Сразу после инцидента с праведными сектами турнир снова продолжился по плану. Однако воины Демонического культа больше в нём не сражались.
Будучи однажды оскорблёнными лишением права участия, они не собирались униженно заявляться туда лишь потому, что им вернули эту возможность. Им было важно не участие в турнире, а сам факт восстановления утраченного статуса, чтобы сохранить достоинство.
Раз уж цель достигнута, не было нужды задерживаться дольше. Однако была договорённость остаться в Лояне, чтобы вместе присутствовать на официальном закрытии турнира.
Поэтому последователям Демонической секты, прибывшим сюда, позволили немного расслабиться и отдохнуть.
— Кьяха!
Как обычно, день выдался неспешным: я играла с Хараном, который висел у меня на руках и покусывал мой палец.
Хёк Доджин сказал, что ему нужно ненадолго отлучиться, и в Золотом Цветочном Павильоне осталось чуть больше десяти человек для охраны.
Я сидела на первом этаже, держа Харана на руках, беседуя с Джу Хварин и перекусывая сладостями с чаем, когда вдруг распахнулась дверь павильона и внутрь вошла группа людей.
Стражник, стоявший у входа, повернулся и преградил путь входящим.
До того как Демоническая секта полностью выкупила это здание для своего использования в Лояне, сюда часто заходили ради еды или ночлега.
Я решила, что это такие же обычные посетители, и не обратила внимания, продолжая играть, но голос стражника не стихал.
Подняв голову, я посмотрела в сторону двери.
Шестеро человек стояли у входа, что-то объясняя стражнику. Среди них одна фигура показалась мне знакомой.
Кто же это?.. Маленькое лицо, чёткие черты. Настоящая красавица. Моргнув, я вдруг вспомнила и тихо вздохнула.
Это была та самая женщина, что совсем недавно постоянно держалась рядом с Моён До в день поединков.
Я передала Харана Джу Хварин и поднялась с места.
— ...Как бы ни были влиятельны Пять Великих Семей... — начал было стражник.
— Всё в порядке.
Я остановила его и взглянула на женщину. Вблизи её красота была ещё более поразительной. Увидев, что я вышла, она удивлённо распахнула глаза, посмотрела на меня, а потом собралась и приняла серьёзный вид.
— Прошу прощения за внезапный визит. Я — Пэн У Рён из клана Пэн в Хэбэе.
— Вы младшая сестра госпожи Пэн Рён Рён?
— Вы знаете мою сестру?
— Как я могу не знать? Она известная героиня в мире праведных сект. Пожалуйста, проходите внутрь.
Провожая нас в гостевую комнату, Джу Хварин тихо двигалась, наблюдая за ситуацией. Я устроилась и предложила Пэн У Рён место. Она слегка поклонилась и села, велев пятерым спутникам оставаться позади.
В это время Джу Хварин подала ароматный чай.
— Пожалуйста, угощайтесь. Поскольку у нас здесь нет налаженной связи, я не знала о вашем визите и не смогла подготовить должный приём.
— Это моя вина, что я явилась без предупреждения. Ах, примите это, пожалуйста.
— Что это?
Я взглянула на красную шкатулку, которую она протянула. Пэн У Рён мягко улыбнулась.
— Это и в качестве извинения за столь внезапный визит, и в качестве подарка для госпожи.
Внутри лежали шесть корней.
— Это корни небесного дикого женьшеня с горы Тайшань.
— Такой драгоценный подарок... Могу ли я принять его?
Я серьёзно посмотрела на неё, закрывая крышку.
Пэн У Рён мягко кивнула с лёгкой улыбкой, как бы говоря, что тут нет никакой скрытой цели. Но я не могла принять это за чистую монету. Это ведь бесценный небесный дикий женьшень.
Тот факт, что она дарит целых шесть корешков, наверняка означает нечто большее, чем простое желание подружиться.
С улыбкой я попыталась понять её намерения.
Я слышала краем уха, что Пэн У Рён чувствует себя в тени своей старшей сестры, Пэн Рён Рён.
И это неудивительно. Пэн Рён Рён была единственной женщиной в клане Пэн из Хэбэя, которая почти в совершенстве овладела их семейным боевым искусством «Пять тигров, разрубающих врата» и стала мастером непревзойдённого уровня.
Хотя разница в возрасте между ними составляла почти двадцать лет, и сравнивали их крайне редко, но даже малейшие сопоставления задевали самолюбие У Рён.
Однако и она была весьма выдающейся — в совершенстве постигла Непрерывный Белый Меч Неба и Земли и считалась настоящим гением.
А если добавить ещё и её красоту и поддержку влиятельной семьи, то вполне естественно, что она являлась одной из Четырёх Драконов и Четырёх Цветков.
Что же привело ко мне Пэн У Рён, у которой, казалось бы, всё есть?
Я ненадолго задумалась и решила осторожно прощупать почву:
— Скажите… у вас ведь есть какая-то просьба ко мне?
— Нет. Как я могу просить вас об одолжении, госпожа? Я просто хочу извиниться и наладить отношения.
Слишком уж смиренно. Но я ведь госпожа Демонического культа, а не праведных сект. Ей вовсе не нужно было вести себя так скромно передо мной.
— Понятно. Спасибо.
Я улыбнулась и намеренно оборвала разговор. Воцарилась тишина.
В неловкости, вызванной прекращением беседы, Пэн У Рён бегло скользила глазами по мне, изучая мою реакцию.
Я спокойно отпила из чашки, ожидая, когда же она заговорит первой.
— Я…
Вскоре, как я и ожидала, Пэн У Рён наконец прервала молчание.
Я отставила чашку и подняла взгляд. На её лице мелькнуло смущение.
— Та история на днях… Очень жаль, что так получилось. Всё произошло из-за недоразумения между сторонами, но в итоге привело к вражде. На сердце тяжело.
— Не думаю, что это было просто недоразумение. Слишком много всего произошло, чтобы назвать это «недоразумением».
Услышав мои слова, Пэн У Рён со смущённым видом торопливо кивнула.
— Д-да, вы правы. Слишком серьёзно, чтобы списывать на простую ошибку. Это было скорее… как бы точнее выразиться… — она забормотала. Её слова теряли тему и направление, беспорядочно сталкиваясь друг с другом.
Что же она всё-таки хочет сказать? У неё ведь наверняка есть какая-то цель, но это бесконечное хождение вокруг да около только раздражало.
Наверное, это было последствием перенесённой боли. Мне никогда особо не нравились пустые разговоры.
Если болит — надо сказать, что болит. Если вылечить нельзя — значит, нельзя. Лучше сразу провести чёткую линию, чтобы не строить пустых надежд.
Вот почему поведение Пэн У Рён мне совсем не нравилось.
— …Так что мой старший тоже…
— Ха-а…
Я громко вздохнула, перебивая её.
Плечи Пэн У Рён вздрогнули. Я поставила чашку на стол и пристально посмотрела на неё. Её взгляд беспокойно скользнул по мне.
Я ритмично постукивала пальцами по тыльной стороне ладони, потом откинулась на спинку стула и тихо сказала:
— Давайте сразу к делу. Чего вы хотите? От меня или от Демонической секты. Иначе зачем бы вы сюда пришли?
— …
Прямой вопрос заставил Пэн У Рён закусить губу, размышляя. Я ждала, пока она наконец заговорит.
— …Мне нужна помощь.
А ведь только что говорила, что ничего не нужно. Я усмехнулась про себя и спокойно спросила:
— Какая именно помощь?
— Вы знаете Чха Ёнхву?
Пэн У Рён быстро ответила на мой вопрос. Чха Ёнхва? Чха Ёнхва…
— Чха Ёнхва? Вы имеете в виду Первую вершину Хуашаня? Самую драгоценную ученицу, гордость секты?
— Да, верно.
— Конечно, знаю. Она очень известна. Но при чём тут она?
— Тогда, может, вы знаете и о том, что герой Моён До питает к ней нежные чувства?
Слова, сорвавшиеся с её губ, оказались довольно шокирующими.
Я думала, зачем она завела речь о Чха Ёнхве, так теперь ещё и упомянула Моён До, и этим дело явно не ограничивалось.
Я нахмурилась, а Пэн У Рён, будто готовая к такой реакции, быстро продолжила:
— Чха Ёнхва – первая красавица и наследница Хуашаня. Но Хуашань – это секта даосов, и если девушка становится мечником цветущей сливы, заключить брак будет чрезвычайно трудно. Разве что муж придёт в её дом, но тогда он не должен быть мастером боевых искусств, а если и является мастером, то не должен быть наследником знатного клана или известной школы. Но ваш брат – будущий глава клана Моён, один из сильнейших мастеров, владеющий техникой Двух Полюсов. Поэтому…
— Погодите-погодите.
Я быстро прервала беглую речь Пэн У Рён. Она замолчала и посмотрела на мою поднятую ладонь, слегка склонив голову. В её глазах мелькнуло недоумение. Я внимательно посмотрела на неё, собрала мысли и спросила:
— То есть вы хотите сказать, что мой брат влюблён в первую вершину Хуашаня, но их отношения обречены, так?
— Я не всё сказала, но да, вы правы.
— …И к чему вы это?
— К чему… простите?
Я пристально посмотрела на Пэн У Рён, которая ответила вопросом на мой вопрос. Она не понимала меня.
— Зачем вы рассказываете мне о том, что мой брат влюблён в первую вершину Хуашаня и что они не будут вместе? Это проблема для вас?
— А?..
— Как вы и сказали, их союз невозможен. Хоть он и влюблён, хоть будет тосковать — он не откажется от своего клана ради Хуашаня. А Хуашань тоже не захочет ссориться с кланом Моён. Поэтому, естественно, они не будут вместе. Но это проблема для вас?
— Это…
Её нерешительность заставила меня почувствовать неладное. Я внимательно следила за её словами и действиями, строя предположения. Мои глаза сузились.
Может, всё наоборот? С этой точки зрения всё обретало смысл.
— Клан Моён — не даосская семья, так что даже если она станет мечником цветущей сливы, это не будет препятствием для брака. Нет, скорее наоборот: если столь знаменитая первая вершина Хуашаня, их Феникс, станет госпожой семьи Моён, они будут только рады этому союзу.
Лицо Пэн У Рён исказилось. Её реакция подтвердила мою догадку.
Я чуть расслабилась, откинулась на спинку кресла и, глядя на неё, тихо произнесла на выдохе:
— Госпожа Пэн У Рён.
— Да?..
— Я не люблю, когда мне врут. А ещё больше — когда увиливают.
— …
— Говорите честно. То, что вы сказали, верно с точностью до наоборот, не так ли? Это Чха Ёнхва влюблена в моего брата. И если она откажется от звания мечника цветущей сливы, их брак не встретит никаких препятствий… Так ведь?
Она прикусила губу и замолчала. Я поняла, что попала в точку, и медленно усмехнулась:
— А вы этим недовольны, потому что сами любите моего брата… Верно?
— …
Её губы сжались в тонкую линию.
Я окончательно убедилась и тяжело вздохнула.
И та, и эта…
Всего несколько недель назад поднялся большой переполох из-за того, что Чок Биволь из Школы Змеиной Крови возжелала моего брата, а теперь вот ещё и Пэн У Рён заявляется с признанием.
Вот оно, горе младшей сестры, у которой такой популярный брат.
Лучше бы она пошла и призналась самому Моён До, зачем приходить ко мне и устраивать это?
Я протянула руку к чашке и слегка приподняла её, но она была уже пуста. Цокнув языком, я поставила её обратно и посмотрела на всё ещё молчавшую Пэн У Рён.
В отличие от Чок Биволь, Пэн У Рён была внучкой главы клана Пэн, Пэн Ак Чхоля. Причём внучкой по прямой линии. Со временем она унаследует семейное боевое искусство Пять тигров, разрубающих врата. К тому же клан Пэн славился выдающейся физической мощью.
Если бы у брата и Пэн У Рён родился ребёнок, он унаследовал бы всё лучшее. Не был бы таким слабым, как я.
Если так смотреть, Пэн У Рён — не худший вариант. Во всяком случае, лучше, чем Чок Биволь.
Но если сравнивать её с Чха Ёнхвой… честно говоря, Феникс из Хуашаня выигрывала. И мастерством, и репутацией. Да и сама секта Хуашань явно была лучше, чем замкнутый клан Пэн из Хэбэя.
С этими мыслями мне стало понятно, зачем Пэн У Рён явилась ко мне.
Пока я собирала всё воедино, она, похоже, тоже разобралась в себе и, глядя на меня, с решительным видом заговорила:
— У меня есть просьба.
— Говорите.
Максимум, о чём я могла подумать — это попросит свести её с братом. Я приготовилась выслушать.
Пэн У Рён сжала губы, а потом решительно открыла их:
— Расскажите, как вы соблазнили младшего лидера Демонического культа?
— …Что?
Что я сейчас услышала?..