прямо здесь.

Женщина, не понявшая слов Дже Хёка, захлопала большими глазами.

— Если заставишь меня кончить своим ртом прямо здесь, отвезу.

Он сказал это, потому что не собирался пускать У Ён к себе домой.

С тех пор как стал жить отдельно, он ни разу не приводил женщин домой. Ему было лень возиться с теми, кто после этого возомнил бы себя особенным.

— Грязно…

Как и ожидалось, У Ён нахмурилась.

— Это правда грязно.

Она морщилась, всем видом показывая отвращение. Он знал, что Шин У Ён отреагирует именно так. Знал её брезгливость, поэтому и сказал.

Но то, как быстро она потеряла интерес и отвернулась, задело его гордость. Значит, её желание поехать к нему было таким поверхностным и ничего не значащим капризом.

У Ён с лицом, на котором не было ни капли сожаления, попыталась выйти из машины. Но Дже Хёк не дал ей этого сделать. Заблокировав двери, он нажал на газ и направился к своему дому.

В итоге, проникнув в его дом, У Ён прилипла к панорамному окну в гостиной. Осмотрев дом без спроса, она уставилась на Ханган, окрашенный багровым закатом. Она стояла так, оцепенев, уже несколько минут, и выглядела донельзя наивной.

Может, это выражение лица и поведение — тоже уловка, чтобы соблазнить меня? — подумал он.

Дже Хёк сел на диван, откуда лучше всего было видно Шин У Ён. Любуясь женщиной, он вспомнил отчет Чхве Мун Гю, полученный сегодня утром.

— В ходе расследования по Шин У Ён, которое вы поручили, обнаружились странности, о которых я хочу доложить немедленно.

Недавно, возвращаясь в Корею, он приказал Чхве Мун Гю провести глубокую проверку Шин У Ён. Не ту поверхностную, что была полгода назад, а полную, вскрывающую всё её прошлое и следы.

  ✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению!  ➡️ Fableweaver