— Применить силу? Ты осмелился…?
— Это приказ младшего лидера. Если кто-либо — прямо или косвенно — причинит вред или будет представлять угрозу госпоже — обезвредить. Потому, старейшина Син Хо Хёль, прошу вас сохранять дистанцию.
— Как ты посмел… — Син Хо Хёль яростно вытаращил глаза.
Казалось, вот-вот на его шее и лице вздуются вены, но в следующий миг его взгляд скользнул мимо Ындо и остановился на мне. Губы, которые до этого были открыты, словно он рычал, медленно сомкнулись.
Син Хо Хёль нахмуренно посмотрел на Ындо, затем неспешно смягчил выражение лица.
Он тяжело выдохнул и тихим голосом произнёс:
— Я пришёл не угрожать и не причинять вред. Я просто подошёл, чтобы поздороваться.
Он слегка кивнул подбородком, давая знак отойти, и, посмотрев на меня, учтиво сложил руки в приветственном жесте и поклонился:
— После банкета мы впервые встречаемся официально. Я Син Хо Хёль, глава семьи Бёк Хасин. Приветствую госпожу.
Несмотря на его устрашающий вид, обращение ко мне было весьма почтительным.
Я молча смотрела на него, а затем перевела взгляд на Ындо. Тот, почувствовав мой взгляд, повернул голову и едва заметно покачал головой.
«Не верьте», — словно говорил он, не ослабляя бдительности. И я тоже — этот внезапно появившийся человек совсем не казался мне желанным гостем.
Я глубоко вздохнула. Пока рядом был Хёк Доджин, сюда никто не заходил. Но стоило остаться одной, как это место стало проходным двором. В очередной раз я ощутила, что без него здесь небезопасно.
— Что привело вас без предупреждения?
На мой вопрос он мельком взглянул на Ындо и выпрямился. А затем начал пересказывать в подробностях недавний разговор между мной и Джу Хварин — слова, поведение Намгун Дахви, даже его требования.
Вот только... я никак не могла понять, зачем он всё это мне рассказывает. Если Джу Хварин делала это по моей просьбе, то с чего бы вдруг самому главе семьи Бёк Хасин приходить сюда, чтобы завести этот разговор?
Пока я размышляла об этом, его речь прервалась. Он смотрел на меня пристальным, серьёзным взглядом.
Молчание между нами длилось всё дольше. Я мысленно перебирала его слова, и наконец поняла причину его визита.
— Я вам… нужна?
Син Хо Хёль кивнул.
— Сейчас единственный, кто может удовлетворить требования представителей праведных сект — это вы, госпожа. Старейшина Ман То их сдерживает, но они упрямы, и это создаёт трудности.
Так вот почему его не было видно последние дни.
Действительно, как он и сказал, кроме Хёк Доджина и Хёк Мухёка, я — единственная, кто остался из семьи Хёк.
Хоть у меня и нет официального статуса, но формально этого достаточно. К тому же, я — член семьи Моён, так что встречать их — логично.
Однако…
— Младший лидер сказал, что мне не следует контактировать с праведными сектами. Они пришли сюда, используя меня как предлог, и этот предлог может перерасти в более крупные требования. Так что я не буду их встречать, старейшина Син Хо Хёль.
Его взгляд, направленный сверху вниз, встретился с моим, и он слегка нахмурился, словно недоумевая, о чём я говорю.
— Но я не понимаю… Неужели Альянс Мурим так уж важен? Я ведь тоже раньше принадлежала к ним, и помнится, когда требования союза становились чрезмерными, старейшины семей нередко их игнорировали. Даже клан Моён, будучи частью праведного пути, неоднократно пренебрегал их мнением. А теперь… Демонический культ, что управляет десятками тысяч последователей, вдруг так остро реагирует на слова не главы союза, а всего лишь представителя их делегации?..
Я медленно склонила голову набок.
— Старейшина, вы что, боитесь союза ортодоксальных сект?
— Да я этих ублюдков…!
Не успела я закончить фразу, как глаза Син Хо Хёля налились кровью, и его голос взорвался яростью. Это было настолько громко, что я непроизвольно вздрогнула, но не отвела взгляда.
Однако, не договорив, он сжал зубы и замолчал. Ындо уже вытащил меч.
Старейшина бросил на него яростный взгляд, затем снова посмотрел на меня и приглушённо произнёс:
— …Если таково решение госпожи, хорошо. Но имейте в виду. Если Демонический культ понесёт ненужные потери, пока вы, госпожа, остаётесь здесь, смеётесь и болтаете, всё, что случится, будет непосредственным последствием вашего отказа. И пострадает в итоге сама госпожа.
Сказав это, он развернулся. Я смотрела на его напряжённые плечи, чуть прищурив глаза.
Вот так просто всё высказал и собрался уйти?
— Это ваше личное мнение?
Син Хо Хёль остановился и обернулся ко мне. Я медленно улыбнулась ему.
— Не знаю, с какими мыслями вы пришли ко мне, но если вы действительно заботитесь о культе, вам следовало хотя бы сохранять хладнокровие. Скалить передо мной зубы и распространять убийственную ауру… — я поднялась с места с лёгкой улыбкой и шагнула к нему. — Это значит, что вы никогда не считали меня частью клана Хёк.
— Как ты смеешь говорить мне это?..
— Мне известно, что старейшина Син Хо Хёль крайне ненавидит ортодоксальные секты. Интересно… вхожу ли я в их число?
Я остановилась на почтительном расстоянии и чуть приподняла уголки губ.
— Любопытно.
— …
Син Хо Хёль злобно уставился на меня, словно собирался меня сжечь, затем повернулся к Ындо и оскалился:
— Ты совершаешь бесполезную глупость, мерзавец.
Ындо молчал. Син Хо Хёль перевёл взгляд обратно на меня. Его глаза пылали гневом, который он уже не мог скрыть. Он пошевелил губами, словно собирался что-то сказать, но в итоге молча развернулся и вышел из комнаты.
Я смотрела на удаляющуюся спину и, только когда он окончательно скрылся, глубоко выдохнула.
— Действительно допустимо так поступать?..
Ындо слегка кивнул.
Во время разговора с Син Хо Хёлем именно он, передавая мне мысли через внутреннюю передачу звука, подсказывал, как лучше себя вести.
Он знал об их отношениях с Хёк Доджином, о том, чего тот от меня хочет, и показывал мне направление.
— Всё в порядке. Как бы мы себя ни вели, этот человек в любом случае никогда не изменится. Нет смысла под него подстраиваться. Лучше сразу провести чёткую границу.
Его уверенность не успокоила меня, и я ещё раз глубоко вздохнула.
Правда ли всё нормально?.. Голова шла кругом.
Прошло всего два дня с отъезда Хёк Доджина. Оставалось ещё как минимум четыре, и я надеялась, что за это время не случится никаких проблем.
Но вопреки моим надеждам Демонический культ уже начинал страдать из-за проблем с праведными сектами.
Требования Намгун Дахви ещё можно было проигнорировать, но настоящая проблема крылась в другом.
— Кажется, они настроены серьёзно.
— О чём вы?
Ман То, неторопливо размешивая лапшу, спокойно ответил на мой вопрос:
— Ортодоксы полны решимости «здорового переосмысления» отношений с Демоническим культом. И само по себе это не проблема. Нам тоже выгодно избежать прямого конфликта и постепенно расширять влияние на окраинах. Так что мы стараемся относиться к ним максимально учтиво, но…
На его обычно улыбчивом лице впервые появилось выражение раздражения. Зная, что он почти никогда не показывает таких эмоций, я была удивлена этой переменой.
— Их поведение вызывает откровенное отвращение. К тому же они начинают вскрывать историю, как страдали на протяжении столетий, и теперь, мол, пришло время возместить понесённый ущерб. Они требуют вернуть все утраченные боевые искусства, что хранятся в нашем архиве, в том числе и те, что больше нигде не сохранились.
Требовали вернуть всё. До последней техники.
Я наблюдала, как Ман То вздыхает, медленно перебирая палочками.
Действительно, в Демоническом культе собрано почти столько же техник праведных сект, сколько и собственных.
Причина проста. Как говорил Ман То, в своё время почти каждая ортодоксальная школа была разгромлена, когда культ под предлогом «объединения Центральных равнин» наносил удары. И в то же время сам культ, благодаря географическому преимуществу и единству, никогда не подвергался вторжению.
И хоть те постоянно требовали возврата утраченных боевых искусств, на практике этого почти никогда не происходило.
— Разве эти техники не являются инструментом для переговоров?
— Вы правы, госпожа Моён. Когда происходили крупные или мелкие столкновения, мы нередко разрешали дела, передавая часть утраченных техник. Это важный рычаг влияния.
— Но с точки зрения праведных сект это их собственные техники, и они считают, что имеют полное право их получить?
— Вот почему у меня болит голова, — Ман То отложил палочки и провёл рукой по волосам.
На его уставшем лице читалось внутреннее напряжение.
— Они думают, что если мы не варвары, то должны вернуть похищенное законным владельцам. Они называют это грабежом. Хотя и сами не прочь присвоить техники других школ во время внутренних конфликтов. Это не только проблема Демонического культа. Но их риторика о «справедливости» сводит с ума.
Если подумать, я ведь и сама видела в библиотеке не только техники клана Моён, но и Хуашань, Намгун, Удан…
Боевые искусства, которые не купишь за деньги. Они явно были получены в результате конфликтов.
— Тогда почему бы нам просто не проигнорировать это? Не стоит ведь так переживать. Даже если мы якобы восстановим с ними хорошие отношения — вряд ли они продлятся сто или десять тысяч лет.
Сотни лет мы открыто сражались и проливали кровь. И вдруг, из-за меня, всё забыли и стали друзьями? Чудо из чудес.
Стоит ли волноваться? Дружбы и союзов навечно не существует, можно просто их проигнорировать. Так зачем ломать голову над их требованиями?..
Ман То тихо посмотрел на меня и, выдохнув, покачал головой.
— Было бы так просто… Но ситуация сейчас очень… неоднозначная.
— Почему?
Я наклонила голову с удивлением. Ман То нахмурился и приподнял подбородок.
— Те, кто должны были бы встать на передовую и выступить против требований праведников, вдруг оказывают им поддержку.
— Кто?
Кто это мог быть? Ман То недовольно уставился на стол и медленно ответил:
— Старейшины Сончхонджана и глава Бёк Хасин, Син Хо Хёль.