Контент удален!

Если бы кто-то, не знающий ситуации, посмотрел на них со стороны, то решил бы, что это просто ужин, на котором братья-чеболи знакомят друг друга со своими спутницами... Однако между собравшимися за столом людьми, прекрасно знавшими подоплеку, висело осязаемое напряжение.

Чу Хон сразу догадался, чьих рук делом была эта пиздецки абсурдная ситуация. А я-то думал, чего это она так покладисто согласилась, сказав: «Иди, я не против». И вот она сидит прямо напротив него, бок о бок с Пэк Тхэ Джу.

Сказала, что ей нужно по делам ненадолго вернуться в Уольсонвон, и ушла, а теперь, как по иронии судьбы, появилась в ресторане, где он ужинал с Джи Хе Юн, под ручку с его братом, который был для него словно злейший враг. Он знал, что она не промах, но она умела играть на нервах куда изощреннее, чем он ожидал.

Изящно, словно потягивая вино, Ха Джин пила воду, не отрывая от него пристального взгляда сквозь прозрачный бокал. Чу Хон слегка склонил голову и приподнял бровь, словно спрашивая: «Решила поиграть?». Ха Джин медленно отняла бокал от губ и бросила на него надменный, быстрый взгляд с ног до головы. Будто отвечая: «Ты первый начал».

Око за око, зуб за зуб.

Если ты собираешься открыто таскаться с другой бабой у меня на глазах, то и я поступлю так же.

Её лицо, открыто транслирующее это послание, было таким красивым, что аж бесило. А следующей его мыслью было...

Чу Хон невольно усмехнулся и слегка опустил голову, прикрывая рот рукой.

...Эта женщина, похоже, запала на меня сильнее, чем я думал...

Он не столько пытался вызвать у неё ревность, сколько просто решил подыграть ситуации ради приличий, учитывая давние связи их семей. Но она не смогла стерпеть даже этой малости и тут же ответила тем же оружием.

— Что с вами, Чу Хон? Вам нехорошо?

Решив, что он почувствовал себя плохо, раз опустил голову, Джи Хе Юн понизила голос и шепотом спросила его.

— Нет, всё в порядке. Просто эта ситуация... забавная.

Услышав его ответ, сказанный сквозь сдерживаемый смех, Хе Юн на мгновение растерялась, но потом тоже улыбнулась.

— ...А, да, вы правы. Не каждый день вот так случайно собираются все четверо. Тем более, мы ведь даже не договаривались.

Повернувшись к Ха Джин, сидящей напротив, Хе Юн спросила с искренним удивлением:

— Но как так совпало, что мы забронировали столики на один и тот же день... Забронировать здесь место — это же настоящая пытка, а уж встретиться в один день — вообще шанс один на миллион, как в лотерее. А вы, кстати, когда бронировали?

Вопрос прозвучал без всякого скрытого подтекста. Ха Джин молча посмотрела на Хе Юн, а затем перевела взгляд на Чу Хона и ответила:

— Три дня назад.

— ...

Услышав этот ответ, Хе Юн плотно сжала губы. По иронии судьбы, это был тот самый день, когда она разговаривала по телефону с Пэк Чу Хоном и они договаривались о месте встречи. Чтобы даже день брони совпал. Неужели это всё — просто цепь случайных совпадений? Или...

С неприятным осадком на душе она посмотрела на сидящего рядом Пэк Чу Хона. Мужчина с такой надменной аурой, что казалось, он никого и ничего не боится в этом мире, с явным интересом разглядывал сидящих напротив брата и его спутницу.

...Точно. Тот взгляд, которым Чу Хон смотрел на Ха Джин в галерее, совсем не походил на то, как обычно смотрят на женщину своего брата. И сейчас тоже. В его взгляде не было ни капли смущения, он словно наслаждался этой ситуацией... И Пэк Тхэ Джу, его брат, вел себя так же до жути невозмутимо.

Сидя неподвижно, как статуя, словно эта напряженная атмосфера его вообще не касалась, он неторопливо попивал приветственный чай, выглядя как человек из другого измерения.

Эти люди, сохраняющие пугающее спокойствие, напоминали персонажей какого-нибудь хоррора, где нет призраков, но атмосфера настолько гнетущая, что волосы встают дыбом. Идеально выстроенный, фальшивый мир, который медленно сводит с ума единственного нормального героя. Естественно, в глазах Хе Юн этим нормальным героем была она сама.

Хе Юн взяла палочками закуску, поданную вместе с чаем. Говорили, что это тонко нарезанные морские гребешки, заправленные цитрусовым соусом с зеленью. Их вкус идеально гармонировал с чаем, имеющим легкий фруктовый аромат.

Наслаждаясь запахом лимонной вербены, Хе Юн решила сделать первый шаг и поддеть Чу Хона.

— Знаете, я еще при первой встрече подумала...

И инструментом для этого укола, разумеется, стала Ю Ха Джин.

— Ю Ха Джин, вы невероятно красивы. Говорю это не ради лести, но если бы вы пошли в индустрию развлечений, то наверняка стали бы топовой звездой.

— ...

— И поверьте, это не из тех гнилых комплиментов из серии «красивое личико, и на этом всё».

Когда Ха Джин, только что прожевавшая еду, посмотрела на неё, Хе Юн, подперев подбородок рукой, лучезарно улыбнулась.

— Ваша тетя — директор «Novcore» Ю Су Хи, верно? Я ею очень восхищаюсь. Слышала, что когда она развивала свою галерею, вы ей здорово помогли. И деловая хватка у вас тоже отличная. Надо же, как несправедливо природа распределяет таланты.

Видимо, так Хе Юн пыталась сблизиться с Ха Джин. В её словах не чувствовалось злого умысла, скорее, искреннее любопытство к Ха Джин, которое сквозило в её тоне.

— Благодарю вас. Моя тетя очень строгая, я и не знала, что она так обо мне отзывалась.

— Я сразу поняла, что вы очень обаятельны. Вы так не считаете, Чу Хон?

Чу Хон, который до этого просто лениво крутил пустой бокал по столу, услышав это, посмотрел на Ха Джин слегка ироничным взглядом.

— Ну, пожалуй. Если добавить немного шутки...

Сделав паузу, он создал в разговоре двусмысленную тишину. Растянув губы в скользкой ухмылке, Чу Хон добавил:

— Если бы она была не девушкой моего брата, а чьей-то еще, я бы, наверное, захотел её увести?

От этого шокирующего заявления в комнате повисла гробовая тишина, словно всех окатили ледяной водой. Как бы ни ходили слухи о том, что он конченый бабник, но такое поведение в духе уличной шпаны заставило Пэк Тхэ Джу слегка нахмуриться.

— Ты всё тот же.

Стук. Пэк Тхэ Джу с редким для него шумом опустил стакан и ледяным, пронизывающим взглядом посмотрел на брата, сидящего по диагонали.

— Не можешь отличить прямолинейность от грубости и продолжаешь паясничать.

Услышав это, Пэк Чу Хон тихо рассмеялся, словно ему было весело.

— Если слушать приятно — это прямолинейность, если звучит как хуйня — это грубость. Всё зависит от того, как воспринимать.

— Сейчас ты как раз во второй категории.

— Если слова, сказанные как комплимент, тебе кажутся хуйней, то это уже твои проблемы.

— А... знаете.

Отношения между братьями и без того не были теплыми, но сейчас температура разговора упала ниже нуля. Боясь, что всё это превратится в уличную драку, Хе Юн натянула улыбку и попыталась вмешаться:

— Слова прозвучали, конечно, резко, но, видимо, это лишь доказывает, насколько Ю Ха Джин привлекательна.

Сумасшедший. То, что Пэк Чу Хон — абсолютно непредсказуемый тип, творящий всё, что вздумается, она поняла еще при первой встрече, но нести подобный бред в адрес женщины, которая может стать его невесткой... Любому было ясно, что это не пустые слова, а нечто близкое к правде. Хе Юн, побледнев, едва смогла сгладить ситуацию, но молчаливая дуэль ледяных взглядов между братьями продолжалась.

Ха Джин не была сбита с толку; наоборот, она поняла, что Пэк Чу Хон явно наслаждается её провокацией. Одного взгляда на его глаза напротив, которые, казалось, пережевывали и глотали её саму, а не еду, было достаточно.

Официанты еще несколько раз заходили в комнату, подавая блюда и рассказывая о них. Четверо сидели, пережевывая свою еду и поддерживая пустую, бессодержательную беседу. Слова, лишенные всякого смысла и сути.

Где они познакомились, кто в кого влюбился с первого взгляда... В основном что-то в этом роде. И пока шел этот треп, Чу Хон чувствовал, как от скуки ему хочется просто откинуться назад и послать всё к черту. Прямо перед ним сидит баба, которую так и хочется покусать и вылизать, а ему приходится вести эти ебаные светские беседы ради приличий — аж на зубах навязло.

Как раз в тот момент, когда раздвижная дверь снова открылась и подошел официант, чтобы налить ему воды...

— Ах!

Из-за того, что Чу Хон слегка задел его локтем, рука официанта дрогнула. Вода пролилась на рукав пиджака Чу Хона, а стакан опрокинулся, мгновенно залив стол лужей воды.

Когда официант, побледнев от ужаса, прикрыл рот рукой, Чу Хон с притворным сожалением вздохнул и стряхнул воду с рукава.

— Ох, какая оплошность.

— ...

Тем, кто вечно создавал такие трещины в идеальной картине, всегда был Пэк Чу Хон. Ха Джин специально всё это время смотрела куда угодно, только не в его сторону, полностью его игнорируя. Она хотела, чтобы он бесился, чтобы извелся от нетерпения.

Но сейчас...

Она планировала лишь слегка его подразнить. Всё-таки здесь были посторонние, кто знал, какую дичь он может выкинуть. И вот, словно избалованный ребенок, лишенный внимания, он намеренно устроил эту сцену. Ха Джин посмотрела на этого невыносимого мужчину с нескрываемым изумлением.