Контент удален!

Маркиз Нокбел никак не мог оправиться от потрясения.

Оставшись один в пустой комнате, он тяжело опустился на диван.

Печеника…

Теперь он, кажется, понимал, почему святая дева всё это время уходила от ответа.

Тем, для кого предназначалась Чаша Магреты, был не кто иной, как Печеник.

Да что же с ним стряслось…

Мастера меча крепки: у них тело, которое за всю жизнь ни разу не заболеет.

Если состояние настолько мучительно, проклятие явно не из обычных.

Перед глазами ясно стояло, как он изверг тёмно-красную кровь и схватился за сердце.

О чудовищной боли можно было судить по одной только выхарканной им крови.

Хриплый, перехваченный звук дыхания будто и сейчас стоял в ушах.

Хайэлия, что тут же прибежала и стала вливать священную силу, будто это было не впервые.

Прислуга, тихо переносящая его.

Всё это было печально и привычно, и маркизу Нокбелу оставалось лишь стоять, потеряв голову.

В пустой комнате он безучастно смотрел вниз, на брызги крови на полу.

…

На душе было тяжело.

Пусть они и встретились впервые за десять лет, но были близки так, будто виделись вчера.

Маркиз Нокбел и в прошлом с удовольствием принимал в Печенике всё.

Человек свободный и простодушный, всегда мечтавший жить как ветер.

Ему было жаль, что тот живёт один, и он несколько раз устраивал ему сватовство.

Правда, всякий раз получал решительный отказ.

Чем же я могу помочь…

Настежь!

Дверь распахнулась, и стремительно вошла Эрика.

— Наставник! Наставник!

— ?..

Она быстро оглядела комнату и убедилась, что Печеника нет.

— Прошу прощения.

Поклон.

Она молча поклонилась маркизу Нокбелу и уже закрывала дверь, собираясь выйти, но…

— Постой-ка.

…торопливый голос её остановил.

— Поговорим немного.

— Да?

— Что случилось с Печеником… можно ли мне спросить?

— Нельзя.

Ответ был дерзкий.

Маркиз Нокбел держал в руках высшую власть.

Даже самые ловкие из столичных дворян отступали перед ним на шаг.

Потому такой решительный ответ он слышал впервые за долгое время.

— Я спросил лишь потому, что, может быть, смогу чем-то помочь.

— Святая дева сама разберётся. Вам не о чем беспокоиться.

Он встретился с прямым взглядом Эрики.

Глядя на неё, он кого-то вспомнил.

…Похожа.

Твёрдые, сильные глаза без колебания.

Внешне ничего общего, а вот взгляд — точно вылитый.

Свободный и открытый вид. И добрая сила, что светилась в разрезе глаз.

Всё-таки ученица, вот в чём дело.

Не родная же дочь, а взгляд до того похож — значит, растил он её не с обычным усердием.

— Причина, по которой ты вызвалась в Тенуарху…

И где только Печеник добыл такую ученицу.

— Дело в твоём наставнике…

Девушка, без малейшего колебания объявившая, что вступит в орден.

Ради одной только Чаши Магреты она отдала весь остаток жизни.

— Вовсе нет. Прошу вас, не говорите такого при наставнике.

— Не так?

— Я вообще-то мечтала попасть в Тенуарху.

— И с каких же пор?

— С позавчера.

— С позавчера, значит…

Маркиз Нокбел молча какое-то время смотрел на неё.

А в мыслях думал о Печенике.

Он был самым любимым младшим товарищем в ордене, и всё его положение не давало покоя.

Его состояние, о тяжести которого нельзя было судить.

Ещё совсем недавно он с ним разговаривал.

Вспомнился тот разговор — не поймёшь, хвастовство ученицей или беседа рьяного родителя с учителем.

Что дороже всего для Печеника, было видно как на ладони.

Ведь оно сейчас и вправду стояло перед ним.

— Можно обращаться к тебе попроще?

— Насколько попроще?

— Буду звать по имени.

— Зовите как удобно. Я простолюдинка, у меня только имя и есть.

— Вот как.

— Господин маркиз, если дело не срочное, можно поговорить позже? Мне хочется к наставнику.

— Хорошо, ступай…

Он тут же снова окликнул уходившую Эрику:

— Эрика.

Она обернулась.

Маркизу Нокбелу пришло в голову, что он может сделать для Печеника сейчас.

— Если в столице будет тяжело, приходи ко мне.

Он решил впредь опекать Эрику в столице.

Судя по всему, родителей у неё не было. А единственный наставник, на которого она опиралась, вон как болен.

Если она приедет в столицу одна, привыкать к орденской жизни ей будет трудно.

Ради Печеника позаботиться о его драгоценной ученице было нетрудно.

— Помогу чем угодно.

Маркиз Нокбел, влиятельнейший человек столичного дворянства Сииада.

— Не стесняйся.

В эту минуту он сам вызвался стать неофициальным покровителем Эрики.

Глубокая ночь.

Ночное небо с молодым месяцем было особенно тёмным.

Крадучись.

Эрика тайком вошла в комнату Печеника.

— …

Осторожно подошла к кровати.

Печеник крепко спал, а в изголовье стояла чаша.

…Свет сильный, вот её и прикрыли.

Чаша Магреты была накрыта белой тканью.

Даже в тёмной комнате с погашенным светом она мягко сияла, будто в ней собрали свет звёзд.

Он ведь еле уснул… не буду будить.

Похоже на повторяющийся кошмар.

С помрачневшим лицом Эрика осторожно села на пол.

Прислонив голову боком к кровати, она смотрела на наставника.

Недавно и лицо, и одежда наставника были забрызганы тёмно-красной кровью, а теперь всё было начисто вытерто.

Усыплённый Хайэлией священной силой, он выглядел совершенно спокойным.

Насколько действенна чаша, пока было неизвестно.

Сколько же должно пройти времени?

— Наставник…

Шу-шу-шу.

— Поправляйтесь скорее.

Она сказала это совсем тихо. Боясь разбудить.

Осторожно.

Ответа она вовсе не ждала.

— Ладно…

Услышав ответ, Эрика округлила глаза.

— ?..

Неизвестно, с каких пор он не спал: Печеник открыл глаза и смотрел на неё.

Знакомые золотые глаза.

Глаза, которые в темноте она часто находила похожими на лунный свет.

— До чего же мне перед тобой стыдно…

Печеник глубоко вздохнул и приподнялся, садясь.

— Придётся как-нибудь поскорее поправиться.

Опершись спиной о изголовье, он посмотрел вниз на сидящую на полу Эрику.

Двое долго смотрели друг другу в глаза.

Печеник улыбнулся.

— Не тревожься.

У наставника есть обязанность успокоить ученицу.

— Пусть это займёт время, но я непременно поправлюсь.

— …

Эрика верила словам Печеника.

Наставник ни разу не нарушил обещания.

— Да.

Ответив, она тут же решилась.

Тихонько глубоко вдохнула.

Не тревожиться. И даже виду не подавать.

Больше не тяготить сердце наставника.

Так она несколько раз повторила про себя.

Положив подбородок на кровать, она пристально смотрела в лицо Печенику.

Уезжать надо было уже завтра, а какие слова говорить, она не знала.

— С маркизом Нокбелом хорошо поговорили?..

Вышел пустяковый разговор.

— Вы, случайно, не поссорились?

— Какое там поссорились. Он с давних пор изрядно меня любил. Благодаря этому говорить было легко.

Печеник тихо усмехнулся.

Он рассказал то и это из разговора с маркизом Нокбелом.

Судя по всему, это было ничем не лучше беседы отчаянного родителя при поступлении.

Только речь шла не о поступлении в академию, а о вступлении в Тенуарху.

Беда была в том, что сам Печеник этого совершенно не сознавал.

— И потом, тебе ведь надо съездить в Дэнтерс?

— Мне и самой хотелось.

— Я попросил для тебя отсрочку на два месяца.

— Что?

Эрика зажала рот.

— И он согласился? А… командир Тенуархи сказал, что нельзя.

— Граф Херейс? Смешно. У его светлости Нокбела вес побольше, чем у этого малого.

— Ух ты.

— Впредь смекай и держись правильной стороны.

Эрика захихикала и кивнула.

Целых два месяца!

Даже за вычетом дороги в Дэнтерсе можно было пробыть не меньше полумесяца.

Времени, чтобы попрощаться с бойцами отряда, было достаточно.

◆ ◇ ◆ ◇ ◆

Спасибо, что дочитали!

Больше глав и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/erika-kogda-drug-oderzhim-mnoy-bfca6b

Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab