Я ошарашенно уставилась на мужчину, который представился учеником старца Чон Уна.
Ученики у того упрямого старика? Нет, погодите… что он сказал кроме этого?
— …Наследник утраченного лекарского искусства Шаолиня?
— Да. Хотя это и неизвестно широкой публике, примерно сто лет назад, после битвы с чёрным демоном, лекарское искусство Шаолиня оборвалось. В частности, были утрачены методы изготовления Пилюли Восстановления, которую называют чудодейственным эликсиром Шаолиня, и лучшего целительного средства — Окнёнсана.
Я впервые слышала об этом. В Шаолине каждый год изготавливали Пилюлю Восстановления и Великую Пилюлю [1] и воспитывали учеников, используя эти лекарства.
Метод приготовления был тайной, и за несколько тысяч лет истории Шаолиня ни разу не просочился наружу.
То, что это искусство оборвалось, уже само по себе удивительно. Но то, что старец Чон Ун сумел его унаследовать — удивительно вдвойне. Я знала, что он не обычный старик, но никогда не думала, что он может быть связан с Шаолинем.
— Теперь, когда думаю об этом, даже странно, что я не обратил внимание на его титул. Если бы он был лишь обычным лекарем, к нему не прикрепилось бы обращение «старец».
Я кивнула на слова Хёк Доджина.
Я тоже никогда не задумывалась, почему он так называл себя. Теперь это обретало смысл.
Джи Сок продолжил:
— Старец Чон Ун — благодетель Шаолиня. Он полностью расшифровал даже те тайные техники, которые считались необъяснимыми, записал их и передал дальше. Лекарское искусство, которое едва не исчезло из Шаолиня навсегда, было спасено именно им.
— Тогда… вы хотите сказать, что вы его ученик?
— В детстве он спас мне жизнь, излечив от болезни, и я стал его учеником. Несмотря на моё слабое тело, я десятилетия изучал эти техники, но до уровня учителя мне ещё очень далеко. А десять лет назад он внезапно покинул гору и исчез.
Он разжал пальцы и указал на лекарство в своей руке.
— Но на турнире я случайно увидел, как госпожа Соволь принимает лекарство, и сразу понял, что оно принадлежит именно ему. Поэтому, никому ничего не говоря в Шаолине, я тайно последовал за вами.
— Подождите минутку.
Я взглянула на Джи Сока, который тут же наклонил голову, будто спрашивая, что случилось. Я пристально посмотрела ему в глаза и тихо спросила:
— Мне показалось, или вы только что сказали, что тайно последовали за нами… Это правда?
— Правда. В Шаолине мне сказали просто участвовать в турнире. Поскольку это не удалось, мне следовало вернуться. Но я под предлогом того, что мне нужно немного потренироваться, направился к вам в надежде узнать о следах учителя.
Он огляделся вокруг и с горечью скривился.
— Я, конечно, не ожидал, что всё обернётся вот так.
— …
Я молча смотрела на него, затем передала Хёк Доджину мысленное сообщение:
[Не похоже, что он лжёт. А ты как думаешь?]
[Согласен. Трудно представить, что монах станет лгать. И если он говорит правду, то мы сможем восполнить нехватку лекарства, так что нам это только на руку.]
Я бросила короткий взгляд на Хёк Доджина, потом кивнула. Джи Сок, наблюдая за нами, вопросительно наклонил голову.
Я заговорила:
— То, что вы сказали ранее о возможности изготовить лекарство — это правда?
— Я не могу приготовить лекарство на таком же высоком уровне, что и старец Чон Ун, но могу попытаться повторить. Однако, для этого нужны ингредиенты. Пусть и не такие, как десятитысячелетний хасуо, но нужны другие лекарственные растения, наполненные энергией ян.
Я задумалась, где добыть такие редкие травы, и вспомнила кое-что. Порывшись в другой сумке, я достала Пилюлю Восстановления. Глаза Джи Сока засияли.
— Это Пилюля Восстановления из Шаолиня. В записях говорится, что Демонический культ когда-то украл большое количество… Похоже, это правда.
— Вам неприятно?
— Нет. Сейчас это не так важно. В первую очередь, Пилюля Восстановления тоже содержит много энергии ян, так что можно её использовать. Такие травы, как эклипта белая, можно без труда достать. Если дойти до деревни, я куплю и изготовлю лекарство. Но этого мало. Из Пилюли Восстановления получится сделать всего пять пилюль.
Всего пять? Мне нужно было ещё около двадцати.
Размышляя, что ещё у меня есть, я вытянула дикий женьшень, который получила на днях, а затем другие мелкие вещи, но ничего особо полезного больше не было. Значит, нужны новые ингредиенты.
Но редкие травы на дороге не валяются. И купить их почти нереально, ведь они ценились дороже любого золота или драгоценностей.
Более того, даже среди праведных кланов торговля ими была непростой. Кто же согласится уступить их, чтобы спасти госпожу из Демонического культа? Пожалуй, в лучшем случае скажут, чтобы я умерла.
Не знаю, понял ли Джи Сок мои мысли, но он молча крепко сжал губы. Пока я размышляла, нет ли какого-то хорошего плана, из его уст вырлся тихий возглас.
Когда я подняла голову, он, будто вспомнив что-то, нахмурил брови и произнёс:
— Если так подумать… возможно, мы сможем достать ингредиенты.
— Где?
Услышав мой вопрос, он помолчал, а затем неторопливо продолжил:
— В провинции Аньхой, в месте под названием Вуьян, протекает Хуайхэ.
— Хуайхэ?
— Длинная река, которая пересекает Хэнань и Хубэй. Ходят слухи, что там растёт священная трава.
Он осторожно продолжил:
— На ней растут всего пять листьев. Один делает тело невосприимчивым ко всем ядам, а если съесть все пять, вы становитесь неуязвимым для десяти тысяч огней. В Шаолине её называют пятилистной огненной травой.
Я слушала… и вдруг в моей голове всплыла одна мысль.
Пять листьев. Невосприимчивость к ядам. Невосприимчивость к огню…
Пока я пыталась вспомнить, раздался голос Хёк Доджина:
— Если о ней ходят только слухи, и никто её не видел, разве это не может быть выдумкой?. И Аньхой слишком далеко, нам придётся делать крюк. Там же находится Хэфэй, а чуть южнее — Хуашань. Разве вы не знаете, кто там гнездится?
— Знаю.
Я подняла голову и встретила серьёзный взгляд Хёк Доджина.
— Не знаю, как насчёт других мест, но Аньхой полностью находится в сфере влияния семьи Намгун. Первый клан Центральных земель. Если они захотят, они могут легко напасть на нас. Лезть туда — самоубийство.
Сфера влияния семьи Намгун… Вуьян. Хуайхэ.
— Более того, отправляться туда ради лекарства, местонахождение которого неизвестно, нет, ради ингредиента, в существовании которого есть сомнения… Лучше пойти к горе Фулуншань и попросить помощи у семьи Джегаль, это гораздо быстрее.
— Ха-ха… Да, звучит как полное сумасшествие. Понимаю.
Джи Сок кивнул. Я быстро повернулась к нему и заговорила:
— Можно кое-что спросить?
Он наклонил голову и кивнул.
— Вы случайно не знаете, как выглядит пятилистная огненная трава?
— Точного описания нет. У неё пять листьев, на первый взгляд похоже на подорожник, поэтому часто упускают из виду. Различить можно только если…
— …если под пятью листьями распустился красный цветок.
— …Как вы это узнали?
Джи Сок широко распахнул глаза. Наблюдая за его реакцией, я повернула голову и посмотрела на Хёк Доджина. Тот тоже казался удивлённым.
— Госпожа?
— …Кажется, я знаю.
Пять листьев. Яды. Невосприимчивость к огню.
Если мне не изменяет память, это же… то самое растение, которое ел Моён До, чтобы пройти через огненную стену Демонического культа.
— Я знаю, где растёт эта трава.
***
На самом краю обрыва, в павильоне, шатко расположенном на краю обрыва, сидел Намгун Бэк и неспешно потягивал вино.
Его взгляд, скользивший по отвесным скалам, переместился в сторону тропы, по которой поднимался Намгун Сольбёк.
Тёплый взгляд мастера, смотрящего на своего ученика, стал ещё мягче.
Сольбёк склонил голову и наставник встретил его лёгкой улыбкой.
— Ты пришёл.
Сольбёк кивнул.
Намгун Бэк долго смотрел на него с невозмутимым лицом. Несмотря на бесчисленные попытки понять его, Намгун Бэк не мог прочесть истинные мысли своего ученика.
Раньше их было легко понять, словно они на ладони, но теперь они казались сложными. Все это началось сразу после его встречи с Моён Соволь.
— Старейшина Чхоль Муги вернулся.
— Запоздал. Задержался на четыре дня. На него не похоже.
— Он серьёзно ранен и сейчас проходит лечение.
— Хм.
Намгун Бэк пригубил вино и медленно закрыл глаза.
Сольбёк молча смотрел.
Как Намгун Бэк не мог понять своего ученика, так и Намгун Сольбёк не мог понять своего наставника. В его глазах он был непревзойдённым существом, которому нечему было завидовать.
Родившись в семье Намгун, прославившейся как величайшая из Пяти великих семей, он стал лидером Альянса, заслужил титул Мастера Меча, покорившего Небеса и стал главным из Трёх властителей.
Он был сильнейшим в мире боевых искусств.
Почему такой человек был так зациклен на младшем лидере? Неужели ему так хочется преодолеть стену Демонического Культа?
То, что Демоническая секта рвётся из суровых Ста Тысяч Гор Дэсан, чтобы покорить праведные кланы, отчасти связано с волей к объединению под их властью, но главная причина в том, что суровый климат делает те земли непригодными для жизни. Поэтому, чтобы выжить, они хотели завладеть Центральными равнинами с их мягким климатом.
Но у праведного пути не было острой необходимости уничтожать культ. Зачем им нападать, когда у них и так были Центральные равнины, где в изобилии росли зерно и еда, и стекались все богатства?
Великая цель по установлению справедливости, праведности и доблести путем преодоления Ста Тысяч Гор Дэсан давно исчезла. Однако Намгун Бэк по-прежнему был одержим Демоническим культом.
— А ты что думаешь?
Услышав вопрос, Сольбёк поднял голову. Намгун Бэк равнодушно смотрел на него.
— Разве ты не один из тех, кто желает смерти младшего лидера? Только тогда Моён Соволь сможет стать твоей.
— …
Кулаки Намгун Сольбёка сжались.
В уголках губ наставника, увидевшего смятение в глазах ученика, застыла улыбка.
— Героев всегда губили женщины необычайной красоты. С этой точки зрения, Моён Соволь — именно такая. Помимо своей красоты, её загадочная аура обладает такой магической силой, что ни один мужчина в мире не может ей сопротивляться.
— …
Глаза наставника, смотревшего на молчащего ученика, ласково изогнулись.
— Бёка.
Тёплый голос… но его интонация была резкой.
Услышав своё имя, Намгун Сольбёк расслабил напряженное тело и ответил:
— …Они направляются в Аньхой.
— Хм.
— Мы думали, что они пойдут в Хубэй, но отклонение небольшое. Я уже передал сведения главе клана Намгун Намгуну Дахви.
Даже говоря это, лицо Сольбёка выглядело крайне измученным.
— Аньхой... Хэфэй... нет, река Хуайхэ…
Бормотание Намгун Бэка стихло, а взгляд устремился в небо. Когда он снова посмотрел прямо, его губы разомкнулись и он продолжил:
— …Вуьян.
— Я передам старейшине Чхоль Муги, чтобы он немедленно выдвигался.
— Не нужно. Уже отправили другого человека. Он со всем разберётся.
Намгун Бэк продолжил потягивать вино с безмятежной улыбкой.
— Мне становится интересно посмотреть на лицо младшего лидера.
Примечание:
1. Великая Пилюля упоминалась старцем Чон Уном в 52 главе: «Хотя Пилюля Восстановления, конечно, совсем не пустяковое снадобье, он говорил, что для восстановления разрушенного баланса инь и ян этого недостаточно. Нужно либо совершить набег на монастырь Шаолинь и добыть три-четыре Великих Пилюли, либо сварить десяток корней тысячелетнего женьшеня — только тогда эффект будет гарантирован. Но... Великая Пилюля или тысячелетний женьшень — даже если и есть деньги, их просто так не найдёшь.»