В полицейских участках по всей стране стажеры-репортеры из разных СМИ дежурят круглосуточно. Не имея возможности ни нормально помыться, ни поспать, они несут вахту день и ночь.
Ха Гён Хун, как только получил сообщение от стажера, обходившего участки, тут же доложил У Хёну. Услышав новость, У Хён сразу понял:
Убийство женщины в красном платье у ручья Чуннанчхон — это не простое дело.
— Информация точная?
— Да. Наши конкуренты тоже уже пишут короткие заметки.
— Окей. Выпускаем короткую новость и готовим заголовки. Я сам доложу директору.
— Понял.
Расстегнутый пиджак развевался при каждом его решительном шаге. Репортер Ха Гён Хун едва поспевал за широким и быстрым шагом У Хёна.
В руках у каждого были блокнот и ручка, а телефоны работали в режиме постоянной записи. Глаза, уши, руки и ноги работали отдельно друг от друга, но репортер Ха ни на секунду не переставал внимательно слушать У Хёна.
— Что на месте преступления?
— Пока ничего нового. Работает Национальная судебно-медицинская экспертиза, подтверждено только наличие полицейского ограждения.
Полиция тоже только что взялась за это дело, так что теперь это была гонка со временем. Кто быстрее, кто точнее.
— Личность жертвы.
— Девушка лет двадцати пяти.
— Есть источники информации?
— Да, человек, который проходил мимо и помог тому, кто обнаружил тело, вызвать полицию. У него уже взяли интервью на месте.
— А первый обнаруживший?
— Сейчас дает показания в полицейском участке.
У Хён закатал рукав и посмотрел на часы. Успею ли я до того, как этот свидетель закончит давать показания и выйдет?
— На всякий случай, как только установите личность первого свидетеля, сразу сообщи мне.
— Есть. Понял.
— Я договорюсь о свободной передвижной станции ПТС и направлю её на место, а ты для начала перебрось людей к полицейскому участку района Новон.
— Понял. Тогда я сам поеду в участок?
На секунду задумавшись, У Хён покачал головой.
— Нет, поеду я, а ты отправляйся прямо на место. Снимай место преступления и параллельно веди репортаж. Четко и лаконично. Понимаешь, о чем я?
— Есть. Понял.
Нужно было собрать максимум деталей до того, как полиция проведет официальный брифинг.
Кто, когда, где, что, как, почему — основные принципы репортажа, но самое главное — скорость и точность.
Именно поэтому У Хён решил поехать в полицейский участок лично.
Какими бы шустрыми ни были репортеры на месте, они всё еще стажеры, а в делах с большим общественным резонансом детективы держат рот на замке.
Если бы там оказался знакомый полицейский — это удача, но даже если нет — ничего страшного. Не зря же У Хён годами зарабатывал себе имя лучшего репортера отдела социальных новостей.
Одно время его называли «Черной Мамбой» — самой ядовитой из всех змей.
У него был врожденный талант докапываться до сути происшествий, так что и прокуроры, и детективы только головами качали, когда он появлялся на горизонте.
У входа в полицейский участок было не протолкнуться от репортеров. Они сидели вповалку на лестнице и на полу, вздрагивая каждый раз, когда кто-то выходил из дверей.
В данный момент полиция была сосредоточена на установлении личности жертвы. Выяснилось, что это была одинокая девушка лет двадцати пяти, работавшая в косметической компании.
Заявление о пропаже поступило неделю назад от матери жертвы.
Это было всё, что удалось выяснить полиции.
Дальше начиналась сплошная загадка.
Когда именно пропала жертва, почему пропала, что произошло перед исчезновением. От её действий в тот день до опроса знакомых.
Пока не за что было зацепиться.
Уставшие от бесконечного ожидания репортеры при виде У Хёна сначала зашумели, а потом внезапно засуетились.
Сам факт того, что он, став ведущим, лично приехал в полицейский участок, означал, что дело не из простых.
Репортеры, увидев его, тут же схватились за телефоны и начали связываться со своими редакциями.
У Хён, пройдя мимо толпы репортеров, осаждавших вход, направился на задний двор здания.
В таких ситуациях всегда найдется парочка детективов, которые выйдут покурить, чтобы снять стресс, подальше от глаз репортеров.
Если подгадать момент, можно было встретить хотя бы коллег из соседнего отдела, если не тех, кто ведет это дело.
Как он и предполагал, из боковой двери вышли двое крепких мужчин, огляделись и скрылись в укромном углу.
Уголки губ У Хёна приподнялись.
— Бог в помощь.
Один детектив, затягивающийся сигаретой, и другой, только что её прикуривший, вздрогнули и резко обернулись.
Аккуратно одетый У Хён стоял, засунув одну руку в карман брюк, и смотрел на них с легкой улыбкой.
— Кхе-кхе! Кхек!
Один из детективов поперхнулся дымом и закашлялся. Очевидно, жжение в горле было настолько сильным, что на глазах даже выступили слезы.
Они же проверили, что вокруг никого нет, а тут не просто репортер, а сам Чха У Хён. Детектив О, знакомый с У Хёном, первым прервал неловкое молчание:
— Чха, Мамба, то есть ведущий Чха, какими судьбами?
— И правда. И зачем же я сюда пришел?
Судя по их растерянному виду, они точно были теми самыми следователями по этому делу.
Сегодня мне везет.
На его гладких щеках появились ямочки, а глаза хитро прищурились. Детектив О почувствовал, как по спине пробежал холодок.
Чха У Хён был настолько хорош собой, что даже мужчины им восхищались, но сейчас в глазах детектива он выглядел как змея с поднятой головой, показывающая свой черный раздвоенный язык.
— Ты же теперь не репортер.
— То, что я стал ведущим, не значит, что я перестал быть репортером. Я всё еще числюсь в отделе социальных новостей.
Его тон был мягким, но пронзительный взгляд и подавляющая аура говорили сами за себя. Все прекрасно знали, что он не из тех, кто легко сдается. Детектив О сделал глубокую затяжку и выпустил струйку белого дыма.
— Ха... Да мы сами ничего не знаем. Пока никаких зацепок.
— Понимаю. Всё только начинается. Кстати, какова была точная причина подачи заявления об исчезновении?
Детектив О стряхнул пепел с сигареты указательным пальцем.
— Недели три или месяц назад она написала матери, что едет в отпуск, чтобы развеяться, и это было последнее сообщение. А потом, видимо, из компании позвонили: отпуск закончился, а она не вышла на работу.
В другой ситуации он бы отговорился стандартным «тайна следствия», но учитывая, с кем имеет дело, лучшим решением было выдать немного информации и сбежать.
— И больше ничего необычного?
— Родители живут в Пусане, она жила в Сеуле одна. И раньше часто ездила в поездки, так что особо не волновались.
— А куда она собиралась поехать?
— Кажется, в Таиланд?
— Да. В Таиланд.
На вопрос детектива О ответил второй следователь, который до этого молча курил, глядя в небо.
— Так она съездила в отпуск или нет?
— …….
— Видимо, записей о выезде из страны нет.
Детектив О промолчал. Но в голове У Хёна уже выстроилась картина.
Заявление подали неделю назад, но, возможно, она пропала гораздо раньше. И еще:
— Сообщение об отпуске могло быть отправлено не ей самой.
— …….
— Обычно в таких случаях виновата ревность или любовный конфликт, но раз зацепок нет, то вероятность того, что это просто ревность, крайне мала.
Когда рассуждения У Хёна совпали с направлением расследования полиции, детектив О с досадой почесал затылок.
Второй детектив смотрел на него широко раскрытыми от восхищения глазами. Он был новичком, только-только прошедшим стажировку. Даже не замечая, как из них вытягивают информацию, он всем своим видом показывал: «Так вот он какой, тот самый легендарный Чха У Хён».
— А причина смерти?
— Ведущий Чха, бросай журналистику, иди в детективы.
— Как видите, я человек чистоплотный, мне нужно мыться раз в день.
— Ты издеваешься? Да что с тобой такое?
— А с вами, капитан О?
— А что со мной?!
Он повысил голос, но, видимо, почувствовав за собой вину, отвел взгляд. У Хён, перенеся вес на одну ногу, с вызовом поднял подбородок.
— Ваше недавнее повышение — не скажете же вы, что это произошло совсем без моего участия...
— Ай, блин. Вот же!
Детектив О в сердцах бросил сигарету на землю. Пока он яростно растаптывал окурок старыми кроссовками, У Хён молча улыбался, ожидая ответа.
— Цк! Умеешь же ты ставить людей в неловкое положение. А-а. Надо же было нарваться именно на Чха Мамбу...
Детектив О, сверкнув глазами на У Хёна, тяжело вздохнул и с досадой потер лицо. Затем он достал из кармана пачку сигарет и прикурил еще одну.
— Ладно, только пока без подробностей в новостях. Точную причину мы узнаем только после результатов вскрытия судмедэкспертизы.
Нахмурившись, он чиркнул зажигалкой, сделал затяжку и выдохнул дым в землю.
— Насколько мы можем судить сейчас, причина смерти — истощение от голода.
— Истощение, говорите?
Услышав причину смерти, У Хён резко свел брови, и его лицо мгновенно стало ледяным.
Не удушение, не расчленение, не отравление, а смерть от голода? Жертву заморили голодом?
— Блядь, и тело в хорошем состоянии. Значит, избавились от него сразу после смерти.
— Ха!
Абсурдный и жуткий способ убийства невольно вызвал у него вздох.
— Что вообще происходит с этой страной? Как только что-то случается, так пиздец какой-то. Вокруг одни ебаные психопаты развелись.
— Точно. Для спонтанного преступления способ убийства слишком необычный.
— Если это спланированное убийство, то всё становится еще сложнее. Поэтому мы вынуждены держать язык за зубами, пока не найдем подозреваемого. Пойми нас, ведущий Чха.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления