— А, нет, дело не в том, но...

Чин Тхэ Вон в замешательстве посмотрел на И Хёна, на губах которого заиграла его характерная прохладная, но мягкая улыбка.

— Я просто хотел, раз уж зашёл, послушать о ваших принципах управления, господин Чин. Прошу уделить мне немного времени.

И Хён говорил вежливо, но продолжал сидеть на диване. Син Э показалось это верхом неуважения, однако никто не сделал ему замечания. Сотрудники, находившиеся в комнате, тоже выглядели растерянными, но, видя, что сам Чин Тхэ Вон воспринимает то, что он стоит перед сидящим гостем, как должное, смирились с ситуацией.

— А, принципы... управления.

Словно услышав нечто неожиданное, Чин Тхэ Вон вздрогнул и опасливо покосился на И Хёна. Тот, заставив собеседника стоять, склонил голову набок и пристально смотрел на него.

«А, так это был бутик JS Apparel», — с запозданием поняла Син Э.

Крупнейшая в стране платформа люксовых брендов. Ходили слухи, что сейчас идёт процесс её слияния с какой-то крупной корпорацией.

— Наш JS Apparel... основывается на использовании материалов высшего качества и дифференцированном стайлинге...

И Хён просто ждал. Он слушал, как Чин Тхэ Вон с трудом выдавливает из себя каждое слово, словно наблюдая за представлением.

— Иными словами, для VIP-клиентов, посещающих это место...

И Хён слегка приподнял бровь, словно ему что-то не понравилось. Речь Чин Тхэ Вона резко оборвалась, а затем, с возгласом «А!», продолжилась:

— Нет, то есть для всех клиентов... Мы ставим своим принципом управления обеспечение доверия и удовлетворения.

Закончив фразу, Чин Тхэ Вон опустил голову. Вслед за ним ещё ниже поклонились и остальные сотрудники. Тишина повисла в воздухе, пока И Хён наконец мягко не кивнул.

— Весьма впечатляющие принципы управления, как я и слышал.

Ни упрёков, ни гнева. На его лице даже играла лёгкая улыбка.

— Я многому научился, директор Чин.

Несмотря на похвалу, директор Чин по-прежнему стоял, вытянувшись в струнку. И Хён снова опустил голову, возвращаясь к работе, всем своим видом показывая, что аудиенция окончена. Наблюдая за этой сценой, Син Э снова перевела взгляд на вешалки. Она осторожно погладила тонкую, красивую ткань одежды, напоминавшую крылья бабочки.

«Значит, этот человек — владелец JS Apparel...»

Она только что поняла, какой именно шестерёнкой была та, что не подходила к общему механизму. Хотя логику, которая заставила бы все шестерёнки вращаться идеально, она пока так и не нашла.

***

«Что вы хотите поесть?» — И Хён не спрашивал. Он просто сказал, что на ужин они поедут есть стейк, решив, видимо, что ей хочется мяса.

«У нас похожие вкусы», — с радостью отметила про себя Син Э.

Чтобы попасть в ресторан, нужно было спуститься по узкой и крутой лестнице. Это было небольшое заведение с наклейкой «Blue Ribbon» на двери, но оно казалось несколько неподходящим для И Хёна. Внутри было темно, как в пещере, но повсюду горели свечи, напоминая о Рождестве. Видимо, Син Э смотрела по сторонам с слишком воодушевлённым лицом, потому что И Хён, словно оправдываясь, произнёс:

— Это место выбрал начальник Ан.

Говорят, у него романтичная натура. Перед сном он даже читает стихи.

Стейк оказался вкусным. Снаружи он был хрустящим и источал необычный аромат; когда она спросила, ей ответили, что это «хрустящий трюфельный стейк».

Под тихую музыку они вели неспешную беседу. Не зная, о чём говорить, Син Э начала с офисных дел, а затем перешла к инвестициям. Разливая вино, И Хён лишь молча слушал её. Было непонятно, слышит ли он вообще её рассказ. Хотя он занимался инвестициями, он мог бы рассказать о своих сделках или интересных новостях, но вместо этого просто слушал, словно ничего в этом не смыслил.

Похоже, увлёкшись разговором, она слишком усердно налегала на мясо.

— Тётя редко покупала вам мясо?

Вопрос казался лёгким, но она ответила серьёзно:

— Считайте, что у неё было трое детей, включая меня. К тому же младшая, Хе Сон, сейчас растёт.

Лицо И Хёна на мгновение окаменело, но он лишь молча кивнул.

Ей нравилась музыка, нравилось маленькое пламя свечи, дрожащее в стекле. Поэтому она не пыталась ничего выведывать. Впервые в жизни она подумала, что вино — это вкусно.

— Вы сегодня довольно много пьёте.

Дома он ел ровно столько, чтобы утолить голод. Говорил, что не особо любит поесть. У него не было любимых блюд. Он просто ел, чтобы жить, когда появлялось время, и всё, что попадалось под руку.

И Хён коротко усмехнулся.

— Вкус... неплохой.

Пока она пристально смотрела на него, взгляд И Хёна упал на её бокал.

Человек, который недавно сидел, закинув ногу на ногу, и заставлял стоять перед собой того, кто старше его, увидев пустой бокал Син Э, рефлекторно потянулся к бутылке вина. Это вызывало странное щекочущее чувство. И ещё ей хотелось спросить: как долго продлится это хорошее отношение?

Она немного опьянела. Син Э заворожённо наблюдала, как он наполняет её бокал. Контраст между длинной зелёной бутылкой и белой рукой с выступающими венами. Красное вино с тихим журчанием полилось из горлышка.

На самом деле, её мысли были заняты другим.

Если даже директор JS Apparel примчался и лебезил перед ним, сколько же денег он там потратил? Дорогая машина, вилла в Самсон-доне, секретарь, часы... Шестерёнка снова издала скрежещущий звук.

«У этого человека слишком много денег...»

Внезапно стало страшно. Она почти ничего не знала об этом мужчине, всё было зыбко, поэтому даже находясь рядом, она чувствовала тревогу и дистанцию. Ей хотелось развеять эти подозрения одно за другим.

И, воспользовавшись храбростью, которую даровал алкоголь, Син Э решила спросить про ту самую неподходящую шестерёнку.

— Почему вы работаете замначальника в «Семён»? Вы ведь так богаты.

И Хён, наливавший вино, на мгновение замер, но затем ловко провернул бутылку, завершая процесс, чтобы капли не упали на стол.

Поставив бутылку, И Хён перехватил взгляд Син Э.

— У меня есть одна цель, которую я хочу достичь.

Голос был тихим и спокойным, но странным образом в нём чувствовалось отчаяние. Словно если эта единственная цель будет достигнута, всё остальное в мире не будет иметь значения.

— Причина, по которой я поступил в «Семён» — это часть процесса. Цель — научиться работе, но, возможно, всё это...

И Хён посмотрел прямо на Син Э. В его чёрных глазах плескалась глубина.

— Возможно, всё это было, чтобы встретить вас, Син Э.

Слова звучали трогательно, но из-за его специфического прохладного взгляда по спине пробежал холодок. Несмотря на то что щёки вспыхнули румянцем, разум Син Э прокручивал его слова.

«Что-то не сходится...»

Ему нужно было устроиться в «Семён», чтобы достичь какой-то неведомой цели, и при чём тут встреча с ней? Он не объяснил эту связь. К тому же, обладая такими выдающимися способностями, зачем идти в обычную крупную корпорацию вроде «Семён»?

Именно «Семён».

Под его пристальным взглядом Син Э опустила глаза.

***

В первые дни после переезда в этот дом она спала как убитая, почти не просыпаясь среди ночи. Но сегодня, как и вчера, она проснулась от тихих звуков. Открыв глаза, Син Э на мгновение затаила дыхание и замерла.

В темноте ничего не было видно, только слышались звуки. И Хён тяжело дышал и стонал, словно больной. Вчера он после этого сразу уснул, и она решила, что это случайность. Но если это происходит второй день подряд, может, он болен?

Стоны утихли, дыхание И Хёна выровнялось. Решив, что теперь всё в порядке, Син Э уже собиралась закрыть глаза.

— ...Спа... си...

Голос прозвучал как шёпот. Она вздрогнула и снова открыла глаза. Ему снится сон. Она не знала, что именно ему снится, что заставляет издавать такие звуки, но от жалости у неё сжалось сердце.

Она не решилась коснуться его или позвать, боясь разбудить.

— ...Тем... но.

Он просит включить свет? А, значит, он уже проснулся. Страх в его голосе, должно быть, ей почудился.

Син Э поспешно ответила:

— Да... Одну минуту.

Пульт лежал на тумбочке со стороны И Хёна. Приподнимаясь, Син Э подумала, что это странно. Ведь он человек, которому комфортнее в темноте.

Осторожно откинув одеяло, Син Э спустила ноги с кровати. Она собиралась обойти огромную кровать king-size, чтобы добраться до тумбочки, когда дыхание И Хёна снова стало прерывистым, и послышался шёпот:

— Выпусти... меня.

Она испуганно обернулась к изголовью кровати. Сначала она не поняла смысла слов.

Что? Он просит выпустить его из этой комнаты?

Она застыла на месте, моргая и глядя на него. Кажется, речь не об этом. И, прежде всего, он не похож на человека, который стал бы просить о чём-то с такой мольбой в голосе.

— Крысы... Здесь крысы.

Звуки тяжелого дыхания усилились. Даже во сне И Хён простонал «ы-ы-ы». Сердце Син Э гулко забилось.

«Нет, надо его разбудить», — подумала она, но в этот момент его дыхание снова стало ровным.

Она подождала, пока не убедилась, что И Хён крепко спит. Затем тихонько вернулась в постель.

Накрываясь одеялом на своём месте, Син Э пришла к безмолвному выводу.

Ему снится кошмар.

Сон, в котором он заперт в каком-то тёмном месте и ждёт, что кто-то его спасёт.

***

Исполнительный директор Хан Хён Пхиль был человеком, который почти не обращал внимания на подчинённых.

Будучи известен как «правая рука» крупнейшего акционера, он мог не беспокоиться об оценке персонала или заботе о сотрудниках — его будущее и так было обеспечено. Но, похоже, он и по натуре был сухим человеком, сосредоточенным на работе, а не на человеческих отношениях. Он почти никогда не заговаривал с сотрудниками, а приходя на работу или возвращаясь с внешних встреч, просто стремительно проходил через офис прямиком в свой кабинет.

Поэтому то, что сегодня, вернувшись с внешней встречи, он остановился посреди офиса, было редким явлением. Хан Хён Пхиль, видимо, страдал от ринита: он достал из кармана пиджака платок и слегка вытер нос.

— Только что я встречался с людьми из «Соган Электроникс»...

То, что он остановился и, обведя взглядом сотрудников, начал разговор, уже заставило всех напрячься. Руководители групп, ожидая продолжения речи директора Хана, одновременно встали со своих мест. Это движение было естественным, как у роботов, а их спины были напряжены до предела. Даже Син Э почувствовала, что присутствие директора Хана давит сильнее, чем у любого другого руководителя, которого она встречала до сих пор.

Директор Хан спросил с абсолютно бесстрастным лицом и ровным голосом:

— Откуда у «Согана» материалы нашего брифинга по стратегии захвата рынка MLED-терминалов?

Его тон был таким, словно он спрашивал: «Вы уже пообедали?», поэтому многие не сразу осознали всю серьёзность вопроса.

Син Э, которая сидела, опустив глаза и внимательно слушая, первой почувствовала, как по спине пробежал холодок, и волосы встали дыбом.

Что он сейчас сказал?