Контент удален!

Стояла глубокая ночь. Тело Апеля пылало жаром.

Служанка Далия совсем потеряла голову.

— Господин Апель!

Ведь ещё днём с ним всё было в порядке.

Никаких признаков болезни: он безмятежно ел угощение и вовсю бегал и играл.

— Господин Апель, очнитесь.

Она убирала волосы с маленького белого лба и успокаивала его.

Детское тело всё пошло красными пятнами от жара. Кожа была горячей.

Сознания давно не было. Тонкое дыхание посвистывало, будто вот-вот оборвётся.

Наспех подхватив малыша, Далия прижала его к себе и выбежала из дворца Сонет.

В её объятиях он пылал, как огонь.

Стояла глубокая ночь, и, кроме тех, кто нёс ночной дозор, по императорской крепости никто не ходил.

Она бежала в темноте к императорскому лейб-медику.

— Дверь, откройте дверь!

Но так никого и не дозвалась.

— Помогите!

Она долго металась перед закрытой дверью, не зная, что делать.

Пусть и ночь, но дежурный лекарь наверняка должен был быть, а никто не выходил, и у неё темнело в глазах.

И всё это время жар у Апеля не спадал, а, наоборот, становился только сильнее.

Казалось, ещё немного — и случится настоящая беда. Далия снова и снова проверяла, дышит ли Апель. Ей было страшно, что дыхание оборвётся.

Она правда не знала, как быть.

Изо всех сил стараясь взять себя в руки, она могла думать лишь об одном человеке.

Рыцарь Эрика сейчас…

Последние два месяца Эрика была занята подготовкой к торжеству, и увидеть её было трудно.

С последней встречи прошло уже целых четыре дня. Да и та длилась всего час.

Пойти-то можно, да ведь она наверняка страшно занята.

Удастся ли её застать.

Нет, захочет ли она вообще встретиться.

Мысли спутались, и у Далии наконец навернулись слёзы.

— Понадобится моя помощь — сразу говорите. Мне.

Вспомнились слова Эрики.

Приходите. Если что случится — обязательно ко мне.

Все эти ласковые слова гудели в ушах, как наваждение.

Далия подняла голову. Не для того, чтобы посмотреть на ночное небо.

Здание Тенуархи было отсюда далеко. Не видно было даже краешка, но она знала, в какой оно стороне.

Далия крепко закусила губу. Тут же перехватила Апеля поудобнее и побежала.

* * *

Общий рабочий зал Тенуархи.

За окнами стояла полная луна. Значит, была уже ночь.

Эрика была так измучена бесконечными репетициями к торжеству, что впору было упасть без чувств.

Ей хотелось прямо сейчас взорвать это высоченное здание или открыть окно и выпрыгнуть.

— Ч-что, опять прямо сейчас?..

— Рыцарь Эрика, прошу вас в последний раз произвести окончательную проверку пути следования.

— Бля! Может, перестанете говорить «окончательная»? Она уже окон-окон-окон-окончательная!

— Да. Прошу поскорее выступать. Уже поздно.

— Да ну… я просто возьму всё на себя… Если что случится, я за всё и отвечу.

— Это само собой. Вы ведь ещё и солгали, будто у вас в ордене Арагонов есть друг, так что отвечать вам за всё.

— Да не вру я, говорю же!

— Тогда почему вы не можете назвать имя вашего друга?

— Ну, это…

— Ночная проверка сегодня последняя, так что поторопитесь.

— …

Эрика приложила ладонь ко лбу.

Но у делопроизводителя тёмные круги уже свисали до кадыка, так что затевать с ним свару было нельзя.

Едва он перешёл в другую комнату, Эрика с грохотом рухнула на стол.

Она яростно разворошила разложенные карты и донесения.

— А-а, ну правда! Что в этом такого важного!

Чауду до этого пышного церемониала и дела не будет!

Эти слова подступали ей к горлу не один и не два раза.

Но всякий раз она сдерживалась.

— …

Сказать, что она в дружбе с его высочеством великим герцогом Близарда, — так ведь никто не поверит.

— Или нет… может, и важно, пышный церемониал…

На самом деле она и сама толком не понимала.

Прошло целых шесть лет.

Чауд, наверное, стал совсем другим человеком.

Может, ему и хочется скрыть, что по молодости и глупости он был наёмником.

По той же причине она не могла походя рассказывать другим о дружбе с ним.

В нём текла та же благородная императорская кровь, что и в его величестве, и набиваться ему в знакомые было нельзя.

Эрика по-прежнему считала его другом, но —

— …

Но что думает об этом нынешний Чауд, она не знала.

От этой мысли она пригорюнилась.

— …

Плечи, придавленные к столу, понуро поникли.

Она повернула голову, перекатившись щекой по холодной столешнице, и потёрлась о неё лбом.

Чёлка тут же встала дыбом.

Она хандрила в довольно причудливой позе, и тут послышались шаги.

Топ.

— ?..

Шаги мало-помалу приближались, и Эрика краем глаза глянула в ту сторону.

И тут же забормотала заклинание.

…Не подходи. Прошу, уходи. Просто пройди мимо. Иди своей дорогой.

К ней шёл мужчина из пятёрки тех, с кем ей меньше всего на свете хотелось встречаться.

Эрик Херейс.

Даже тёмной ночью его золотые волосы сияли.

— …

Когда он всё-таки подошёл к столу, Эрика тяжело вздохнула.

Вскакивать впопыхах ради приличий перед старшим она не стала.

Лишь кое-как подняла голову и посмотрела на него.

Они и раньше не ладили, но после того, как она стала рыцарем прямого сопровождения при дворце Сонет, стало ещё хуже.

В последнее время он зачастил придираться.

Например, вот так.

— Что ты здесь делаешь?

Вот так всё время приходил и заводил никчёмные разговоры.

— Отдыхаю немного.

— Я слышал, тебе велено ещё раз проверить путь следования знатных гостей от столичной заставы.

— Потом сделаю.

— Я к тому, нет ли, случаем, чего, в чём помочь…

И тут.

— А?

Эрика вскочила.

Широкими шагами она подошла к окну и распахнула его настежь.

Ву-у-у…

Зал Тенуархи был высоко, и в окно разом хлынул ночной воздух.

Эрика опустила голову и посмотрела далеко вниз, на землю.

Донёсся тихий крик.

— Рыцарь Эрика!..

Женщина с каштановыми волосами смотрела на неё снизу вверх, прижимая к себе ребёнка.

Хх… хх… Она задыхалась так, что её чуть не выворачивало. Голос, прозвучавший следом, дрожал от слёз.

— Господину Апелю плохо.

Далия плакала навзрыд, но кричала тихо:

— Помогите, умоляю.

Этот плач так и врезался ей в уши.

Прыг.

Эрика без колебаний выпрыгнула в окно.

Ф-фух!

Волосы взметнулись. Ночной ветер грубо резанул по ушам.

* * *

— Как это — ни одного императорского лейб-медика?

Кожа Апеля была слишком горячей.

— Даже если его величеству худо, не могли же они все туда сбежаться, — и ни одного?

— Правда, дверь заперта, и никого не было. Идти туда сейчас бесполезно!

— Бля, что за…

Эрика понимала: такой жар — ненормальный.

— Что он ел сегодня днём?

— Ничего необычного. Он и так ест очень мало, поэтому обычный суп, который всегда…

— А угощение?

Эрика чуть наклонилась, прислушиваясь к стонам Апеля у себя на руках.

Горячечное дыхание было едва слышно.

— И в угощении не было ничего особенного.

Стоявшая рядом Далия не находила себе места.

— Вы ведь тоже ели, рыцарь Эрика? Десерт в честь торжества раздали одинаково по всем дворцам, так что не могло быть ниче…

— Погодите, что раздали?

— Лимонный шербет и пирожное…

— Нет.

Эрика ошеломлённо подняла голову.

— Что вы такое говорите? Кто это принёс?

— Этого… я не знаю. Лицо незнакомое, наверное, горничная из императорской кухни…

— …

В тот же миг у Далии оборвалось сердце.

Выражение лица Эрики указывало на одно.

Она и слыхом не слыхивала о том, чтобы в честь торжества раздавали такие десерты.