— Разве леди Харриет просила сегодня об аудиенции?..

— Нет. Она лишь собиралась оставить подарок и уехать. Но, как вы знаете, сейчас все поступающие к вашей светлости предметы подлежат строгому досмотру, поэтому стража ответила отказом.

Седрик медленно опустил стакан на стол.

Сторонники жесткой линии в королевстве Фирма, которые даже после поражения продолжали настаивать на присоединении Кифрена, не оставляли попыток убить Седрика — главного творца победы.

Ввиду этого пришлось усилить меры безопасности: обо всех посылках, поступающих в особняк, следовало сообщать заранее, а их содержимое подвергалось тщательной проверке и вскрытию.

Харриет, должно быть, об этом не знала.

— И что же она делает сейчас?

— Поскольку леди нам знакома, я временно проводил её в зал ожидания для гостей, но…

Седрик мельком взглянул на часы.

— У меня еще остались дела?

— На сегодня больше ничего не запланировано.

— В таком случае проводите леди Харриет в гостиную.

— Слушаюсь.

Дворецкий бесшумно покинул кабинет. Но пока он шел к залу ожидания, выражение его лица оставалось слегка озадаченным.

Будь на её месте кто другой, его бы тут же отослали прочь…

Седрик крайне редко принимал посетителей в обход правил. Такое случалось лишь в исключительных ситуациях, не терпящих отлагательств, по делам императорского двора или же когда речь шла о близких знакомых. Он был не из тех, кто легко растрачивает свое время.

Дворецкий всерьез задавался вопросом, входит ли Харриет в число тех самых «близких знакомых».

* * *

Хотела ведь просто отдать подарок и уйти. Что за напасть! Подумаешь, бутылка шампанского.

Харриет сидела в гостиной особняка Кайласа и чувствовала себя крайне неуютно. Дворецкий, проводивший её сюда, держался всё так же учтиво, но Харриет казалось, что в его взгляде сквозило нечто странное.

Понятно, что из-за покушений он не может принимать всё подряд. Но какая мне выгода убивать собственного, да еще и единственного инвестора?

Впрочем, на стражников эти доводы не произвели ни малейшего впечатления.

— Вполне возможно, что вы пошли на сделку с фирмайцами, соблазнившись огромным вознаграждением, и принесли отраву.

И всё же она продолжала настаивать на передаче подарка, невзирая на подозрения, лишь по одной причине: ей было стыдно тут же возвращать в лавку дорогущее шампанское, купленное с таким размахом. А духу выпить его самой точно бы не хватило.

Харриет с тяжелым вздохом смотрела на коробку рядом с собой, как вдруг двери гостиной отворились, и на пороге появился Седрик.

Она с крайней неохотой поднялась с места.

— Прошу прощения, что отнимаю ваше время. Я правда хотела лишь передать это и уехать…

Из-за вечных пересудов о том, что она только и делает, что соблазняет мужчин, оправдания сорвались с её губ прежде, чем она успела поздороваться.

В уголках глаз Седрика, наблюдавшего за ней, мелькнула улыбка.

— Пусть благословение Явара пребудет с леди Харриет и в новом году.

— Ах! Да снизойдет божественное благословение и на вас, Ваша Светлость.

Осознав свою оплошность, Харриет густо покраснела, но Седрик, казалось, совершенно не заметил её неловкости и невозмутимо опустился в кресло.

— Как я уже говорил, вы умеете удивлять, леди Харриет. Услышав, что именно вы пришли с «подарком», я просто не поверил своим ушам.

— Ха, ха-ха, звучит и правда внезапно, не так ли? Это сущая мелочь…

Мечтая лишь о том, чтобы поскорее всучить коробку и сбежать, Харриет протянула её Седрику.

— Это шампанское. Не знаю, придется ли оно вам по вкусу.

Седрик уже хотел взять коробку, когда подошел дворецкий и негромко произнес:

— Напитки тем более должны пройти проверку, Ваша Светлость.

Его голос звучал тихо, но достаточно громко, чтобы Харриет всё расслышала. Она поспешно поставила коробку перед Седриком.

— Поступайте, как знаете. Я всего лишь покупала шампанское для себя и решила взять еще одну бутылку в знак благодарности своему единственному инвестору. Я передала подарок лично в руки, так что считаю свой долг выполненным.

Как было бы славно, если бы она смогла сделать это прямо у ворот. Но упертые стражники твердили, что не могут ни принять, ни передать подарок без предварительной договоренности, и требовали, чтобы она забрала его обратно. Затяжная перепалка и привела к этой совершенно излишней встрече.

Решив, что на этом пора откланяться, Харриет попыталась незаметно встать с кресла, но Седрик, казалось, и не думал её отпускать.

— И к чему вдруг шампанское?

— Ах, вчера бухгалтер прислал отчет, и результаты оказались лучше, чем я ожидала. Вот я и отправилась за шампанским, чтобы отпраздновать… К слову, мне стоило бы захватить с собой и сам отчет.

Харриет едва не хлопнула себя по лбу. Ей ведь всё равно нужно было показать Седрику финансовые результаты и обсудить развитие бренда «Кларисса». Запроси она аудиенцию и заяви о подарке заранее, никаких проблем бы не возникло.

Она крепко зажмурилась, надеясь, что всё это лишь сон. Тем временем Седрик тихо рассмеялся и взял в руки коробку.

— Шампанское из-за такого пустяка?

— Из-за пустяка? А вы знаете, какова моя прибыль?

— Чистая прибыль за три месяца с момента открытия составила около трехсот семидесяти тысяч дирхамов.

Харриет чуть было не спросила, откуда ему это известно, но вовремя прикусила язык. Если подумать, в этом не было ничего удивительного. Бухгалтера ведь порекомендовал сам Седрик.

Слегка надувшись, она изобразила напускную самоуверенность и парировала:

— Для меня это огромная радость. Я считаю, что нужно праздновать каждый, даже самый малый успех.

На мгновение лицо Седрика приняло странное выражение, но он тут же кивнул и принялся разворачивать коробку.

Не понимая, можно ли ей уже встать и уйти, Харриет искоса поглядывала на дворецкого. Однако тот, судя по всему, был озадачен не меньше и лишь молча наблюдал за действиями своего господина.

Достав шампанское из элегантной коробки, Седрик повертел бутылку в руках и спросил:

— «Ван Рибель», тысяча восемьсот шестьдесят шестой год. Есть какая-то особая причина, по которой вы выбрали именно его?

— Просто в лавке сказали, что оно самое дорогое, вот я и взяла…

Харриет ожидала насмешки, но Седрик лишь медленно провел большим пальцем по этикетке и скомандовал дворецкому:

— Принеси два бокала.

— Ваша светлость! Но сперва нужно провести проверку!..

— Что может быть безопаснее, чем выпить вино вместе с тем, кто его принес?

— Что? Мне тоже придется пить?

На испуганный возглас Харриет Седрик слегка прищурился.

— А что такое? Неужели вы и правда подмешали туда яд?

— Нет!

— Тогда не вижу причин, почему бы нам не выпить вместе.

В итоге дворецкий удалился за бокалами, а растерянной Харриет не оставалось ничего иного, кроме как остаться на месте.

Ей и так было до смерти неловко, а Седрика, похоже, эта ситуация лишь забавляла — он не сводил с неё взгляда, и на его губах играла легкая полуулыбка. В конце концов Харриет не выдержала:

— Почему вы так на меня смотрите?

— Просто я… немного тронут.

— Чем же?

— Я думал, вы меня недолюбливаете, но в момент триумфа вы вспомнили обо мне.

— Разве это не естественно? Без вас я бы ни за что не добилась такого успеха.

От её прямолинейного ответа Седрик расплылся в улыбке.

К счастью, как раз в этот момент вернулся дворецкий. Он принес не только бокалы, но и тарелку с печеньем, сыром и оливками.

Появление закусок Харриет не обрадовало. Сама мысль о том, чтобы распивать здесь вино вместе с Седриком, была полным абсурдом!