Провинция Хэнань, Лоян.
Говорят, если хочешь понять взлеты и падения китайской истории — посмотри на Лоян. Этот город на протяжении веков служил столицей многих государств и широко известен своим историческим значением.
Хотя с приходом императорской династии Сон центр развития сместился к Ханчжоу (через провинции Чжэцзян и Аньхой), и влияние Лояна ослабло, всё же именно здесь обосновался Альянс Мурим, добившись большого процветания.
Благодаря мягкому климату даже зимой, Лоян считался одним из лучших мест для жизни.
В павильоне, построенном на крутом утесе, сидел пожилой человек в лёгкой одежде, одиноко потягивающий вино.
Крепость Сверкающих Небесных Мечей. Глава Альянса Мурим — Намгун Бэк.
Спокойно, словно под крышей неба, он выпивал, наслаждаясь видом скал, словно закуской к своему напитку. Внезапно его рука замерла. Он опустил чашу и, повернув голову, заметил мужчину, осторожно пробирающегося по узкой тропе вдоль обрыва.
Намгун Бэк слабо улыбнулся. Это был Намгун Сольбёк, который тут же склонился на колени перед ним.
— Пришёл составить компанию пьющему в одиночестве учителю?
— Было бы хорошо, но нет.
— Цц… Жаль. Такой прекрасный вид, а никто не приходит. Люди даже не догадываются, что истоки мира скрыты в бескрайнем небе и этих грозных скалах…
Намгун Сольбёк внимательно осмотрел павильон, в котором сидел его учитель. Казалось, будто он вот-вот рухнет в пропасть. Кто вообще решится пить в таком месте?
Он вновь посмотрел на своего учителя и заговорил:
— Участники турнира боевых искусств определены.
— Вот как.
Намгун Сольбёк слабо улыбнулся, услышав равнодушный голос. Для главы союза подобные ежегодные турниры были делом привычным. Да и в его жизни было немало куда более важных событий.
— Интересно, появятся ли на этот раз достойные бойцы?
Его голос, полный ожидания, что на этот раз Демонический культ выставит сильных участников, тихо прозвучал в ушах Намгун Сольбёка.
— Думаю, вы можете рассчитывать на это.
— Хм?
Рука, наливавшая вино, снова замерла.
— Все «Четыре Дракона и Четыре Цветка» подтвердили своё участие.
— Хо-хо… Драконы и цветы собираются вместе… — Намгун Бэк поднял взгляд к небу и медленно осушил бокал.
Четыре Дракона и Четыре Цветка — так называли лучших молодых мастеров Центральных равнин. Если даже они, уже прошедшие все испытания, решили появиться на турнире, значит, участие Демонического культа действительно их задело.
Медленно опуская чашу, Намгун Бэк вдруг вспомнил что-то и повернулся:
— Кстати, разве в Четыре Дракона не входит Моён До из клана Моён?
— Да. Более того, он считается сильнейшим из Драконов. А еще… он старший брат Моён Соволь, жены Хёк Доджина, младшего лидера Демонической секты.
— Ха-ха, вот это интересно. Брат и сестра, когда-то жившие под одной крышей, теперь встретятся как надежда праведных путей и небеса демонического мира. Жизнь действительно полна неожиданностей.
Он потянулся за бутылкой, но она давно опустела. Намгун Бэк с досадой потряс пустой сосуд, а потом снова обернулся:
— А младший лидер тоже участвует?
— Пока известий об этом не было.
— Понятно…
Он встал, подошёл к самому краю павильона и резко остановился. Один шаг вперёд — и можно сорваться в пропасть.
Сложив руки за спиной, он посмотрел в небо и медленно сказал:
— Говорят, младший лидер Демонического культа уже достиг вершины демонических искусств. Что ты об этом думаешь?
— Как бы ни развивалось демоническое искусство, в столь юном возрасте сделать это невозможно. Даже вы, кого называли гением, достигли предела лишь после сорока лет. Думаю, это просто преувеличение.
Намгун Бэк усмехнулся.
Предел, что он смог преодолеть только после сорока, был его гордостью.
Но эту гордость в своё время безжалостно разрушил прежний младший лидер культа — Хёк Мухёк, сумевший достичь вершины в возрасте 30 лет. Он сокрушил его самолюбие абсолютной силой.
А теперь его сын...
— Хотел бы я сразиться с ним… Насколько же чудовищен наследник того монстра?
На губах Намгун Бэка снова появилась лёгкая улыбка.
***
К счастью, снег, который казалось, вот-вот накроет Юэян, прекратился, и на небе, ещё недавно затянутом тучами, засияло яркое солнце.
Погода была такой приятной, что ноги сами несли вперёд, но на душе всё равно было неспокойно.
— Ха-ха! Вот так совпадение, мы направляемся в одно и то же место! Это ведь тоже своего рода судьба, не так ли? Я уж начал скучать без собеседников, путешествуя с учениками, а теперь встретил кого-то, с кем можно поговорить. Какое счастье!
Если бы не Чха Джинмок, который сегодня болтал ещё громче, чем вчера, всё было бы просто идеально.
Когда мы с Хёк Доджином после завтрака собирались поскорее покинуть Юэян, он увязался следом за нами, болтая о вчерашнем дне.
Всё равно дорога через горы в сторону Хубэя была одна, так что хотели мы того или нет, идти пришлось вместе.
Хёк Доджин, устав от его болтовни, ответил ему с равнодушным видом, а потом украдкой взглянул на меня.
Из-за этих людей я до сих пор не могла снять шляпу и всё так же шла за Хёк Доджином.
[Может, оглушить его и сбежать?]
[...Мы ведь всё равно идём в одно и то же место, так что можем встретиться снова где-нибудь ещё. Лучше пересечь горы, а потом как-нибудь отвязаться.]
Я ответила Хёк Доджину и отвернулась. Ученики школы Хэншань, шедшие за мной, перешёптывались между собой, бросая на меня взгляды.
Ситуация была, мягко говоря, безвыходной и удручающей. Я тяжело вздохнула, и тут снова раздался громкий голос Чха Джинмока:
— Кстати, твоя супруга тоже изучала боевые искусства? Гляжу, и в горах не отстаёт, видно, что выносливая.
Вот и началось, теперь его внимание переключилось на меня. Избегая его навязчивого взгляда, я тихо ответила:
— Немного занималась, чтобы поправить здоровье.
— Хо, странствующая пара... Как необычно! А! Кстати, вчера, когда мы знакомились, я не расслышал ваших имён. Как тебя зовут? Раз уж идём вместе, хоть познакомимся как следует.
— ...Доджин.
— Хм, Доджин. А супругу как?
— Соволь.
Чха Джинмок почесал подбородок, кивнул, после чего так широко улыбнулся, словно был чему-то очень рад. Он продолжал разговаривать с Хёк Доджином, а тому оставалось лишь играть роль собеседника.
В какой-то момент я почувствовала странное ощущение — будто у меня украли мужа, и я стала вдовой. Пока я думала об этом, горный путь закончился, и перед нами появилась небольшая деревенька.
Как только мы её увидели, лицо Хёк Доджина просияло. Он выглядел даже счастливее, чем при встрече со мной. По этой реакции было понятно, как тяжело ему далось это путешествие.
Я поспешно подошла к нему, схватила за руку и быстро заговорила:
— Нам здесь нужно решить кое-что, так что мы пойдем вперёд.
— А? Уже уходите?
— Да, нам нужно подготовиться перед тем, как пересечь реку, и... у меня тут тётя живёт, надо навестить.
— Вот как? Жаль. Я был рад, что мы так хорошо поговорили… Но что поделаешь. Ну что ж, удачи вам. Надеюсь, ещё увидимся!
Чха Джинмок облизнул губы с выражением глубокого сожаления. Помахав нам на прощание, он неторопливо удалился вместе с учениками.
Я долго смотрела им вслед и тяжело вздохнула.
— Впервые вижу такого болтливого человека. Надо впредь избегать людей из Хэншань, а то иначе высосут все соки.
Я думала о том же. Он говорил без передышки целых четыре часа, а умение так лихо перескакивать с темы на тему даже вызывало восхищение.
Это, конечно, тоже своего рода талант...
— Сил нет, может, пообедаем перед уходом?
Я кивнула в ответ на предложение Хёк Доджина.
Деревушка была маленькая, так что выбор заведений был скромным. Мы нашли более-менее приличное место, заказали еду и неспешно прогулялись по округе.
Народу почти не было, и атмосфера была тихая и уютная.
Думая, что здесь не возникнет никаких ссор, я спокойно ела, как вдруг вошли двое мужчин с поклажей и заняли столик.
Едва усевшись, они заказали еду и тут же начали громко болтать.
Сначала утомительная болтовня Чха Джинмока, а теперь торговцы…
От их голосов мои нервы натянулись, как струны. Палочки в моих пальцах застыли в воздухе, а спокойное выражение лица дало трещину.
И я была не одна такая. Хёк Доджину, вероятно, было даже хуже, ведь именно ему весь путь приходилось общаться с Чха Джинмоком.
В конце концов его терпение лопнуло, он отложил палочки и уже собирался сказать что-то, как вдруг один из торговцев воскликнул:
— А! Кстати, слышали, на реке Хёнган была кровавая бойня?
— Кровавая бойня?
— Да. Говорят, Демонический культ внезапно напал на мастеров праведных школ, которые направлялись на турнир Альянса Мурим. Десятки убитых и раненых!
— Я знаю, что члены Демонического культа грязные и невежественные. Но с чего вдруг такое внезапное нападение?
— Кто ж их знает! Но сейчас в тех краях творится ад. Говорят, ищут виновных. Если будет хоть малейшее подозрение на связь с культом, схватят и тут же начнут пытать.
Услышав это, Хёк Доджин, уже было открыв рот, снова молча закрыл его. Его взгляд скользнул по торговцам за моей спиной, а затем вернулся ко мне.
[Ты что-нибудь слышал об этом?]
[Нет. Более того, я приказал двигаться малыми группами и ни в коем случае не провоцировать конфликты. Если бы мы атаковали первыми, хоть что-то да дошло бы до моих ушей. Но ничего такого не было.]
[Значит, эта история — ложь?]
[…]
Вместо ответа Хёк Доджин лишь покачал головой. Тем временем торговцы закончили с едой и ушли.
Хёк Доджин нахмурился и тихо произнёс:
— Я прикажу провести отдельное расследование. Не беспокойся. Но вот у нас проблемы. Мы слишком часто попадаем в странные истории. Пока не переправимся через Хёнган, лучше держаться как можно тише.
Я согласилась. Мне и самой уже надоели ненужные стычки.
После ужина мы вышли из трактира и направились в противоположную сторону от той, куда ушёл Чха Джинмок.
До пристани с судами, переправляющими через Хёнган, было недалеко.
К полудню следующего дня мы добрались до деревни у переправы.
Она была гораздо крупнее предыдущей, с высокими постройками. В другой ситуации мы бы наверняка осмотрели окрестности, поели местной еды, но теперь главной заботой было не попасть в новую передрягу, поэтому мы сразу направились искать судно.
Кораблей, способных пересечь Хёнган, было не так уж много. Зимой река замерзала, и слабые суда не могли по ней ходить, поэтому у причала стояло всего два-три крупных корабля.
— Сколько стоит переправа? — спросил Хёк Доджин у мужчины.
Тот осмотрел нас обоих, а потом грубовато ответил:
— Пять лян серебра.
Что?! Пять лян? Вот же жулик! Один лян серебра — это целый мешок риса, а он просит пять?!
Я онемела от возмущения, но Хёк Доджин спокойно достал серебро и передал мужчине, после чего тот кивком указал на корабль позади него.
Я тут же подбежала к Хёк Доджину и зашептала:
— Это же грабёж!
— Знаю. Но если бы я стал торговаться, это привлекло бы внимание. Проще заплатить.
— Но...
Я украдкой оглянулась. Пока мы шли, у причала уже начался спор из-за цены, и вскоре собралась толпа зевак. В итоге какого-то мужчину, похожего на мастера боевых искусств, куда-то увели.
Я быстро отвела взгляд и крепко сжала губы.
Да, это было мудро… Но в тот же момент мне вдруг стало жаль, что человек с таким умом, способный просчитать ситуацию на шаг вперёд, не умеет заглядывать на два шага вперёд...
— О? И вы здесь?! Ха-ха-ха! Вот уж действительно судьба!
Небеса не милосердны.
Человек, которого мы так старались избежать, — Чха Джинмок — радостно махал рукой и громко кричал, шагая нам на встречу.
— Чёрт…
Это был первый раз, когда я услышала, как Хёк Доджин ругается.