Син Э, одетая и накрашенная, вышла из дома вместе с секретарем Чан. В лобби, после выхода из лифта, она с кем-то столкнулась.

Девушка чуть выше Син Э, с длинными осветленными волосами, в толстовке на молнии и бейсболке, обернулась.

— Извините.

— Извините.

Они извинились одновременно.

Син Э видела эту девушку несколько дней назад, тогда её необычный наряд тоже привлек внимание. Девушка направилась к лифтам, а Син Э — к главному входу.

— Странновато одета, да? И волосы жёлтые, — с улыбкой сказала секретарь Чан. Сумка у девушки тоже была яркой — красный рюкзак Nike.

На самом деле, Син Э больше обратила внимание не на одежду, а на очки девушки. Они были похожи на те роговые очки, которые носила сама Син Э. Знала ли та девушка, что люди говорят о её внешнем виде?

Син Э мельком взглянула на свое отражение в зеркале лобби. На неё смотрела женщина в дорогом платье и с брендовой сумочкой. Она сильно изменилась по сравнению с прошлым. Появилось больше уверенности, многое стало другим.

У входа стояла роскошная черная машина. Секретарь Чан открыла дверь.

— Садитесь.

Машина ехала около 20 минут. Пунктом назначения был Чхондам-дон. Салон красоты находился на третьем этаже здания. Выйдя из лифта, они увидели роскошную стойку регистрации. Проходя мимо зоны ожидания с огромным диваном посередине, она услышала:

— Син Э, это вы?

Удивленная знакомым мужским голосом, Син Э обернулась. Не может быть.

— Начальник отдела...

Он тоже был удивлен. Его лицо сияло искренней радостью. Это был Сон Чхан.

***

— Вау, Бог существует. Я так много молился.

Сердце Син Э забилось чаще. «Бывают же такие совпадения», — подумала она. Она уже хотела спросить, что он делает в женском салоне красоты, когда он опередил её:

— Мама... то есть, моя мать пришла сюда делать прическу, и сказала, что хочет пообедать вместе, когда закончит. Мой дом здесь неподалеку.

Точно. Сон Чхан жил в этом районе.

— Понятно.

На её ответ Сон Чхан усмехнулся. Вид у него был такой, словно он ожидал именно такого ответа, но всё равно был рад. Всё-таки он странный человек.

Ей хотелось спросить, что случилось с работой, почему он вдруг перестал появляться, но она не знала, уместно ли это. Но и в этот раз Сон Чхан, лишь взглянув на её лицо, сразу ответил:

— Из компании... мне пришлось уйти по личным обстоятельствам. Извините, что ушел, даже не попрощавшись.

Она не знала, что ответить в такой ситуации. Сцепив руки, Син Э вежливо сказала:

— Да... Ничего страшного.

Повисла небольшая пауза. Ей было стыдно, но она чувствовала, что должна сказать это, поэтому с трудом выдавила:

— На самом деле, я тоже уволилась из компании.

Сон Чхан пристально посмотрел на неё. Видимо, он уже слышал новости. Сделав сложное выражение лица, словно о чем-то раздумывая, он почесал затылок и снова посмотрел на Син Э. На её макияж, более искусный, чем раньше, на её одежду. И на секретаря Чан, ожидающую неподалеку.

С лицом, на котором сменялись разные эмоции, Сон Чхан осторожно спросил:

— Вы всё ещё... хм, встречаетесь... да?

Вопрос был трудным, и она не могла даже открыть рот, но Сон Чхан, похоже, прочел ответ по её лицу. Тихо, с горькой усмешкой, словно шутя, он произнес:

— ...Почему же грустные предчувствия никогда не обманывают.

Сон Чхан посмотрел поверх её головы. Быстро оглядев все четыре угла потолка, он тихо сказал Син Э:

— У вас запись к директору салона? Моя мать уже почти закончила. Хм, давайте съедим по печенью там, внутри. Там есть отдельная комната ожидания для клиентов директора, и там вкусное печенье.

В этот момент она поняла, что Сон Чхан хочет ей что-то сказать. Одновременно в голове мелькнула мысль, что И Хёну не понравится, если она будет встречаться с Сон Чханом.

Сон Чхан посмотрел в сторону секретаря Чан и улыбнулся своей обаятельной улыбкой.

— Я ненадолго украду ассистента Ю. Мы просто выпьем по чашке кофе внутри. Я принесу вам тоже печенья.

«Э-э...» Пока она собиралась ответить, очнувшись, обнаружила, что уже зашла с Сон Чханом в небольшую комнату.

***

Сон Чхан оставил дверь комнаты ожидания приоткрытой. Секретарь Чан, выглядевшая нерешительно и обеспокоенно, села так, чтобы видеть, что происходит внутри.

Как и говорил Сон Чхан, здесь были печенье и кофемашина. Но Сон Чхан даже не подошел к столу с угощениями, а остался стоять и тихо произнес совершенно неожиданные слова:

— Там, снаружи... были камеры видеонаблюдения. И человек, пришедший с вами, кажется, нанят Чхве И Хёном, а не просто ваш знакомый.

Син Э, уже севшая в кресло, удивленно посмотрела на Сон Чхана. Откуда он узнал?

— Сделайте расслабленное лицо. Улыбайтесь, если можете. Снаружи могут подумать что-то странное. Если говорить тихо, из-за шума кофемашины наш разговор не будет слышен.

— ...Хорошо.

Странное предчувствие заставило её улыбнуться, как просил Сон Чхан. Он немного почесал затылок и начал:

— Син Э. Это может прозвучать очень неожиданно... но. Было ли у вас ощущение чего-то странного, когда вы работали в компании или встречались с Чхве И Хёном?

«Только ли это?» Искусственная улыбка стала естественной, потому что ситуация действительно казалась смешной.

— Вся моя жизнь сплошь странная.

Ответ вырвался сам собой от накопившейся тяжести на душе. Она не ожидала услышать свои мысли, которые крутились в голове последние дни, из уст Сон Чхана. И уж тем более не думала, что скажет это именно ему.

Услышав это, Сон Чхан пристально посмотрел на неё. Ответ был простым, но, кажется, он многое понял.

— Сколько бы я ни думал, я не верю, что вы, Син Э, украли информацию компании. Даже если это был ваш бывший начальник... Та Син Э, которую я знаю...

Сон Чхан тоже слышал новости. Лицо Син Э покраснело. Но важно было не это. Син Э ждала, что он скажет дальше.

— Оглядываясь назад, тот ноутбук... с самого начала был странным. Мне кажется, приложение для удаления той программы было установлено заранее. Сначала, Син Э, э-э, не знаю, можно ли задать этот вопрос.

На этот раз Сон Чхан спросил без колебаний:

— Вы знаете, кто такой Чхве И Хён? Ну, то есть этот ублюдок. А, кстати, сегодня в новостях о повышении было его имя.

Был момент, когда Сон Чхан уже задавал подобный вопрос. Почему она тогда не догадалась? Стало досадно.

— Да. Я знаю.

Син Э ответила спокойно. Сон Чхан кивнул, словно теперь разговор пойдет легче.

— Из холдинга внезапно пришло указание провести обучение по информационной безопасности. Только для новых сотрудников. Они даже предоставили все учебные материалы. Э-э, может, я перечитал детективов. Но, Син Э, я всё же должен спросить. Хм, вы лично знакомы с Пак Сэ Рин?

Она испугалась, что секретарь Чан услышит, но шум машин снаружи заглушал их голоса. Син Э закрыла рот, который уже открыла для ответа, и задумалась: почему разговор об И Хёне перешел на её маму? И почему она должна отвечать?

В голове был хаос, она вроде понимала, а вроде и нет. Ей казалось, что Сон Чхан спрашивает не из праздного любопытства.

Син Э подняла голову и спокойно ответила:

— Это моя мать.

Она не забывала улыбаться, как ей велели. Услышав ответ, Сон Чхан потерял дар речи и уставился на неё, а затем неловко улыбнулся и сказал:

— Так вот почему... вы такая красавица.

Син Э покраснела, и Сон Чхан, видимо, смутившись своих слов, тоже залился краской. В этот момент раздался стук. Тук-тук. Обернувшись, они увидели секретаря Чан.

— Ваша очередь подошла. Директор ждёт вас.

Это означало, что и прическа матери Сон Чхана тоже готова. Сон Чхан протянул секретарю Чан тарелку с печеньем и сказал:

— А, мы только поздороваемся и сразу выйдем. Разговорились о работе, время пролетело незаметно.

На лице секретаря Чан появилось озабоченное выражение. Син Э тоже улыбнулась и поддержала его:

— Мы сейчас выйдем, секретарь Чан.

— Да, пожалуйста, поторопитесь.

Секретарь Чан поторопила их, хоть и с вежливым лицом. «Да, да. Сейчас выйдем», — повторил Сон Чхан и, убедившись, что секретарь отошла, снова повернулся к Син Э.

Продолжая улыбаться, Сон Чхан понизил голос:

— Спрошу прямо. У вас никогда не возникало мысли, что председатель Чхве, хм, намеренно сблизился с вами, Син Э?

Это звучало абсурдно. Но внезапно в голове раздался странный звук. Син Э побледнела и переспросила:

— И Хён... э-э, зачем ему это?

Др-р-р, др-р-р. Это был звук шестерёнок. Одновременно сердце начало бешено колотиться.

Сон Чхан с беспокойством в глазах ответил на вопрос Син Э:

— Потому что вы дочь Пак Сэ Рин.

Поддерживать улыбку становилось всё труднее.

— И что с того... К тому же, И Хён не знает, что я дочь своей мамы.

Сон Чхан, пытаясь улыбаться уголками губ, не мог скрыть своего недоумения.

— Вы думаете, это возможно? Что Чхве И Хён чего-то не знает? Что он встречается с женщиной, не зная её прошлого? Вам не кажется, что этот ублюдок знает даже размеры вашего тела?

С натянутой улыбкой Син Э возразила:

— Это было бы плохо. Раскапывать прошлое другого человека.

Такой ответ из учебника этики мог бы вызвать раздражение, но Сон Чхан, наоборот, посмотрел на неё с теплотой.

— Мы с вами, Син Э, нормальные люди, которые так думают. А этот тип — другой. Чхве И Хён, которого я наблюдал... как бы это сказать. Он «один». Не в смысле, что ему одиноко или что-то такое. Кажется, что он ладит с людьми, но на самом деле он живёт в изоляции. То есть он разговаривает, находится в одном пространстве... но никто в мире не имеет для него значения. Это крайняя степень интроверсии, когда другие люди не имеют значения, поэтому он даже одиночества толком не чувствует. Вы понимаете, о чем я?

Син Э кивнула. Она знала, что И Хён — изолированный человек, хотя и в другом смысле, чем она. Возможно, он был одинок даже сильнее, чем она. Окруженный множеством людей, И Хён всегда был заперт в какой-то комнате в одиночестве, и она чувствовала, что цвет этой комнаты тёмный.

Сон Чхан потер подбородок, подбирая слова.

— Мой отец знает человека, который работал в той семье. Говорят, он был психически нестабилен с детства. Точно не знаю, но, кажется, у него была какая-то огромная нехватка чего-то. В общем, у таких людей основа и центр жизни отличаются от наших. Нельзя судить их по нашим меркам. То, что можно делать, и то, чего нельзя, — у них это разделение другое. К тому же у него чертовски много денег, чтобы сделать всё, что угодно.

Видимо, он почувствовал взгляд секретаря Чан. Сон Чхан посмотрел наружу, одними губами произнес: «Сейчас выходим», и встал.

— Нам пора выходить. Срочно. Есть ещё кое-что, что вы обязательно должны знать. Если я скажу это, меня, наверное, уволят и из отцовской компании. Но я надеюсь, вы сохраните это в секрете. Судьбы сотрудников компании тоже зависят от этого.

— Да.

Прежде чем сказать, Сон Чхан на мгновение опустил голову и провел рукой по волосам. «Отец, прости», «Но если это не социальная справедливость, то что тогда», — бормотал он себе под нос. Приняв решение, Сон Чхан поднял голову и посмотрел на Син Э.

На этот раз улыбка полностью исчезла с его лица.

— Председатель Чхве скоро женится.

Сначала смысл слов не дошел до неё. Поэтому Син Э ответила невпопад:

— И Хён пока не говорил мне об этом.

 ✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению!  ➡️ Fableweaver