Глава клана Нам Мандо — До Сок Хви.
В последнее время у него было весьма скверное настроение. Отчасти это объяснялось тем, что его старший сын и наследник, До Хён Мин, несмотря на вложенные в него средства, показывал посредственные успехи в боевых искусствах. Однако то была не главная причина.
Его также задело то, что ему прямо в лицо заявили: дом Нам Мандо уступает дому Хёльсу Джу. Но даже это не стало решающим фактором.
Единственное, что по-настоящему выводило его из себя, — Хёк Доджин. Младший лидер культа.
Примерно через две недели после свадьбы Хёк Доджина До Сок Хви вместе с Ли Сонхаком, Син Хо Хёлем — главой клана Бёк Хасин, и Бэк Гоном, владыкой Сончхонджана, решили выразить официальный протест.
Брак двух молодых людей был согласован заранее, поэтому они не могли его оспорить. Вместо этого они решили зацепиться за старинный обычай.
Молодой господин — будущий лидер Демонического культа. Другими словами, его избранница станет матерью следующего лидера. Женщина, стоящая на вершине культа, что ведёт сотни тысяч демонических путей и правит миллионом запретных сект.
Поэтому, согласно обычаю, после свадьбы она должна была продемонстрировать свою силу в поединке с представителями знатных семей и заслужить их признание.
Демонический культ — группа, превозносящая силу. И пусть она супруга следующего главы, владение боевыми искусствами на должном уровне было обязательным условием. Если же она окажется обычной женщиной, не способной за себя постоять, то в будущем может стать слабым звеном, которое враг сможет использовать против лидера.
Такова была позиция Демонической секты, и она неукоснительно соблюдалась уже более трёхсот лет.
Но разве можно напрямую потребовать от жены лидера доказать свою силу? Нет.
Поэтому всё сводилось к формальному поединку: необходимо показать приемлемый уровень мастерства, и этого уже было достаточно. Никто из великих кланов или их представителей не оспаривал итоги, ведь самый сильный в культе — лидер, и его слово — закон.
Это был вопрос уважения традиций.
Но даже спустя две недели после свадьбы не было никаких признаков того, что младший собирается следовать обычаю. Остальные были готовы подождать — если ждать, всё само уладится. Но До Сок Хви и Ли Сонхак, до сих пор таившие обиду за прошлое, не могли молчать.
Сильнее всех негодовали кланы Нам Мандо и Бёк Хасин — они свято верили в силу как абсолютную истину. К ним присоединился и Сончхонджан — объединение мастеров культа, не принадлежащих ни к одному клану.
Для них отказ младшего лидера от поединка был равносилен оскорблению. Пусть даже Хёк Доджин и был второй по значимости фигурой в секте, они считали, что заслуживают уважения от него. Особенно учитывая то, что многие из них были не просто старейшинами, а главами боевых подразделений культа.
Хотя после того случая с Хёк Доджином До Сок Хви и Ли Сонхак поклялись больше ему не перечить, сейчас же, под давлением Бэк Кона и Син Хо Хёля, их прежняя покорность начала ослабевать.
Тем более, у них был веский повод: традиции культа важны и требуют соблюдения. Если их нарушают, должна быть веская причина. Поэтому они ожидали, что Хёк Доджин проявит уважение и объяснит своё решение.
Но вместо этого он пригрозил сурово наказать любого, кто осмелится поднять этот вопрос ещё раз. До Сок Хви счёл, что такие слова и поступки Хёк Доджина свидетельствуют о полном пренебрежении — будто они для него не более чем уличная шваль. И потому его настроение в последнее время было очень скверным.
— В этом вообще есть смысл? Как младший лидер мог так отреагировать?
— Вот именно!
— Молодой господин должен лично показывать пример и укреплять авторитет культа, соблюдать традиции, вести за собой последователей. Но вместо этого он пренебрегает нами, преданными слугами культа, и попирает древние обычаи! Разве это допустимо?!
Син Хо Хёль, старик лет восьмидесяти, вспыхнул, как порох. Он был человеком принципов. Чем глубже его преданность культу, тем яростнее он выступал против любого, кто шёл против сложившихся устоев, даже если это был сам лидер.
Из-за этого он вечно конфликтовал со своевольным До Сок Хви. Но теперь они были на одной стороне, и До Сок Хви чувствовал за спиной сильного союзника.
— Мы знаем, что младший лидер оберегает ту женщину. Говорят, она больна. Но где же уважение к традициям?! Я не понимаю его решения!
— Я тоже. Но что мы можем поделать? Такова его воля, — До Сок Хви язвительно усмехнулся про себя, но внешне сохранял понимающее выражение лица.
Син Хо Хёль взорвался:
— Даже если это воля молодого господина — она не может стоять выше воли культа!
— Хмм… — До Сок Хви перевёл взгляд на Ли Сонхака.
Ходили слухи, что в последнее время все его действия терпели крах из-за Хёк Доджина. Ли Сонхак посмотрел в ответ, кивнул и подхватил речь Син Хо Хёля:
— Ха… как бы вы ни злились, стоит следить за словами. Что бы ни случилось, он всё же младший лидер. Разве можно так говорить о нём? Осторожнее.
— Старейшина Ли Сонхак, неужели вы защищаете его в этой ситуации?!
— Не защищаю, просто необходимо вести себя осторожнее.
— Значит, вас устраивают его решения?
Ли Сонхак провёл рукой по подбородку, приглаживая выступающую бороду, и спокойно ответил:
— Да где уж… Я, как никто другой, предан культу. И мне так же, как и вам, претит нынешняя ситуация. Но я боюсь, что если вы будете продолжать так горячиться, мы столкнёмся с бедой ещё до того, как что-то предпримем.
После этих слов Син Хо Хёль сжал зубы и замолчал. В этот момент Бэк Кон, который до этого внимательно слушал, наконец заговорил:
— Старейшина Ли Сонхак, я сообщил лидеру то, о чём вы говорили мне в прошлый раз.
— И что он ответил?
— Он не проявил интереса. Более того, он даже не видел девушку из рода Моён — ни до свадьбы, ни после.
— Ха… — только и выдохнул Син Хо Хёль, качая головой.
Ли Сонхак вздохнул и вновь спросил:
— И что лидер намерен делать?
— Ничего не сказал. Просто… улыбнулся и сказал, что они сами найдут путь к нему, и добавил, что будет ждать.
— ...
Ли Сонхак, надеявшийся на реакцию лидера культа, недовольно поморщился. Это ведь не кто иной, как сам лидер. Если даже он до сих пор не видел невестку, то что уж говорить о них? А раз он сказал, что будет ждать, то и возразить было нечего.
Он не имел ни полномочий, ни веской причины, чтобы вмешиваться и возмущаться. Ли Сонхак тяжело вздохнул. Если бы лидер разгневался, они могли бы использовать это как повод, чтобы надавить на Хёк Доджина. Но теперь, когда реакция Хёк Мухёка оказалась вялой, он не знал, как действовать дальше.
Тем более даже Ман То поддержал Хёк Доджина, а семья Хёльсу Джу всегда ставила абсолютную силу выше традиций. Если лидер безразличен, они точно встанут на сторону будущего главы. В таком случае, даже при поддержке Сончхонджана, конфликта между кланами было не избежать.
—…Нет ли другого способа? — осторожно, в несвойственной ему манере, спросил До Сок Хви.
Син Хо Хёль и Ли Сонхак угрюмо промолчали. Бэк Кон посмотрел сначала на первого, потом на второго, и перевёл взгляд на До Сок Хви. Тот нахмурился:
— Старейшина Бэк Кон, у вас есть какой-то план?
— Нет.
До Сок Хви скривился.
«Если нет, то чего уставился?» — он уже собирался выразить это взглядом, как вдруг Бэк Кон снова заговорил:
— Если младший лидер отказывается соблюдать традиции, мы не можем заставить его. Конечно, если бы кланы и старейшины объединились, мы могли бы попытаться, но в нынешнем раздробленном состоянии — это невозможно.
— Это и так всем ясно. Зачем повторять очевидное? — буркнул До Сок Хви и откинулся назад.
Бэк Кон тихо усмехнулся и мягко сказал:
— Но ведь даже без соблюдения обычая мы всё равно можем встретиться с младшим лидером и его супругой.
Мужчины повернулись к нему. Бэк Кон погладил подбородок, будто обдумывая что-то, затем медленно заговорил:
— Зачем устраивать дуэль с больной женщиной?
— То есть?..
— Всё просто. Нужно устроить пир.
— Пир? — от удивления трое мужчин одновременно нахмурились.
Пир в мрачном и суровом Демоническом культе? Идея была настолько неуместной, что они лишь недоумённо смотрели на него, не понимая, что он имеет в виду.
Бэк Кон улыбнулся:
— Жена младшего лидера — человек из праведной секты. Более того, она дочь одного из Пяти Великих Кланов. А что мы о них знаем? Избалованные глупцы, живущие в роскоши и праздности! Они устраивают пиры по десять раз в году! А у нас в культе разве что по особым случаям…
— Верно…
— Так что если мы устроим грандиозный пир под предлогом празднования свадьбы, им будет трудно отказаться — ведь это праздник в их честь.
Все трое сочли этот план вполне разумным. Это был неплохой способ выманить затворницу-невесту, которую прятали за семью печатями. Но оставалась одна проблема.
— Но даже если мы позовём их, что это даст? Мы ведь не обиженные родственники, которым хочется увидеть лицо невесты. Так ли необходимо делать это только для того, чтобы просто взглянуть на неё?
Бэк Кон тихо кивнул.
— Конечно, смысла в этом мало. Но что, если мы не будем просто смотреть?
— Что вы имеете в виду?
— Разве все пиры одинаковы? Пир Демонического культа и пир праведников — совершенно разные вещи. Надо показать ей разницу, — Бэк Кон сложил руки и широко улыбнулся. — Если она хочет стоять над нами, пусть докажет свою ценность, — в его глазах блеснул холод. — Им стоит понять: человеку из мира праведных, не владеющему боевыми искусствами, здесь выжить будет нелегко.