Я не смогла ничего сказать в ответ на ответ Хёк Доджина и быстро перевела взгляд на Мандо. Я думала, что Мандо добавил бесполезное объяснение.
Было бы лучше просто сказать, что это Сасук, и закончить на этом, я подумала, что нет необходимости вспоминать историю покойной матери Хёк Доджина.
Я была единственной, кто чувствовал беспокойство из-за того, что спрашивала без причины, поэтому поджала губы. Я чувствовала, что должна что-то сказать, но не могла легко открыть рот, поэтому немного подумала и медленно попыталась выговориться.
Но перед этим послышался голос Хёк Доджина.
— Все нормально. Это произошло более десяти лет назад, а теперь я забыл об этом, так что не надо корчить такое лицо, Соволь.
— …Думаю, я спросила что-то бессмысленное.
— Это была история, которую я все равно рассказал бы тебе позже. Сасук десятилетиями жил один в горах, поэтому он часто говорит такие вещи, потому что у него нет такта, но мне просто было неловко, потому что я не знал, как поднять эту тему здесь.
Я тихо кивнула в ответ на его слова. Мне ничего не оставалось, как согласиться. Хёк Доджин мягко улыбнулся и посмотрел на меня, прежде чем отвести взгляд.
— Как он уже сказал, Сасук был крестным отцом моей матери. Поэтому я многому научился у Сасука с самого детства.
— Хе-хе, разве ты не рад, что не узнал о моих недостатках?
— Вы этим гордитесь?
Хёк Доджин глубоко вздохнул, глядя на Мандо, который неторопливо улыбался. Хёк Доджин посмотрел на него, скрестив руки, и тихо сказал:
— Как долго ты планируешь остаться на этот раз?
— Прошло 10 лет с тех пор, как мы виделись в последний раз, но ты уже думаешь, что пора расстаться? Вы бессердечны, Согёджу.
— Боюсь, ты уйдешь, ничего больше не сказав. Точно так же, как тогда.
Рот Мандо, который раньше улыбался, слегка опустился. Он посмотрел на Хёк Доджина спокойными глазами и сказал:
— Я никогда не уйду, не сказав ни слова, как тогда.
Когда это случилось? Это история десятилетней давности, о которой продолжают упоминать?
Я не могла понять общего знаменателя между ними, поэтому спокойно выслушала историю. Затем, когда оба человека одновременно закрыли рты, естественно, наступила тишина.
Я потерла чашку в руке и тихо наклонил голову. Неловкая атмосфера продолжалась, и я не могла открыть рот. Не нужно было этого говорить.
Пока я наклоняла голову, ожидая, пока кто-нибудь заговорит первым, я почувствовал на себе взгляды. Когда я оторвалась от чая, Мандо смотрел на меня.
На его ровном рту играла тонкая улыбка. Когда мы встретились глазами, Мандо выпрямил спину и откинулся на спинку стула.
— Я сожалею об этом. Я попросил Моён Соджо поговорить со мной, но она просто сидела тихо и не разговаривала со мной... Пожалуйста, прости меня.
— Нет, не волнуйся. Все в порядке.
Я слегка покачала головой, и Мандо продолжил тихо говорить.
— Ты добрая, Моён Соджо.
— Это так?
Точнее было бы сказать, что мне это не особо интересно. Я оторвала губы от чашки и наклонила голову. Мандо ответил тихо.
— Ты очень похожа на человека, которого я когда-то знал. А еще он был добрым и аккуратным. Он был человеком, который всегда приносил утешение окружающим.
Из его уст вырвался небольшой смешок. Мандо, откинувшись на стуле, слегка приподняв подбородок и чуть приподняв глаза, словно о чем-то думая, медленно открыл рот.
— Вот почему его все любили.
— Думаю, он был великим человеком.
— Он был прекрасным человеком. Он был красивым человеком. Но в то же время мне было жаль человека, который молился.
— Почему?
Я спросила с озадаченным видом. Мандо посмотрел на меня, на мгновение поколебался, а затем тихо заговорил.
— Потому что его любили все, а не один человек. То есть.....
— Сасук.
Слова Хёк Доджина проникли в голос Мандо, который лился спокойным потоком. Глаза были сосредоточены на нем. Хёк Доджин посмотрел на Мандо и тихо покачал головой. Словно говоря ему остановиться.
С этими словами Хёк Доджин встал.
— Было приятно встретиться с тобой сегодня, Сасук. Я хотел бы поговорить еще, но время кажется неподходящим. Как насчет того, чтобы встретиться позже отдельно и поговорить?
Мандо спокойно посмотрел на Хёк Доджина, и его слова ясно провели черту. Вокруг царила опасная атмосфера, как будто могла произойти какая-то авария.
Мандо посмотрел на него с неопределенным выражением лица, затем мягко улыбнулся и кивнул.
— Это было бы чудесно.
Ответив кратко, он повернул голову, чтобы посмотреть на меня, и сделал извиняющееся лицо.
— Я хотел поговорить о том и о сем, но, думаю, нам придется найти время позже. Спасибо за ваше драгоценное время сегодня, Моён Соджо. Надеюсь, мы сможем поговорить еще немного, когда увидимся в следующий раз.
Спокойно кивнув головой в ответ на его слова, я тоже встала. Мандо последовал моему примеру, встал, отступил и слегка склонил голову.
— Тогда увидимся позже. Согёджу.
Было приятно видеть его спину, когда он обернулся после этих слов. Я закатила глаза, наблюдая, как он выпрямляет спину и выходит из комнаты. Хёк Доджин, который все еще строго смотрел на Мандо, повернул голову, как будто почувствовав мой взгляд.
Я подумала, что его глаза, совсем запавшие, могли слегка дрогнуть, но тут на его губах появилась тонкая улыбка.
— Вернёмся назад, Соволь.
На слова Хёк Доджина я просто тихо кивнула головой, не задавая никаких вопросов.
Даже на обратном пути в комнату Хёк Доджин молчал. Он выглядел так, будто глубоко о чем-то думал или злился.
Обычного спокойного, собранного и улыбающегося вида Хёк Доджина нигде не было видно. Просто молчи.
Вернувшись в комнату, он ушел, сказав, что ему нужно немного поработать.
Отправив его, я села в кресло и вспомнила слова Мандо и Хёк Доджина. Тем временем Джу Хварин принесла цветочный чай и поставила его на стол.
Джу Хварин, принесшая чай, посмотрела на следы исчезнувшего Хёк Доджина, а затем повернула голову ко мне.
— Что случилось сегодня? Согёджу выглядит не очень счастливым.
Я подняла чашку чая и поджала губы. Если что-то произошло, то произошло, а если не произошло, то не произошло... но мне показалось немного неуместным говорить это собственными устами.
Джу Хварин озадаченно посмотрела на меня, а я промолчала.
Я наклонила чашку, сделала глоток чая, на мгновение задумалась и на всякий случай медленно открыл рот.
— Вы знаете кого-нибудь по имени Сосо?
— Сосо? Я не знаю. Само имя Сосо настолько распространено, что его не узнаешь по одному имени.
— Это так.
— Но почему вы его ищете?
— Нет. Я не ищу, просто интересно.
Я улыбнулась и снова наклонила чашку чая. Я избегала взгляда Джу Хварин, наклонила голову и опустила взгляд.
Мать Хёк Доджина, Кым Сосо. Она была персонажем, которого не было в оригинальном произведении.
Если подумать, Хёк Доджин не был очень важным персонажем в оригинальном произведении. С самого начала главным героем истории был Моён До, а Хёк Доджин был просто человеком, пережившим первый гнев Моён До. И если задуматься, он еще и злодей.
Однако вся эта точка зрения была точкой зрения Моён До.
По сюжету не раскрывается, какими мыслями живет Хёк Доджин, и ничего не раскрывается на поверхности о его отношениях с Моён Соволь.
Хёк Доджин просто сказал Моён До, что Моён Соволь умерла, и в процессе отношения между ними испортились, вот и всё.
Однако, судя по тому, что я испытала сейчас, отношения между Хёк Доджином и Моён Соволь не казались простыми.
Хотя я не проявляла никакого особенного поведения, Хёк Доджин проявлял немало внимания. Будь то разумный интерес, простая симпатия или человеческая мораль.
И мне смутно пришло в голову, что, возможно, Кым Сосо... мать Хёк Доджина могла иметь к этому какое-то отношение.
Я хотела спросить. Что означал разговор между ними? Но я не могла сказать ни единого слова. У меня не было намерения копаться в его болезненных ранах.
На его лице было опасное выражение, как будто он вот-вот рухнет, поэтому я просто тихо держала рот на замке.
— Леди Моён Соволь. Хва Ви пришел к нам в гости.
Услышав голос Джу Хварин, я отвлеклась от своих мыслей и подняла голову. Когда Джу Хварин открыла дверь, Хва Ви вошел с добрым лицом, посмотрел на мое состояние и отряхнул бороду.
— Как обстоят дела сегодня?
Я ответила на его вопрос спокойным голосом:
— То же, что и раньше. Ни хорошо, ни плохо, просто правильное состояние.
— Хм, я думал, что вы почувствуете себя лучше после приема лекарства… но, похоже, оно не такое уж и хорошее.
Хва Ви подошел ко мне, небрежно сел на стул напротив меня и разжал мою ладонь. Я подняла запястье, чтобы соответствовать его действиям. Хва Ви слегка схватил меня за запястье и притянул к себе, а затем осторожно закрыл глаза.
Хва Ви погладил бороду и глубоко вздохнул. Его голова наклонилась по диагонали, чтобы соответствовать звуку его вздоха.
— Думаю, это не очень хорошо.
— Ничего подобного. Тебе лучше, чем тогда, когда я впервые измерил твой пульс. Это точно.
— Так разве это не хорошо?
— Если посмотреть на это с такой стороны, это хорошо. Но проблема в том, что после этого состояние не улучшается.
Это была проблема моего хронического заболевания, а не чего-то другого. Независимо от того, какое лекарство вы используете, кардинальных изменений вы, вероятно, не ожидаете.
Я посмотрела на страдающее лицо Хва Ви и на мгновение задумалась, что делать. Можно ли раскрыть это сейчас? Мне больше не нужны лекарства. Просто дай мне умереть вот так.
Но вес этих слов был настолько тяжелым, что я не могла легко выговорить их.
На каждом не сказанном слове висит маятник. Теперь я даже не могла предположить, сколько усилий потребуется, чтобы произнести эти тяжелые слова.
Вероятно, со временем он станет тяжелее. Хоть я и знала это, я ничего не могла сказать.
Хва Ви застонал и продолжил поглаживать свою бороду. Когда я подумала о том, что Хва Ви и Хёк Доджин беспокоятся за меня, мне показалось, что скрывать все было неэтично.
Подумав некоторое время, я медленно открыла губы.
— Ну, вам не стоит слишком беспокоиться…..
— Теперь, когда я думаю об этом, давным-давно жил человек, похожий на Моён Соджо. Конечно, его волосы и кожа не были чисто белыми, как у тебя, но его тело все еще было холодным, а солнечный свет был смертельным.
Я открыла рот, услышав слова Хва Ви, но остановилась. Он повернулся ко мне и тихо заговорил.
— Почему это пришло на ум только сейчас?
— Хва Ви?
Он погладил бороду и свел брови. Затем он махнул рукой и отправил Джу Хварин из комнаты. Я вдруг посмотрела на него с озадаченным лицом, не понимая, почему он это делает, и глаза Хва Ви повернулись и посмотрели на меня.
— Пожалуйста, будьте честны.
Наклонив голову, Хва Ви медленно открыл рот.
— Моён Соджо, сколько еще ты сможешь прожить?
—.....
Мне казалось, что вся кровь вытекла из моего тела.
_______________
В начале главы они, вероятно, говорят о матери Хёк Доджина (Кым Сосо), но, потому, что там написано "человек" я использовала обращение мужского рода "он". Ещё я не знаю, кто к кому как обращается. Точнее как лучше обращаться "Ты" или "Вы".