Онлайн чтение книги Аннет Annette
1 - 68

Когда Рейнгарт повернул голову, Аннет словно ждала этого — взгляд сразу встретился с его глазами. Одного этого оказалось достаточно, чтобы сердце сорвалось в бешеный бег. Женщина, на которую нельзя было даже вдоволь смотреть… Но сейчас Рейнгарт находился в мгновении, вырванном у судьбы ценой собственной жизни, и до тех пор, пока это время не истекло, мог позволить себе желаемое.

Рыцарь медленно протянул руку и коснулся её лица. Оно казалось слишком маленьким и хрупким рядом с его ладонью, и от этого внутри защемило. Кончики пальцев осторожно скользнули по щеке, коснулись уголка губ. Следы ушибов и ран уже исчезли, но даже сейчас…

Стоило прикоснуться к влажной коже, как тело откликнулось жаром. Вспышкой нахлынули образы, которые преследовали его всякий раз в одиночестве. Аннет, которую он в мыслях сжимал до боли, словно пытаясь вобрать в себя целиком… Но это были лишь порождения воображения; с настоящей Аннет он не смел поступить так.

Рейнгарт касался её бережно, словно тонкой пены. Полные губы. Щёки, округляющиеся, когда она улыбается. Маленькое ухо, похожее на нежный гриб. Проведя ладонью по этим чертам, будто запоминая их, Рейнгарт наконец приблизился и коснулся её губ.

Он закрыл глаза, удерживая её лицо в ладонях. В этом прикосновении чувствовалась лёгкая дрожь — возможно, дрожали его собственные руки.

Первый поцелуй в библиотеке оказался совсем не таким, каким Рейнгарт его представлял. В нём было куда больше грубой, первобытной силы. Осознание того, что в губах — тех самых, что служат для слов и пищи, — скрыто столь сильное ощущение, потрясло его. Поэтому сегодня Рейнгарт решил быть мягче и осторожнее — без поспешности и неловкой резкости.

Он медленно шевельнул губами, не отрываясь. Аннет, затаившая дыхание, понемногу начала выдыхать через нос. Одного лишь соприкосновения губ оказалось достаточно, чтобы дыхание стало горячим.

Рейнгарт чуть отстранился, наклонил голову и вновь коснулся её — уже иначе. Полная нижняя губа без сопротивления оказалась в его поцелуе.

Ах… такой мягкости, казалось, нет нигде на свете.

— Ха…

Аннет приоткрыла губы и резко вдохнула. Рейнгарт, воспользовавшись этим, осторожно провёл языком внутрь. За линией губ оказалось ещё жарче, ещё влажнее — с лёгкой сладостью. Казалось, что от соприкосновения влажные губы могут просто растаять.

Женский язык всё время ускользал глубже, и это лишь подзадоривало — Рейнгарт наклонился ближе, отвечая тем же, всё острее чувствуя, как дыхание Аннет становится прерывистым. Прикосновения губ, мягкое давление, осторожные движения языка — сколько бы ни повторялось это, пресытиться было невозможно.

— Ха…

Да, именно этого он и хотел. С прошлой ночи мысль о поцелуе не покидала ни на миг. Поцелуй — в укромном и безопасном месте, до тех пор, пока не исчезнет само желание.

Лишь когда дыхание обоих стало сбиваться, Рейнгарт медленно отстранился. Между прижавшимися телами осталась только тонкая ткань туники. Влажный запах волос Аннет, коснувшихся плеча, тёплым облаком окутал его. 

«Вот откуда этот цветочный аромат…» — мелькнула мысль, и он глубоко вдохнул. В этот миг Аннет протянула руку вниз.

До последнего Рейнгарт не понимал, что происходит. Всё ещё находясь под властью поцелуя, рыцарь едва успел опомниться, когда ладонь коснулась пояса. Он вздрогнул и поспешно перехватил её запястье, словно внезапно вырванный из забытья.

— Нельзя.

Слово сорвалось почти стоном. Взгляд Аннет был ясным и влажным, будто вопросительным — несмотря на то, что руку остановили на полпути к развязанному поясу.

— Почему нельзя?

Рейнгарт на мгновение замер, видя перед собой лишь приоткрытые, покрасневшие губы. Желание вновь коснуться их пришлось подавить усилием воли. Даже эта короткая пауза показалась опасной — слишком легко было позволить себе забыться, сделать вид, что ничего не происходит.

Но…

— Если… тот человек был бы моим отцом…

Договаривать не пришлось. Такой грех был слишком велик.

Стоило произнести это вслух — и разум слегка прояснился. Жена господина и жена отца — совсем разные вещи. Клятва — обещание людей, но кровное родство установлено самими богами. Рейнгарт не мог сделать Аннет женщиной, согрешившей с сыном собственного мужа.

Это был бы грех, который не простят даже в аду, вина, для которой не существует милосердия.

Только теперь Рейнгарт в полной мере осознал, что делает. Руки, прежде сжимавшие Аннет как нечто своё, ослабли; взгляд отвернулся к пламени. Даже представляя адские кары, тело всё равно тянулось к Аннет. Ткань на брюках оставалась натянутой, не желая успокаиваться.

Трещали поленья. Разросшееся пламя яростно лизало воздух.

Разговор оборвался, дыхание постепенно выровнялось. Рейнгарт пытался унять и тело, и мысли, но безуспешно. Тишину нарушила Аннет.

— Хорошо.

Мягкий голос сопровождался лёгким прикосновением к лицу. Рейнгарт понимал, что должен отстраниться, однако не двинулся. Более того — ощутил облегчение: Аннет не выглядела ни разочарованной, ни сердитой.

— Делайте так, как хотите.

Женская ладонь осторожно повернула его лицо к себе. Удивительно светлая, тонкая рука — и Рейнгарт подчинился почти без сопротивления.

— Как вам хочется… можете так и поступить.

Щёки Аннет чуть порозовели, когда слова прозвучали совсем тихо. 

«Это иной способ соблазна?.. Раз ей не удалось раздеть — значит, хочет, чтобы я сам…» — мелькнула мысль. В тот же миг Аннет приблизилась и коснулась губами его губ. Рейнгарт закрыл глаза и замер.

Соприкасаясь губами, он думал: пора остановиться. Тело мучительно отзывалось, самообладание стремительно ускользало. Нужно было просто уйти— и всё бы кончилось. Но мышцы не слушались. Словно в ушах шептал неумолимый демон, беспрестанно подталкивая вперёд.

«Ничего страшного. Можно. Главное — не трогать между ног… Такая возможность ещё неизвестно когда выпадет».

«Аннет ведь сама позволила делать всё, что захочется…»

Рейнгарт ещё мгновение сопротивлялся сладкому шёпоту воображаемого демона. Дважды глубоко вдохнул и выдохнул, крепко сжав губы. Но сопротивление рухнуло сразу в тот миг, когда губы Аннет чуть шевельнулись у его рта.

Треснуло полено в камине.

— Ах…

Почти со стоном Рейнгарт вонзился в женские губы. Одна ладонь обвила затылок, другая рука притянула к себе за талию.

Врываясь в поцелуй всё глубже, Рейнгарт скользил ладонями по телу Аннет — по влажным волосам, по шее, по узким рёбрам, тонким, как у юного зверька, по маленьким плечам и мягким рукам.

Всё в Аннет оказалось удивительно нежным. Ни с чем из того, к чему Рейнгарт привык прикасаться — ни с рукоятью меча, ни с поводьями, ни с верёвками — это не имело ничего общего. От этой разницы по телу пробежала дрожь.

Тонкая, белая, податливая… Эти пьянящие ощущения постепенно лишали рассудка.

— А…

Будто одержимый, Рейнгарт опрокинул Аннет на постель и уткнулся лицом в шею. Скользя губами и носом по мягкой коже, жадно втягивал воздух. Чем сильнее вдыхал запах Аннет, тем меньше мог владеть собой. От шеи — к щеке, затем к губам и языку; беспорядочно целуя, глотая слюну, вновь возвращаясь к подбородку, к ушной раковине, к изгибу шеи.

— Мм…

Когда Аннет тихо отзывалась голосом, Рейнгарт на мгновение замирал. Если дыхание сбивалось — осторожно отстранялся, если становилось больно — ослаблял хватку. Но пальцы всё равно невольно сжимались слишком крепко. Решимость действовать мягко и осторожно давно рассеялась.

— Ах…

И наконец ладонь сжала грудь — прямо поверх одежды.

Лицо всё ещё было уткнуто в изгиб шеи Аннет. Вдыхая женский запах полной грудью, Рейнгарт коснулся мягкой груди, и сквозь зубы вырвался тихий стон.

Ладонь утонула в округлой, податливой теплоте — настолько ощутимой, что дыхание перехватило. 

«Только до этого… только поцелуи… только немного касаться руками…»  — возведённая с трудом преграда вновь рассыпалась.

— Ах…

Когда пальцы сжали грудь, Аннет изогнулась. От этого звука и движения Рейнгарт словно лишился рассудка и вновь поглотил её губы. Захлёстывающая волна наслаждения заставила инстинктивно податься вперёд всем телом.

Одного лишь давления у паха хватило, чтобы голова закружилась. 

«Ещё… ещё… ещё…» 

Не осознавая, что делает, Рейнгарт скользнул ладонью вниз и стиснул женское бедро.

«Ничего страшного. Можно… лишь бы не касаться между ног…»

Шёпот в ушах прозвучал — и Рейнгарт, будто обжёгшись, резко отпрянул.

— Ха…

Тяжело дыша, он спрыгнул с постели. Аннет лежала с закрытыми глазами, прерывисто втягивая воздух. Сбившийся край туники едва прикрывал бёдра. Мелькнувшие светлые волосы обожгли взгляд, и Рейнгарт поспешно зажмурился, чувствуя, что ещё мгновение — и разум окончательно сдастся.

«Ничего страшного… ведь между ног не касался…»

Внутренний голос тихо усмехнулся. Желание уже вышло из-под контроля. Рейнгарт до последнего пытался сопротивляться, но в конце концов признал поражение — резко отвернулся и выскочил из комнаты.