В коробке с набором из 10 бесшовных женских трусиков вместо зеркала для самоанализа лежали планшет и подержанный смартфон. Планшет прислала Чхэ Ён, предварительно подключив тарифный план, чтобы Син Э могла пользоваться интернетом где угодно. Разумеется, звонить с него тоже было можно.
Дрожащими руками Син Э открыла приложение телефона и набрала номер Хён Бома.
— Это я, Ю Син Э.
Хён Бом даже не удивился.
— Да.
И в ответ на это единственное слово из уст Син Э полился поток признаний, которые она не могла доверить никому другому: что она села в такси, что ей не хватит денег, что ей нужно где-то спрятаться.
— Я бы хотела, чтобы это было отдаленное место.
«Жди». Сказав это, Хён Бом повесил трубку. Прошло несколько минут, прежде чем телефон снова зазвонил с его номера.
— Приезжай в Чинхан.
Син Э на мгновение потеряла дар речи. Город Чинхан. Совершенно незнакомое место. Это прозвучало почти как «приезжай в космос».
Сглотнув, Син Э заставила себя ответить:
— Хорошо.
Услышав это, Хён Бом подробно объяснил, где ей нужно выйти и куда идти. Вплоть до количества шагов и километров. Затем он назвал имя и приметы человека, который будет её ждать. Не вынимая наушников, Син Э записала всё в планшет. «Пляж Хаджин, сосновый лес, гора Понхаксан». Она произнесла точные названия вслух, чтобы Хён Бом подтвердил. Только повесив трубку, она подумала, не слышал ли её таксист, но он, похоже, был сосредоточен на дороге.
— Надеюсь, скоро увидимся.
Так попрощался Хён Бом перед тем, как отключиться. После завершения звонка Син Э выключила планшет. Изначально она планировала использовать его всю дорогу, но, зная дедуктивные способности И Хёна, была уверена: вычислить этот номер и отследить её местоположение для него — лишь вопрос времени. Ей стало немного тяжело на душе из-за беспокойства за менеджера Юн, но сейчас главным было добраться до пункта назначения.
Водитель, получив от Син Э координаты, молча и без остановок гнал машину по ночному шоссе. В общей сложности поездка заняла 4 часа 48 минут. В машине Син Э немного поспала, а проснувшись, заранее съела протеиновый батончик ради ребенка в животе.
Машина остановилась примерно в 10 метрах от указателя «Пляж Хаджин». Наверное, из-за лета рассветало рано. Когда они приехали, солнце уже понемногу поднималось.
Водитель сообщил, что на его счет поступило 400 тысяч вон от отправителя «Чон Хян Ми». «Спасибо», — только и смогла выдавить Син Э, вложив в это слово множество эмоций. Она лишь низко поклонилась через открытую заднюю дверь. «Прощайте. Берегите себя», — донесся в ответ добрый голос.
Утро, на пляже никого не было. Хотя было еще темновато, Син Э внимательно оглядела незнакомое место, постепенно освещаемое утренними лучами. Хён Бом сказал, что специально дал ей адрес, находящийся далеко от конечного пункта назначения.
Достав из сумки кепку и очки, она надела их и сделала глубокий вдох. Она чувствовала запах соли и шум волн, но времени расслабляться не было. Нужно было благополучно добраться до места. Хён Бом говорил, что слева от того места, где она выйдет, будет песчаный пляж, а справа — рыбный центр.
Голос Хён Бома эхом звучал в ушах.
«Тебе налево. Иди по пляжу до самого конца. Это 253 метра, так что считай, около 400 шагов. Там, за пляжем, увидишь лес».
Она сделала так, как он велел. Пляж был уединенным, поэтому камер видеонаблюдения здесь было относительно мало. Пройдя немного, она действительно увидела густой лес.
«Как войдёшь в сосновый лес, иди прямо по карте до входа на горную тропу. Это шесть с половиной километров, путь займёт около часа двадцати».
Похоже, он специально направил её этой дорогой. В сосновом лесу не было видно камер, к тому же было много тропинок, по которым можно было уйти в другую сторону. Да и людей сейчас не было, так что свидетелей будет мало, и отследить её будет еще труднее.
Опустив голову, Син Э быстрым шагом вошла в сосновый лес. Дорожка была ровной, грунтовой, идти было несложно. Ранним утром в лесу Син Э шла молча, глядя только под ноги. Она просто шла без остановки. Не замечала ни аромата сосен, ни звонкого пения птиц, ни пары прохожих, встретившихся ей на пути. От долгой ходьбы и бега ног она уже не чувствовала, но думала только о том, как добраться до места. Переодеться и сменить прическу в туалете рядом с большой картой — это было единственное, что она сделала, кроме ходьбы.
Когда она вышла из соснового леса, вокруг уже совсем рассвело.
«От входа на гору Понхаксан поднимись еще на 2,1 км по карте, которую я тебе дал».
Пройдя море и лес, теперь, похоже, предстояло идти в гору. Вспомнив маму, которая каждый день ходила по горам, чтобы оторваться от слежки, Син Э вдруг почувствовала спокойствие. Син Э снова пошла, теперь уже по крутой тропинке, заросшей травой и деревьями. Она мысленно считала шаги, вычисляя пройденное расстояние, и думала только о ребенке.
«Я хорошо держусь, так что и ты держись», — мысленно просила она. «Еще немного, и мы сможем отдохнуть».
Она шла и шла, пока в мире не осталось ничего, кроме её шагов и ребенка. Она прошла мимо места, где скопилось с десяток домов, но просто следовала инструкциям Хён Бома.
В какой-то момент Син Э остановилась.
«Кажется, здесь».
На некотором расстоянии друг от друга стояли четыре дома. Перед домом с синей крышей беспокойно расхаживал взад-вперед мужчина. Как и описывал Хён Бом, у него были опущенные уголки глаз и нос с горбинкой. Оглядев Син Э, он поспешил к ней.
— Вы... это вы?
Именно это Син Э и хотела спросить. Значит, она пришла правильно. Внезапно к горлу подступил ком, но Син Э ответила с бесстрастным лицом и вежливо:
— Я ищу господина Пан Джин Сока.
Мужчина с загорелым на солнце лицом широко, с облегчением улыбнулся.
— Вы добрались целой и невредимой. Хён очень волновался.
После этого он всё смотрел и смотрел на Син Э.
Хён Бом рассказывал, что этот человек больше 10 лет работал банщиком в его бане, а потом уволился. Джин Сок рассказал, что посреди ночи ему позвонили с незнакомого номера — это был Хён Бом, звонивший с телефона своего сына Чон Гю. Деньги за такси он тоже перевел на имя друга Пан Джин Сока.
— Выходит, хён еще не видел свою внучку.
Сказав это со вздохом, мужчина проводил Син Э в комнату в глубине дома. Он объяснил, что иногда сдает её как гостевую.
— Хён Хён Бом много раз мне помогал. Когда меня обманули мошенники, одолжил денег. Когда я свалился с кровоизлиянием в мозг, оплатил операцию.
Открыв дверь, Син Э увидела просторную комнату с ванной. Старую, но большую и чистую. Джин Сок открыл дверь и подождал, пока Син Э не войдет.
Син Э шаг за шагом вошла в комнату. При каждом движении мышцы ног сводило от боли.
— Здесь можете расслабиться и ни о чем не беспокоиться. Отдохните немного, а потом выходите поесть.
Син Э кивнула, и дверь закрылась. Она некоторое время тупо стояла посреди комнаты. Лишь спустя какое-то время она двинулась к стене. Хотела посмотреть в окно, но ноги подкосились, и она сползла на пол.
«Что же делать дальше...»
Ей казалось, что у неё было много планов, но то, как легко И Хён бросился в погоню, делало будущее туманным. В голове билась только одна мысль: «Какой длинный день».
Прежде всего хотелось спать. Нужно было дать телу то, что оно просит. Медленно, словно падая, Син Э легла на бок. Я должна хорошо есть и много отдыхать. Чтобы защитить ребенка.
Сказав это себе, Син Э закрыла глаза.
— Спокойной ночи.
Не успела она попрощаться с собой, как на неё навалился тяжелый сон.
***
За три дня они не нашли ни единого следа.
Она действительно села в то такси, которое И Хён собирался проверить. Им удалось отследить, что такси высадило её в Чинхане, недалеко от пляжа Хаджин. Проблема заключалась в том, что было дальше. На уединенном пляже почти не было камер видеонаблюдения.
«Водитель сказал, что слышал часть разговора. Она точно назвала адрес пансионата возле рыбного центра».
Он утверждал, что видел, как она вышла и пошла в сторону рыбного центра.
Из-за этого они потратили целый день на обыск рыбного центра, прибрежных гостевых домов и пансионатов. Расширив зону поиска, они наконец нашли Син Э на записи с одной камеры перед входом в сосновый лес. В такое время, когда у любого свидетеля, даже если он был, уже стерлись бы воспоминания.
Было точно известно, что она скрылась в лесу, а дальше её след терялся.
Они еще раз допросили таксиста и потребовали видеорегистратор, но водитель продолжал повторять, что его нет. Снова потратив время, они выяснили, что оплата такси была произведена на счет водителя, и отправителем оказалась 60-летняя женщина, проживающая в Ёнджу. Планшет, который прислала Юн Чхэ Ён, был выключен на полпути, поэтому отследить местоположение было невозможно.
И Хён находился в отеле на побережье Чинхана. Три дня он не сомкнул глаз, голова раскалывалась от боли. Он только прилег минут на десять и уже собирался встать, когда начальник Ан постучал в дверь и вошел с докладом.
— Ю Хён Бом прислал сообщение.
Начальник Ан протянул телефон. Сообщение было довольно длинным.
[Передаю слова моей внучки. Она намерена вернуть все средства, полученные Пак Сэ Рин от Чхве Джун Гёна, включая всю извлечённую из них прибыль, и просит сообщить номер счёта. Также внучка приносит глубочайшие извинения — как дочь за поступки матери — за ту боль, которую действия Пак Сэ Рин причинили председателю Чхве И Хёну. При этом она просит, чтобы на этом всё и закончилось: это дела родителей, которые должны остаться в их поколении.]
И Хён долго и тупо смотрел на сообщение, а затем вернул телефон начальнику Ану. Он чувствовал, как начальник Ан наблюдает за его реакцией, ожидая, не скажет ли он: «Может, вернемся в Сеул?». Ему доложили, что в секретариате председателя поднялся переполох. Но это были заботы председателя Со, а не его. Он уже дал указания по самым важным вопросам, а остальное директор Хан уладит, обсудив с президентами дочерних компаний.
Когда от накатившей головной боли он с силой надавил на виски, начальник Ан осторожно заметил:
— В последнее время вы принимаете их слишком часто.
На губах И Хёна появилась кривая усмешка.
— Дайте.
В ответ на ледяной тон начальник Ан тут же достал из внутреннего кармана пиджака таблетки и протянул их. Взяв баночку, И Хён снова придвинул к себе карту, лежавшую на тумбочке.
Море, лес, горы. Син Э где-то там. Молча разглядывая карту, И Хён заговорил:
— Она, должно быть, ушла в горы.
Пак Сэ Рин тоже всегда пряталась там, путая следы. Похоже, у обеих женщин был врожденный талант к побегам.
— Да.
Проглотив таблетку, И Хён продолжил свои рассуждения:
— Круг общения Ю Хён Бома узок. Сын, невестка, наемные работники в бане и магазине. Сначала проверьте, не живет ли кто-нибудь из них на горе Понхаксан. ...Обыщите частные дома, пансионаты и гостевые дома у входа на гору.
— Слушаюсь.
— Как бы там ни было, в течение нескольких дней она отправится в Ёнджу. Окружение Ю Хён Бома — возьмите под жесткий контроль.
Он отдавал приказы, но понимал: они уже упустили её след, и шансы найти её невелики.
— Да. Я немедленно передам распоряжения.
Начальник Ан вышел, дверь закрылась. И Хён тупо уставился в пространство комнаты.
Чистая, тихая комната, гудение кондиционера. Тонкие лучи солнца, пробивающиеся сквозь окно и ложащиеся на пол.
...Раздражает.
Вставая с места, И Хён подумал об этом с безразличием.
***
— Выходите, не торопитесь!
Джин Сок крикнул снаружи, что они скоро отправляются. Син Э быстро накинула рюкзак, открыла дверь и вышла. Джин Сок сидел за рулем старенькой «Аванте». Пока она шла к машине, снова послышался шум вертолета.
Это продолжалось уже два дня, вчера и сегодня. С тревогой взглянув на небо, Син Э просто открыла дверь машины. Сев на пассажирское сиденье и пристегнувшись, она на мгновение одолжила у Джин Сока телефон. Она зашла в интернет и проверила только цену акций «Samhwan Fuel Cell». Как и предсказывал директор Хан, было объявлено о заключении контракта на строительство водородной заправочной станции с HS High, и акции уже второй день держались на верхнем пределе.
— Спасибо.
Получив телефон обратно, Джин Сок протянул руку вперед и радостно воскликнул:
— Отправляемся!
Они ехали в Ёнджу, на встречу с Хён Бомом.
