— Ну вот, видишь! Я так и знал, что ты справишься! Продюсер Чи из тех, кто доводит дело до конца. Добросовестная, с сильным чувством ответственности! Хоть порой и кажется, что ты всё делаешь небрежно и спустя рукава, но вести радиопрограмму столько лет — это не шутки. Уж в чем-чем, а в упорстве Чи Ён Су не откажешь!

— Я ничего не делаю спустя рукава, я, между прочим, очень стараюсь.

— Знаю, знаю. Это я так, к слову. Людям со стороны кажется, что мы тут просто песенки слушаем да прохлаждаемся, но у нас тоже есть свои трудности.

В кабинете директора радиовещания сегодня на удивление царило веселье.

Директор Юн, получив объяснительную — точнее, отчет о вчерашнем происшествии, — расхваливал Ён Су и без конца показывал ей большие пальцы.

Он был доволен не только тем, что привлечение Чха У Хёна в качестве гостя прошло быстрее, чем ожидалось, но и восхищен находчивостью Ён Су, превратившей потенциальную катастрофу в блестящую возможность.

В отличие от него, Ён Су была настроена скептически.

— Мы чисто записали аудио без сучка без задоринки, и права на дальнейшее использование тоже получили, так что проблем быть не должно.

— У тебя, должно быть, голова кругом шла от того, что нужно было всё разрулить, но ты, как всегда, на высоте. Умница, продюсер Чи.

— Зато потом не придется делать двойную работу.

— Хо-хо-хо.

Возможно, потому, что она в полной мере осознала, насколько голос Чха У Хёна, с четкой дикцией зачитывающий список спонсоров, вызывает абсолютное доверие — ей было не так уж и весело.

Раз уж так вышло, надо выжать из этого всё до последней капли.

— Вот, возьмите.

Ён Су протянула папку на подпись. Это был проект соглашения об увеличении бюджета её программы, который она забрала в административном отделе сразу, как только пришла на работу.

— …….

— Чего вы так смотрите? Что?

— Какая ты умная и пробивная... Кстати, об этом...

— Сначала подпись.

— Подпишу. Обязательно. Ты просто выслушай меня.

— Да, можете продолжать, если хотите получить мое заявление об отпуске за свой счет.

— Чего ты так сурово-то.

Она и вправду подумывала о том, чтобы взять отпуск месяца на три, но всерьез этого делать не собиралась. Однако она прекрасно знала, что сейчас вылетит изо рта директора Юн Джэ Муна, и бросила эти слова лишь для того, чтобы заткнуть его.

— Подпись.

Смысл был ясен: «Хватит болтать, ставьте печать».

— Может, выпьем вечерком по рюмочке?

— Нет. У меня запись.

— Тогда, может, завтра?

— Завтра будет видно.

— Ах ты ж! Я предлагаю выпить, а ты даже не думая отказываешься?! Я директор отдела радио, между прочим, директор!

На телестанции, которая работала 24 часа в сутки, часто устраивали корпоративы вечером, подстраиваясь под график тех, кто работал в дневную смену.

Но каким бы «медом» ни казалась должность радиопродюсера, она ни за что не поведется на это приглашение, в котором явно сквозил скрытый умысел.

— Ну, тогда ждите до двух часов ночи. И вообще, какая выпивка в рабочее время?

— …….

— В любом случае, я пойду. Пожалуйста, подпишите сегодня.

Ён Су поднялась с дивана, вежливо поклонилась директору Юну и развернулась.

Выйдя из кабинета директора, Ён Су обхватила шею ладонью. Она сделала несколько разминочных движений головой вправо и влево и тихо застонала.

То ли от недосыпа, то ли от нервов, но всё тело ломило. Особенно шею. Всю ночь в ней бушевали самые негативные эмоции.

Начиная с чувства предательства, за которым последовали гнев, презрение к себе, унижение, жажда мести, отчаяние, самобичевание, опустошение, чувство потери, бессилие и стыд. И в довершение всего — совершенно неуместная в этой ситуации обида.

Она ничего от него не хотела, но все эти эмоции, то и дело меняя лица, накрывали Ён Су с головой.

Дошло до того, что даже во сне она, словно спасаясь от погони, без конца оглядывалась и бежала, бежала, пока земля не ушла из-под ног, и она не полетела в бездну.

Резко открыв глаза и сев в кровати, она увидела, что за окном уже ярко светит солнце. Кое-как умывшись, она поспешила на работу.

Вернувшись в монтажную, Ён Су глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Неважно, что у меня на душе, работу делать надо.

Только получая зарплату, она сможет оплачивать ипотеку, есть то, что хочется, и иногда ходить в универмаг за хорошей одеждой.

Вспомнив о счетах по кредитке, которые придут в начале следующего месяца, она поняла, что у нее нет времени на пустые переживания о том, что всё равно не изменить. Не зря говорят, что офисные работники, носящие заявление об увольнении в нагрудном кармане, держатся на плаву только благодаря долгам.

Какие еще отношения, давай лучше работать. Буду пахать как вол, накоплю денег и поеду в Европу. Чи Ён Су.

Путешествовать с рюкзаком за тридцать уже тяжеловато, так что придется жить в отелях. Лувр, каналы Венеции, площадь Сан-Марко, здание парламента в Будапеште, Колизей, Акрополь, Пражский Град и так далее. Чтобы вот так шикарно погулять, пары копеек не хватит.

Она вовсю фантазировала о туристических местах, которые видела только по телевизору, когда на столе завибрировал телефон.

[Ты где?]

Это был Чха У Хён.

[На крыше?]

Он что, думает, я днями и ночами на этой крыше торчу?

Да, половину рабочего времени она проводила на 11 этаже, где располагался сад на крыше, но остальную половину она находилась на 10 этаже, в отделе радио. Да и на саму крышу она выходила всего на час-два.

Но в ближайшее время она планировала безвылазно сидеть в своей крошечной монтажной на 10 этаже. Она не хотела видеть Чха У Хёна, не хотела смотреть на его лицо и чувствовать трепет, отбросив всякую гордость.

Ён Су проигнорировала сообщение У Хёна и сосредоточилась на работе.

***

В поездках на работу на машине обнаружился один большой плюс. С подземной парковки можно было сразу подняться на 10 этаж, минуя вестибюль.

А это значило, что у нее даже не было шанса увидеть чье-то огромное лицо, висящее в лобби. 9-часовые новости она тоже больше не смотрела.

Самые лучшие новости — это новости агентства. Как-никак, национальное информационное агентство.

Теперь, вместо того чтобы идти на крышу, Ён Су выходила проветриться в парк перед телестанцией.

Сидя на скамейке в парке и бездумно пялясь в пустоту, она чувствовала себя бездельницей, которой некуда спешить, но зато наблюдать за людьми было весьма забавно.

Это было всего лишь через дорогу, но она выезжала на машине и возвращалась на машине. Исключительно ради того, чтобы не видеть лицо Чха У Хёна в вестибюле.

Раньше они практически не пересекались, а теперь, когда она твердо решила избегать его, шансов столкнуться не было вообще.

Вернувшись с перерыва, Ён Су прислонилась головой к стенке лифта и закрыла глаза. Время лечит, — думала она.

В этот момент лифт остановился на каком-то этаже, и двери открылись. Ён Су так и стояла, прислонившись к стене с закрытыми глазами. Двери были открыты уже довольно долго, но никто не заходил.

Только тогда она слегка приоткрыла веки и увидела перед собой крупный мужской силуэт.

— …….

— Не думал, что мы встретимся именно здесь.

Его резкий голос звучал тихо и ровно.

Она так старательно его избегала, и надо же было вот так столкнуться.

Их взгляды пересеклись в воздухе. Ён Су не смогла скрыть растерянности, но У Хён, как всегда, оставался спокоен.

Сделав широкий шаг, он зашел в лифт, и двери бесшумно закрылись. В тесной кабине мгновенно похолодало, словно температура упала на несколько градусов.

Он злится?

Эта мысль мелькнула у нее в голове, и она тут же с ней согласилась.

Еще бы ему не злиться.

Она игнорировала его сообщения и звонки уже несколько дней подряд.

Ему, наверное, было неприятно чувствовать себя отвергнутым без всякой причины.

— Если у вас есть время, давайте поговорим.

— Хорошо. Давайте.

Она не могла вечно бегать от него, к тому же была у него в долгу, так что расставить все точки над «i» было её обязанностью.

Лифт прибыл на 11 этаж. Выйдя из кабины, они направились в сад на крыше. Пока они шли по коридору, У Хён молчал, а Ён Су молча следовала за ним.

На крыше, как ни странно, были люди, но, видимо, они как раз собирались уходить и уступили им место.

Они с недоумением посмотрели на У Хёна, а затем, увидев идущую следом Ён Су, одними губами спросили: «Что такое?».

Ён Су лишь покачала головой, показывая, что ничего не случилось, и направилась к перголе.

Даже в глазах окружающих комбинация «Чха У Хён и Чи Ён Су» вызывала сплошные вопросы.

Теперь-то Ён Су всё поняла. Единственной переменной в их отношениях была прихоть Чха У Хёна.

То, что он обратил на нее внимание, то, что подошел ближе.

То, что он так легко согласился на её просьбу.

В основе всего этого лежал лишь интерес или забава, сопровождаемые сексуальным удовлетворением.

Какая же это эгоистичная манера мыслить. Не просто высокомерная, а донельзя надменная.

Поэтому отныне я буду той, кто отказывает. Тебе.

— О чем вы хотели поговорить?

Дойдя до перголы, она даже не села на скамейку, а скрестила руки на груди и перенесла вес на одну ногу. Упрямо вздернув подбородок, она посмотрела на У Хёна.

— Мне кажется, или вы в один миг стали совершенно другим человеком?

— Не знаю, насколько я изменилась, но раз вам так показалось, значит, так оно и есть.

— Я долго думал, но так и не смог понять. Я чем-то вас обидел, Чи Ён Су?

— Чтобы такой благородный ведущий, как Чха У Хён, обидел какую-то глупую продюсершу? Не было такого.

— Для того, чего «не было», вы очень даже аппетитно всё проглотили.

— Что? О чем это вы?

Что она там вкусно съела? Ён Су нахмурилась и переспросила.

— Сообщения и звонки. Вы их, видимо, тщательно пережевали и проглотили. Я к тому, что от них не осталось и следа.

У Хён окинул ледяным взглядом Ён Су, которую его слова задели за живое, с ног до головы.

— Я смотрю, все десять пальцев у вас на месте, и рот вроде бы открывается. Если вы не избегаете меня намеренно, то по какой причине вы не выходили на связь?

— Я была занята.

— А-а. Заняты, значит.

У Хён криво усмехнулся, и на его губах заиграла холодная усмешка.

— Когда вам что-то нужно, вы улыбаетесь и очаровываете людей, а как только нужда отпадает — безжалостно выбрасываете, как мусор. Меня просто использовали и выбросили, и мне от этого было так паршиво, что я уснуть не мог, а вы, значит, были просто заняты.

Кто кого еще выбросил? Ты мне никогда и не принадлежал, какое у меня было право тебя выбрасывать?

Ён Су сильно прикусила нижнюю губу и свирепо уставилась на У Хёна.

— Я уже почти готов был разочароваться, подумав, что вы всего лишь женщина такого уровня. Неужели не найдется оправдания поубедительнее?

  ✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению!  ➡️ Fableweaver