— Что это с продюсером Чи?

— Не знаю. В последнее время она часто так делает. Уже в который раз вздыхает. Спрашиваю, что случилось — говорит, что ничего.

На вопрос Джон Ин полушепотом ответила Ли Сон Гён. Их взгляды были устремлены на круглый затылок Ён Су.

Ён Су сидела за круглым столом в конференц-зале, подперев подбородок рукой, и тяжело вздыхала, включив видео, на которое даже не смотрела.

Уже в одиннадцатый раз. Глубокий тяжелый вздох, от которого, казалось, земля уходила из-под ног, сорвался с её губ, пока она криво подпирала рукой подбородок.

Не выдержав, Джон Ин приобняла Ён Су за плечи и подсела рядом.

— Дорогая, тебя что-то тревожит?

— А? С чего вы взяли, вдруг?

— Да так. Ты в последнее время кажешься совсем обессиленной. Еще недавно энергия била ключом, ты прямо летала. Или, может, заболела?

— Ничего не болит. Да и тревоги... так, ничего серьезного.

— Но почему ты тогда так вздыхаешь? Со стороны посмотришь — подумаешь, с любимым парнем рассталась. Хотя ты ни с кем и не встречалась.

— Ха-ха... Я так выглядела?

Хоть я и не расставалась с любимым парнем, сюжет был примерно похожим. Правда, как только я осознала свои чувства, вся симпатия мигом улетучилась, и я всё свернула.

После того дня. От Чха У Хёна не было никаких вестей. И на крышу 11-го этажа он тоже не приходил. Видимо, разорвать отношения одним махом для него проще простого.

Хотя Ён Су первой заявила, что им больше не стоит пересекаться, избавиться от смятения в душе она не смогла.

Время от времени перед глазами всплывало его лицо, было любопытно, как он там, и порой накатывало желание его увидеть.

Она отгоняла эти мысли, ругая себя за этот бред, но, в отличие от разума, сердцу приказать было невозможно.

Поэтому она сама не замечала, как по привычке продолжала тяжело вздыхать.

Но так как это была не та история, которой можно поделиться с другими, Ён Су просто сменила тему, сделав вид, что всё в порядке.

— Кстати, кажется, нам нужен постоянный гость. Что думаете, писательница Со?

Бюджет программы увеличили, и Ён Су уже давно подумывала, что иметь постоянного гостя куда эффективнее, чем каждый раз искать новых и рисковать очередным скандалом.

— Кто-то конкретный? Есть кто на примете?

— Помните Ли Ха Ян, которая приходила к нам пару месяцев назад? Хоть и молодая, но говорит очень толково и разумно.

— Хм. Неплохо. Но у нее энергетика слишком уж светлая.

— Да, есть в ней что-то чересчур прыгучее.

Ён Су поменяла руку, подпирающую подбородок, и погрузилась в раздумья.

— Ах! Есть же один человек!

Со Джон Ин, думавшая вместе с ней, звонко хлопнула в ладоши, и её глаза заблестели.

— Кто?

— Пэк Йо Хан!

— Пэк Йо Хан?

— А кто такой Пэк Йо Хан?

Услышав новое имя, Сон Гён тоже проявила интерес и подсела поближе.

— Есть один. Невероятно красивый и обходительный мужчина. Если увидишь, тоже влюбишься.

— И почему только я о таком не знаю? Продюсер Чи, похоже, тоже в курсе?

— Боялась, что ты влюбишься с первого взгляда и начнешь за ним бегать, вот и прятала.

Джон Ин еще больше подогрела любопытство Сон Гён и продолжила:

— В общем, подумай хорошенько, дорогая. Он человек искусства, значит, чувственность у него богатая, да и в прошлый раз я заметила, что интересных историй у него хоть отбавляй. А главное — его голос ведь идеально подходит для предрассветной атмосферы, верно?

Его мягкий и вкрадчивый тембр сам по себе создавал ощущение нежности и тепла. Для программы, выходящей в полночь, голос — это самое важное, на что стоит обращать внимание.

Не слишком возбужденный, но и не слишком унылый. Спокойный, обладающий умиротворяющей энергетикой.

— Знаешь, бывают такие люди, после разговора с которыми настроение само собой поднимается? Йо Хан именно такой.

— А Пэк Йо Хан не слишком занят?

— На удивление, он кажется весьма свободным. Насколько я знаю, он не любит светиться в прессе и отказывается от любых телевизионных съемок. Но у нас же радио без видеоэфира, так что должно быть нормально?

— Хм... Пэк Йо Хан и правда отлично вписался бы в наш формат, но...

— Вот видишь? Я тоже так думаю. Говорят, после выставки он планирует остаться в Корее еще на полгода. Почему бы не предложить ему новый опыт? Свяжись с ним. Вы ведь с того раза больше не общались?

По пути на телестанцию после обеда она получила от него неожиданное признание, которое вежливо отклонила.

Однако и после этого Йо Хан периодически писал ей, чтобы узнать, как дела, не переходя при этом границ. Он сказал, что ему было бы очень грустно, если бы после отказа они не смогли остаться хотя бы друзьями.

— Мы иногда обмениваемся сообщениями. Вчера он тоже написал, что с удовольствием послушал эфир.

— Да? Ну, тогда вообще отлично.

Лицо Джон Ин просияло. Подумав немного, она с многозначительным выражением стала подговаривать Ён Су позвонить ему прямо сейчас.

— Если это Йо Хан, он наверняка согласится.

10 часов вечера. Казалось бы, немного поздновато для звонков, но Ён Су, решив ковать железо пока горячо, взяла телефон.

— Ён Су, что-то случилось в такое время?

После долгих гудков Йо Хан ответил на звонок.

И хотя они переписывались только вчера, в его голосе слышалась такая радость, будто они не общались целую вечность.

— Я не слишком поздно звоню?

— Для таких сов, как я, это совсем не поздно. К тому же, если звоните вы, Ён Су, я готов проснуться и взять трубку. Так что случилось?

От этого теплого голоса с нотками улыбки на душе у Ён Су стало спокойнее.

— Дело в том, что...

Держа телефон в одной руке, она украдкой взглянула на Со Джон Ин. Та замахала руками и сделала знак глазами: мол, чего ты тянешь, спрашивай давай.

— Послушайте, Йо Хан. Если вы не против, не хотели бы вы как-нибудь прийти к нам на радио в качестве гостя? Вы можете отказаться, так что не чувствуйте себя обязанным.

— На «Полуночную колыбельную»?

— Да. Мы можем подстроить график так, как вам будет удобно.

— Хм...

Пока Ён Су ждала ответа Йо Хана, она нервно облизнула губы. После недолгих раздумий он ответил:

— Я согласен.

— Правда?

— Да. Думаю, это будет интересно. Я приду.

— Ох, слава богу. Йо Хан, огромное вам спасибо. В ближайшее время я угощу вас ужином. Тогда и обсудим детали.

— У меня есть кое-что, что я хотел бы попробовать.

— И что же?

— Копчхан. Видел по телевизору, все так аппетитно его едят.

— Всего лишь копчхан? Не слишком ли скромно? Я могу угостить чем-то подороже.

— Тогда купите мне еще и пиво.

— Договорились. Это пара пустяков. Но, я говорю это из лучших побуждений: если кто-то другой о чем-то вас попросит, требуйте самое дорогое. А то вас так и будут за дурачка держать.

— Да, хорошо. Моя мама говорила, что нужно слушаться женщин. В любом случае, Ён Су, я и сегодня буду слушать ваш эфир, так что поставьте побольше хороших песен.

Как только она повесила трубку, её встретили две пары глаз, полных ожидания. Ён Су широко улыбнулась и кивнула, после чего в маленькой переговорной раздались радостные возгласы.

— Так, так, а теперь успокоились и давайте проверим сегодняшний сценарий.

— Я уже пробежалась по нему, там есть стихотворение. Недели три их не было, да?

— Да. Сегодня утром пришло по почте.

— Альфред Теннисон [1], «Русалка»...

[1] Английский поэт 19 века. Поэт-лауреат Викторианской эпохи.

Она тихо прочла вслух несколько строк.

— Серьезно, только мне одной интересно, кто это присылает? Где он находит такие классические стихи? В интернете их так просто не отыщешь.

На слова Джон Ин Сон Гён беспечно ответила:

— Может, он любитель оригиналов или классической поэзии? Если честно, я бы хотела, чтобы он присылал их почаще. А то у меня уже голова пухнет каждый день выдавливать из себя тексты для сценариев.

***

Вода, щедро залившая пол, плескалась у самых щиколоток. И скапливалась она не на сером бетоне, а на плитке с арабесковым узором.

На первый взгляд это напоминало большой бассейн, какие часто встречаются в общественных банях, но глубина была совершенно другой.

Мужчина, стоявший прямо, был отнюдь не низкого роста. И тем не менее высота стен, окружавших это пространство, доходила ему лишь до груди.

Босой мужчина медленно шагнул вперед. Под его ногами закачалась поверхность воды, и по ней пошли круги.

Пройдя несколько шагов, он остановился возле женщины, ровно лежавшей на плиточном полу. Её грудь была обнажена, а плотно сжатые ноги накрепко замотаны во что-то, так что она не могла даже пошевелиться.

— Как думаешь, если наполовину прикрыть грудь волосами, будет красивее?

Спросил мужчина. Но женщина не ответила.

Всё её тело было наполовину погружено в воду, а длинные волосы раскинулись и плавно колыхались на поверхности.

— Может, украсить нарциссами и жемчугом, так будет лучше?

Беглого взгляда было достаточно, чтобы понять — она напоминала мифическую русалку.

Мужчина, стоявший со стороны её ног, перешел на другое место. Теперь он встал у её изголовья и посмотрел на нее задумчивым взглядом.

Движения женщины с мертвенно-бледным лицом заметно замедлились. Вначале она дрожала всем телом и стучала зубами, но теперь её пульс и дыхание почти затихли.

Мужчина опустился на колени рядом с её лицом.

Его бежевые брюки намокли и потемнели от воды, но он, казалось, совершенно не придавал этому значения, неотрывно глядя на женщину.

Звуки музыки, эхом разносящиеся по просторному помещению, стихли, и раздался спокойный голос радиоведущей.

— «С ней опущусь я в морские глубины,

Скреплю свою душу с её душой,

Забыв навсегда тот свет и росу,

И звуки мира, что мы знали.

Когда она меня позовет,

Сгорая от пылкого трепета,

Я брошусь вслед за сияющим серебряным вихрем,

Струящимся под небесами цвета золота.

Она будет любить меня словно бога,

А я буду чтить её больше всех сокровищ

В храмах из дерева и мрамора,

Что высятся на холмах и берегах».

Мужчина протянул руку и погладил женщину по щеке. Остывшее в воде тело было холодным как лед. Мужчина очаровательно улыбнулся.

— Что ж, до встречи на небесах. Моя русалка.