Глаза Ён Су широко распахнулись и растерянно задрожали. Сумка, давно выскользнувшая из её рук, валялась в ногах, рассыпав свое содержимое, но она этого даже не замечала.

Этот мужчина...

Что сейчас сказал Чха У Хён?

Слова, влившиеся в её уши, казались речью на незнакомом языке — она совершенно не могла постичь их смысл.

Я нравлюсь Чха У Хёну?

В это было просто невозможно поверить.

Но мужчина перед ней не был иллюзией, и тепло, согревающее тыльную сторону её ладони, не было фантомным осязанием.

А значит, и ясное, четкое признание У Хёна не было слуховой галлюцинацией.

— ...Вы сейчас сказали, что я вам нравлюсь?

Она с трудом выдавила из себя эти слова, но всё равно не могла в это поверить.

Еще бы, ведь буквально пару минут назад этот мужчина собирался отправить её домой, холодно отвернувшись.

К тому же, перед тем как вывалить всё, что у него на душе, словно в последний раз, он почему-то сник и лишь неуверенно шевелил губами.

Он был похож на поскуливающего пса, не знающего, что делать — и это выглядело даже немного забавно.

А потом вдруг, сверкнув странным блеском в глазах, он каждым своим словом заставил сердце Ён Су не просто бешено колотиться, а пугающе трепетать.

И теперь, словно забыв о своей недавней робости, он вел себя до возмущения самоуверенно.

Да. Жутко возмутительно. Но так ли это на самом деле?

Присмотревшись, она заметила тени под глазами: черты его лица заострились, и в целом он выглядел куда изможденнее, чем раньше.

Как такое красивое лицо могло так осунуться. Пусть у него и ядовитый язык, но лицо у него было потрясающее, поэтому на душе стало как-то не по себе.

И вот теперь он уткнулся щекой в её руку и смотрит на неё глубоким, полным теней взглядом, словно на самое очаровательное существо на свете.

Эй. Чи Ён Су. Приди в себя.

Ён Су, как завороженная смотревшая ему в глаза, мысленно щелкнула себя по носу.

Она злилась. Ей было обидно. Она даже поклялась больше никогда с ним не связываться и собиралась уйти из этого дома. Всего десять минут назад.

Она спросила себя, почему всё еще стоит здесь, но та, кто должна была ответить, упорно игнорировала вопрос.

Уже во второй раз. Ей вспомнилась теория её младшей коллеги Сон Гён.

«На красивых парней долго злиться невозможно».

Во всем виновато это лицо, заставляющее прощать всё на свете даже без извинений, напрочь лишая гордости?

Ён Су протянула руку и нежно погладила его изможденные веки.

Она чувствовала несправедливость, но уже не понимала, в чем именно, и её колючий панцирь незаметно для неё самой исчез.

Казалось, если бы Бог существовал, он бы сейчас смотрел на неё сверху вниз и усмехался. Создатель, вложивший столько сил в его красоту, сказал бы:

«Ты всего лишь ничтожный человек. Что значит твой гнев перед лицом такой красоты? У тебя нет и шанса».

От прикосновения Ён Су его острые черты лица смягчились. Из-под век, которые он медленно закрыл и открыл, на нее смотрел глубокий, полный нежности взгляд.

— Я далек от твоего идеала заботливого мужчины, но я постараюсь им стать.

— ...Разве это то, чего можно добиться стараниями?

— Быть и красивым, и заботливым одновременно — задача не из легких, но раз уж ты, Чи Ён Су, предпочитаешь таких...

— Вау. Какая наглость.

На её полу-возмущенный, полу-восхищенный возглас У Хён ответил легкой улыбкой. На его щеках появились глубокие ямочки, и он продолжил:

— Если честно, я до сих пор не знаю. Какими ты видишь идеальные отношения. И даже не знаю, что и как должен делать.

У Хён вел себя так, словно и сам не верил в происходящее, но он быстро принял это.

— Я знаю только одно: я хочу дать тебе всё, что ты пожелаешь, что бы это ни было. Только так я смогу чувствовать себя живым.

Выдерживать этот пристальный, пронзительный взгляд было так тяжело, что казалось, её сердце сейчас разорвется, даже если бы у нее их было два. Ён Су попыталась высвободить свои пальцы, и У Хён мягко разжал руку.

— Я не это имела в виду, когда просила отпустить...

Ён Су мило надула губки, и У Хён, словно потеряв остатки терпения, притянул её к себе и обнял.

Его губы касались её лба, век, висков, щек, переносицы. Невесомые, как перышко, поцелуи щекотали её лицо. Но губ он так и не коснулся.

У них уже был опыт, когда они сводили друг друга с ума одними лишь поцелуями, жадно выпивая дыхание друг друга.

Вспоминая те моменты, она находила их упоительными и романтичными.

Поэтому ей было обидно, и она не понимала. Почему, ну почему ей кажется, что он намеренно избегает именно её губ.

Ён Су, обхватив руку У Хёна, лежащую на её шее, посмотрела на него снизу вверх. Её ясные глаза из-под загнутых ресниц задавали один-единственный вопрос: «Почему?».

Почему он не целует её в губы, хотя их разделяют жалкие миллиметры? Чмоки в щечки — это, конечно, мило, но сейчас она хотела настоящего поцелуя.

В конце концов, не выдержав, Ён Су капризно надула губы и спросила:

— Почему... вы не целуете меня?

Его красивые глаза слегка сузились. Он явно прекрасно понимал, о чем она просит, но намеренно делал вид, что не догадывается.

— Поцелуй. Вы ведь мне признались, Чха У Хён. Значит, по правилам мы должны поцеловаться, так почему вы этого не делаете?

Даже ей самой это показалось весьма логичным. Они, хоть и с опозданием, но признались друг другу в чувствах, разве не пора скрепить это печатью на губах?

Однако в ответ на смелое требование Ён Су У Хён замер, словно его ударили по голове, а затем между его бровями пролегла складка. Лицо Ён Су тоже исказилось.

Вроде я ничего такого не сказала, к чему это выражение лица? — успела подумать она, как вдруг У Хён сломался.

Он уткнулся лбом в её шею и обхватил её талию своими сильными руками, притягивая к себе. Казалось, он не просто обнимает её, а наваливается всем своим весом, отчаянно ища спасения.

— Ты хоть представляешь, чего мне стоит держаться, а ты так легко всё рушишь?

— Так зачем держаться? Я же сказала, что вы мне нравитесь.

У Хён тихо сквозь зубы процедил короткое ругательство и потерся носом о её изящную шею. Каждый раз, когда он вдыхал, тепло её кожи и её аромат дурманили ему голову всё сильнее.

— Ха-а...

С трудом подняв голову, У Хён уткнулся губами в мочку её уха и прошептал:

— Ты даже не заметила, что я уже наполовину завелся с того самого момента, как надел на тебя свой кардиган.

Он нежно прикусил её мочку уха, и от его горячего, влажного дыхания волосы у её виска слегка затрепетали.

— Я завожусь от одной только этой мелочи, а ты еще и провоцируешь меня... что мне, по-твоему, делать? Я сам себя пугаюсь, потому что не могу себя контролировать, а ты почему такая бесстрашная? Забыла, что находишься в доме одинокого мужчины?

Его напряженный пах, готовый в любую секунду вырваться из штанов, если он потеряет контроль, уперся в низ живота Ён Су. Сквозь тонкую ткань футболки она отчетливо чувствовала его твердость, тяжесть и жар.

Он был мужчиной, умеющим четко разделять работу и личную жизнь. Когда он вел новости в строгом костюме, обсуждая серьезные темы, его лицо казалось воплощением аскетизма.

Но Ён Су-то знала.

Каким непристойным становится это лицо в постели. Знала мужчину, который дарит наслаждение, первобытное и необузданное, порой доходящее до одержимости.

Контраст между его безупречным внешним видом и бушующим внутри животным желанием вызывал у нее странное возбуждение. А тот факт, что он реагирует так только на нее, приносил удовлетворение, соизмеримое с возбуждением.

У Хён слегка отстранил её от себя. С видимым сожалением он погладил её по щеке, сжимая и разжимая челюсти.

— Я правда почти не спал последние несколько дней. Боюсь, что не смогу остановиться, поэтому, пока я тебя отпускаю — иди домой.

Послушать его, так можно подумать, что я до этого спала с ним по принуждению. Ён Су мысленно фыркнула. Секс с ним всегда был её собственным выбором и её ответственностью.

— А кто просит вас останавливаться?

— Что?

— Я прямо сейчас хочу поцеловать вас, Чха У Хён.

— …….

— И я хочу не только поцелуй, но и кое-что большее. Мне всё равно уйти домой?

— Разве ты не говорила, что тебе нравятся заботливые мужчины?

— С каких это пор вы, Чха У Хён, стали заботливым? Говорят, если человек резко меняется, значит, он скоро умрет. Живите, как жили.

Ён Су вытянула руки и обхватила У Хёна за шею. Встав на цыпочки, она легонько прикусила его нижнюю губу и отстранилась.

— На самом деле, мне нравился тот грубый и бестактный Чха У Хён.

На словах она могла твердить, что её идеал — заботливый мужчина, что ей такие нравятся, но правда заключалась в том, что её потянуло к нему с самого начала. И если бы он вдруг начал изображать из себя заботливого джентльмена, её чувства бы не изменились. Разве что стали бы еще сильнее.

— Если после всего этого вы всё равно скажете мне уйти — я уйду.

Когда Ён Су попыталась высвободиться и отстраниться, У Хён резко перехватил её за руки. Взгляд, которым он смотрел на нее, изменился в долю секунды — теперь он готов был её проглотить.

— Куда ты собралась уходить. Кажется, ты делаешь всё это специально, чтобы посмотреть, как я потеряю голову из-за тебя. Что ж, раз уходишь, то уйдешь после того, как увидишь это.

У Хёну больше не нужно было сдерживаться. Не выпуская её запястий, он развернул её к себе. Путь от прихожей до его спальни был коротким, но в его шагах сквозило отчаянное нетерпение.

***

У Хён, принявший душ в ванной комнате рядом с гостиной, сидел на краю кровати. Услышав щелчок открывающейся двери, он невольно сглотнул.

Ён Су, вымывшаяся в ванной, смежной со спальней, подошла к нему, завернутая в большое банное полотенце.

Ей понадобилось меньше десяти секунд, чтобы подойти к нему, но для У Хёна эти секунды показались вечностью.

Ён Су встала между раздвинутых коленей У Хёна. Прозрачная капля воды сорвалась с её влажных волос и скатилась по линии шеи.

Взгляд Ён Су скользнул по лицу мужчины, смотрящего на нее снизу вверх, прошелся по крепкой груди в вырезе халата и остановился на его паху, где под тканью брюк отчетливо вырисовывался тяжелый, массивный контур.

   ✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению!  ➡️ Fableweaver