И Хён схватился за стену, чтобы не упасть. Сколько бы он ни пытался вдохнуть, воздух не попадал в легкие.
Чон Ён долго смотрела куда-то вдаль, а затем внезапно заговорила о другом:
«Если ты чего-то хочешь, не выбирай средств и методов».
Ее голос звучал то громко, то тихо, эхом отдаваясь в его голове.
«Смерть отца на самом деле тебе на пользу. Ты ведь тоже так думаешь?»
Голова кружилась. Чон Ён приближалась шаг за шагом, и И Хён, задыхаясь, отступал на столько же. Он боялся, что она коснется его. Прикосновение матери означало боль и страдание. И спасать его теперь было некому.
«Нет. Ты не получишь этого. Всё уже разрушено. Из-за твоего отца».
Пока Чон Ён смотрела на И Хёна и заливалась смехом, ворвались спасатели. Судя по всему, чтобы сдержать репортеров, были мобилизованы и полицейские.
Чон Ён снова полоснула себя ножом, и люди закричали.
«Неужели никто не видит, как мне тяжело после смерти мужа?!»
Чон Ён кричала, пока её уводили:
«Спасите его! Верните моего мужчину к жизни!»
Дзынь. Зрение снова помутилось.
«Дыхание...»
Не могу вздохнуть. Больно. Я ещё даже не успел поплакать.
Кажется, он упал и ударился головой.
«О господи! Сюда! Доктор!»
«И Хён! Очнитесь!»
Люди кричали, спасатели вернулись к нему. Ему не нравилось, что всё вокруг расплывается, и он закрыл глаза. Теряя сознание, он молился.
Пусть бы всё так и оставалось, ничего не делая, просто текло. Пусть бы он так состарился. Пусть бы так умер.
Если умереть не получится, то пусть он станет человеком, который не чувствует эмоций других.
Пусть он переродится таким.
На этом мысли оборвались. Сон снова изменился. На тот, что снился ему каждый день в последнее время.
***
Может, потому что она была голодна? На рассвете её мучил токсикоз. Син Э осторожно приподнялась, чувствуя тошноту, и прислонилась к спинке кровати.
Она волновалась, не заболел ли ребенок, но интернет говорил, что это естественное явление. Хотелось как можно скорее сходить в больницу и проверить, всё ли в порядке, но сейчас у неё не было такой возможности.
«Подожди ещё немного».
Раз они связаны телом, она верила, что он услышит её сердцем.
В открытое окно виднелся синий рассвет. Помня о спящем И Хёне, она двигалась тихо. Когда она спускала ноги с кровати, послышался шепот:
— ...Не уходи.
Вздрогнув, она обернулась проверить И Хёна. Он не проснулся.
Она пристально посмотрела на его лицо. Всю ночь он стонал и покрывался холодным потом. В последнее время ему снился один и тот же сон.
Он всё ещё не может отпустить отца...
Она не стала обнимать его или брать за руку, просто молча смотрела сверху вниз.
Гладкий лоб, закрытые глаза, густые ресницы, прямой нос, губы, от вида которых она всегда краснела, сильные плечи... Син Э долго запечатлевала каждую черту в памяти.
Взгляд упал на руку, лежащую поверх одеяла. Длинные, белые, но сильные пальцы. Сколько раз во время секса эти пальцы переплетались с её собственными.
Возможно, это последний раз, когда она видит его спящим.
Остановив мысли на этом, Син Э осторожно встала. Нужно было съесть печенье, чтобы унять тошноту.
***
Свет пробивался сквозь полуоткрытые шторы. И Хён всегда просыпался в одно и то же время, но сегодня его разбудил свет.
Летнее солнце играло на лице Син Э.
Она крепко спала. Последние несколько дней Син Э не могла встать утром и долго валялась в постели. Он протянул руку и убрал волосы с её лба.
Круглый лоб, закрытые глаза, ресницы, отбрасывающие тень, милый нос и маленькие красные губы, которые иногда заставляли его улыбаться... И Хён долго смотрел на неё, запоминая каждую деталь.
Может, потому что она спит, она кажется немного осунувшейся. Только она начала набирать вес, как за последние дни снова похудела. Он не знал, что ей купить.
Секретарь Чан докладывала, что она плохо ест. Это беспокоило. Не в силах сдержать порыв, он коснулся её бледной щеки тыльной стороной ладони.
«Сколько дней осталось...»
До того дня, когда он её бросит.
Погладив себя по груди, где неприятно заныло, И Хён встал. Проведя рукой по волосам, он тихо открыл дверь и вышел из спальни. Последние дни он пользовался ванной в конце коридора, а не той, что в спальне.
Приняв душ, И Хён снова тихо вошел в спальню. К сожалению, собираться на работу ему придется одному. Он надевал запонки и раздумывал над галстуком, когда услышал:
— Первый.
Голос донесся со стороны кровати. И Син Э добавила:
— Я повесила их по порядку.
И Хён снял первый галстук и обернулся к Син Э.
— Проснулись?
Син Э сидела, прислонившись спиной к изголовью и прикрывшись одеялом. Завязывая галстук, он чувствовал на себе её взгляд. И когда надевал запонки — тоже.
— Почему вы так смотрите?
Спросил он легко, затягивая узел.
Это было даже немного удивительно. Обычно после бурной ночи она стеснялась даже встретиться с ним взглядом, но сегодня всё было иначе.
Одевшись, он снова повернулся к Син Э. Хотел было подойти, но остановился. Странное чувство. Казалось, она хочет что-то сказать. Проверив время, он увидел, что у него есть ещё минут десять.
Засунув одну руку в карман брюк, И Хён прислонился к стене гардеробной и вопросительно посмотрел на Син Э. Сейчас ему было интереснее узнать, что у неё в голове, чем целовать её или касаться.
Она сидела, прислонившись к спинке кровати, сцепив руки, и молча смотрела на него. Словно готовясь к речи. Затем встретилась с ним взглядом. И Хён слегка приподнял бровь и улыбнулся, как бы подбадривая её говорить всё, что угодно.
— ...Помните, когда вы заговорили со мной в компании и помогли мне?
Начав говорить, Син Э немного смутилась. Он подумал, что это мило, но удивился, почему она вспомнила об этом сейчас.
— Помню, конечно.
Он не забыл ничего, что касалось Син Э. Услышав ответ, Син Э кивнула.
— Я была так благодарна, и сердце так трепетало.
В тихой комнате голос Син Э звучал как шёпот. «А виду особо не подала», — подумал И Хён и коротко усмехнулся.
Син Э смотрела куда-то вдаль, вспоминая тот момент.
— Я всегда была одна, и это был мой первый подобный опыт... Но если бы вы, И Хён, не сделали этого, я бы... просто смотрела на вас, не зная, что делать.
Увидев, как Син Э смущенно улыбается, И Хён нахмурился. Её слова казались нелогичными. Если бы он не сделал первый шаг, она бы только смотрела на него? Почему?
Он не понимал, но голову обдало жаром, а внутри всё перевернулось.
Видимо, его непонимание отразилось на лице. Син Э пристально посмотрела на него. Взгляд, словно говорящий: «Как можно не понимать такую простую и очевидную вещь?»
Тон Син Э был спокойным.
— Потому что потом, спустя время, я бы сильно пожалела. Я бы умерла, так и не испытав ничего подобного.
Она замолчала. Словно собираясь сказать что-то ещё более важное. Её щеки покраснели, но взгляд, устремленный на него, не дрогнул.
Объясняя простую и очевидную истину до самого конца, Син Э прошептала:
— Не узнав, как это прекрасно... любить кого-то.
Казалось, время остановилось. Нет, казалось, что замер весь мир.
Наверное, это были те самые слова, которых он ждал.
И Хён на мгновение потерял чувство реальности. Обычно он бы сразу оценил ситуацию. Оружие, чтобы ранить её, теперь в его руках, цель почти достигнута. Можно переходить к следующему этапу. После столь долгого ожидания можно почувствовать удовлетворение.
Но сейчас он не мог рассуждать рационально, не знал, что делать. Только сердце болезненно сжалось.
И Хён смотрел на Син Э, как на диковинное существо. Их взгляды всё ещё были сцеплены. Син Э смотрела на него, словно ожидая ответа. Она выглядела спокойной, но на крепко сцепленных руках проступили голубые вены.
В комнате повисла глубокая тишина. И она длилась довольно долго. И Хён привык скрывать свои эмоции. По крайней мере, сейчас он мог это сделать.
В какой-то момент И Хён полностью изменил выражение лица и спокойно посмотрел на Син Э.
— Я ухожу на работу. ...Увидимся вечером.
Это было всё, что он мог сказать сейчас. Из глаз Син Э тоже исчезли все эмоции.
***
10:10 утра. Ю Син Э была в гардеробной, а секретарь Чан снова осматривала посылку.
Отправитель: «Boilang Mallang», содержимое: «Набор из 10 бесшовных женских трусиков, цвет слоновой кости (подарок: 1 зеркало для самоанализа)». Так было написано. Потряся коробку, она услышала глухой звук удара о стенки — видимо, это зеркало. Вес примерно соответствовал. Записав это в блокнот, секретарь Чан понесла коробку в гардеробную.
Тихая Ю Син Э в последнее время, видимо, скучала и постоянно что-то покупала. Хотя белья секретарь Чан купила ей предостаточно.
Кстати, в списке расходов по карте председателя Чхве этой покупки не было. Значит, оплатила переводом?
«Надо доложить».
Ей было велено докладывать о любой, даже малейшей подозрительной детали, касающейся барышни.
Она достала телефон, чтобы отправить сообщение начальнику Ану, когда Ю Син Э спустилась со второго этажа. Увидев коробку в руках секретаря Чан, Ю Син Э подошла с сияющими глазами. Но это длилось лишь мгновение, и её лицо снова стало бесстрастным.
— Это моё?
— Да.
Взяв коробку, Ю Син Э поклонилась, как обычно.
— Спасибо.
Каждый раз, получая такое вежливое приветствие, секретарь Чан чувствовала себя неловко.
— Это моя работа.
Она наблюдала, как Ю Син Э, бережно прижимая коробку к груди, идет в гардеробную.
Секретарь Чан убрала телефон в карман. Вспомнила, что начальник Ан сейчас очень занят. Дело не срочное, можно доложить завтра.
Прошло больше 10 минут, а Ю Син Э всё не выходила из гардеробной. Почему так долго? Занимаясь делами, секретарь Чан поглядывала на дверь.
Наконец Ю Син Э вышла, уже переодетая в платье. Платье цвета «индийский розовый» делало её лицо ещё бледнее. Секретарь Чан подошла к ней и забрала 10 новых трусиков. Их нужно было постирать.
— Спасибо.
Поблагодарив, Ю Син Э с книгой в руках направилась к дивану. Обычно она читала там с часу дня, но сегодня, видимо, решила пропустить учебу и просто почитать.
Запустив стирку, секретарь Чан вернулась и увидела, что Ю Син Э читает на диване. Около 11:30 Син Э начала готовить ингредиенты для пасты.
Примерно на середине процесса Син Э подошла к секретарю Чан с просьбой.
— Не могли бы вы купить ингредиенты для ужина председателя и книгу, которую я хочу почитать после обеда?
Секретарь Чан взяла листок, протянутый Син Э. Там значились морское ушко, овощи и пара книг. Она знала, что лучше сходить самой, чем отпускать Син Э.
— Да. Я быстро.
Если ждать, пока она закончит с морским ушком, а потом искать книги, уйдет много времени. Книги, которые просила Син Э, всегда были старыми, и их поиск занимал время.
— Если захотите что-то перекусить, купите и себе тоже.
Секретарь Чан благодарно кивнула. Собравшись, она надела обувь. Посмотрела в сторону столовой, колеблясь, попрощаться или нет, но передумала. Всё равно она вернется через два часа.
Открывая и закрывая входную дверь, она не услышала привычного звука «пи-ли-лик» и на мгновение озадачилась.
«Надо будет попросить починить...»
С этой мыслью секретарь Чан вышла в коридор. Начальник охраны легко улыбнулся ей в знак приветствия, секретарь Чан кивнула в ответ и вошла в лифт.
Она посмотрела на часы: ровно 12:00. Полдень.
