Онлайн чтение книги Главная скандалистка вернулась The Scandal Maker Has Returned
2 - 49

— А, вы пришли, виконт Кингсли!

— Я же просил называть меня просто Бенедиктом. Ха-ха.

— Что вы, как я могу! Для меня огромная честь уже то, что мы состоим в одном клубе.

Бенедикт Кингсли, получивший приглашение в весьма престижный джентльменский клуб сразу после того, как Седрик унаследовал титул, удостоился необычайно теплого приема для новичка. Как-никак, он приходился дядей самому герцогу.

В бытность Роуэна герцогом в обществе прочно укоренилось мнение, что дом Кайлас находится в руках принцессы Джеремии, поэтому Бенедикту родство не приносило особой выгоды. Однако после смерти Роуэна, когда титул перешел к его племяннику Седрику, многие решили, что Бенедикт будет иметь на юношу колоссальное влияние. В результате виконт получил приглашения сразу от нескольких респектабельных клубов.

Большинство членов «Золотого Века» — клуба, на котором он в итоге остановил свой выбор, — славились скорее размером капитала, нежели знатностью или безупречной репутацией. В наше время деньги решают все. Куда выгоднее вести дела с прагматиками, ищущими реальную выгоду, чем с лицемерами, помешанными на происхождении и социальном статусе. Настала эпоха, когда дворянин без гроша за душой ничем не отличался от простолюдина, а разбогатевшие простолюдины вовсю посягали на привилегии аристократов. В такие времена громкое имя значило меньше, чем то, в каком бизнесе семья участвует и какими предприятиями владеет.

Каждый завсегдатай «Золотого Века» мог похвастаться хотя бы одним успешным делом, и Бенедикт вступил в клуб в надежде приобщиться к их коммерческим начинаниям. Однако эти господа, повадками больше напоминавшие торговцев, требовали своего рода «аванс». Иными словами: хочешь что-то получить — сначала докажи, чем ты можешь быть полезен клубу. Разумеется, от Бенедикта им требовалось лишь одно, ведь денег у них водилось куда больше, чем у виконта Кингсли.

— Я слышал, дом Кайлас вскоре запускает проект по освоению Алкинеса, но подрядчики еще не выбраны.

— Да, кажется, до меня тоже доходили такие слухи.

— Кхм! Знаете ли, мой сын как раз владеет лесозаготовительной компанией. Специалисты они отличные, вот только связей маловато, поэтому имя себе еще не сделали… Виконт Кингсли, не могли бы вы замолвить за них словечко?

Сегодня поступила очередная просьба. Бенедикт смущенно почесал затылок и со смешком ответил:

— Ха-ха, ну что вы, кто я такой, чтобы…

— Вы же единственный дядя герцога Кайласа! Говорят, принцессу Джеремию дела герцогства не особо заботят, и все коммерческие вопросы герцог решает единолично. На кого еще ему полагаться и кому доверять в такой ситуации, как не вам, виконт?

— Мне так жаль мальчика. В столь юном возрасте взвалить на свои плечи управление огромным герцогством…

— Вот именно! Поэтому, если вы дадите ему дельный совет и порекомендуете надежных людей, герцогу станет только легче, не так ли?

Они обменивались смехом и любезностями, хотя за всем этим скрывались холодный расчет и тонкая психологическая игра.

— Что ж, я поговорю с ним, но не возлагайте слишком больших надежд. Окончательное решение все равно остается за Седриком.

— Благодарю вас, виконт! Скоро ведь на ваших землях начнут собирать картофель? Как только урожай будет готов, дайте знать. Мы бесплатно предоставим вам транспорт нашей торговой компании.

Бенедикт замахал руками, отказываясь. Разыгрывая из себя человека исключительной добросовестности, он заявил, что не может принять такую услугу, пока не будет уверен, что его рекомендация сработала. Он прекрасно понимал: подобная скромность лишь укрепит симпатию и доверие собеседников. Как он и рассчитывал, члены клуба прониклись к нему еще большей благосклонностью.

— Слышал, ваш сын недавно открыл новое дело? Поговаривают, проект обещает быть крайне успешным.

— Да я и сам толком не знаю. Выделил ему немного средств — пусть, думаю, поучится вести дела, наследник все-таки. А он у меня, видимо, всегда сочувствовал больным, вот и решил заняться то ли фармацевтикой, то ли чем-то в этом роде.

— Похвально! Говорят, фармацевтика сейчас — одна из самых перспективных отраслей.

С появлением в городах водопровода и канализации, а также с ростом понимания важности гигиены, ожидаемая продолжительность жизни значительно возросла. Благодаря этому болезни, которые раньше гнали людей в храмы молиться о чуде или искать помощи у шаманов, перешли в разряд излечимых, и интерес к медицине взлетел до небес. Конечно, аптекари-шарлатаны, сомнительные ингредиенты и рецепты на глазок оставались серьезной проблемой, но империя не жалела средств на поддержку фармацевтического бизнеса.

— Похоже, ваш сын унаследовал вашу деловую хватку и умение смотреть в будущее. Завтрашний день дома Кингсли обещает быть блестящим! Ха-ха-ха!

— Благодарю на добром слове, но он делает лишь первые шаги.

И хотя на словах Бенедикт скромничал, на деле он был прекрасно осведомлен о бизнесе Альберта и оказывал ему всестороннюю поддержку. То, что Альберт случайно свел знакомство с женщиной из королевства Фирма и разузнал у нее о традиционных народных средствах ее родины, оказалось невероятной удачей. Отец этой женщины был знаком с местным аптекарем, так что оставалось лишь наладить импорт готового снадобья. Никаких затрат на исследования не требовалось.

— Отец! Это просто невероятно! Никакого похмелья, а эйфория куда сильнее, чем от алкоголя! Вот увидите, скоро все как с ума сойдут, лишь бы достать это лекарство!

Официально его преподносили как обезболивающее или средство от хандры, но самым многообещающим эффектом препарата Энджелик, созданного на основе травы даргу, было мощное усиление сексуального влечения. Аристократы, погрязшие в ночных кутежах, готовы были глотать любую дрянь, стоило лишь намекнуть, что она разжигает страсть. Так насколько же они станут одержимы препаратом, который достаточно просто закинуть в рот, чтобы всю ночь пылать от вожделения?

Энджелик скоро прогремит на весь свет. И тогда все кусать локти будут, что не вложились в него раньше. Они с Альбертом лишь выжидали момент, когда жажда заполучить препарат достигнет пика. Уж тогда-то они начнут грести колоссальные деньги.

Беспокоило их лишь одно: они не знали точных побочных эффектов этого снадобья.

— Если слишком пристраститься к даргу, в конце концов не сможешь без него жить. Правильная доза может спасти человека, обезумевшего от горя, но если он не сумеет вовремя отказаться от травы, то вновь сойдет с ума — уже от синдрома отмены.

Аптекарь, предупреждавший их об этом, и сам не мог толком описать симптомы. Он упоминал то дрожь в руках, то бессонницу, то неконтролируемое желание петь странные песни и танцевать. Если дело только в этом, проблем не возникнет. Разумеется, отказываться от столь прибыльного дела из страха перед каким-то синдромом отмены они не собирались. В конце концов, у любых лекарств есть побочные эффекты, и их необходимо принимать в строгих дозировках. Так что стыдиться им было нечего.

Но слава Энджелик — дело будущего. А пока первоочередной задачей было продвинуть Седрику лесозаготовительную компанию сына виконта Ливингстона. «Учитывая профессионализм фирмы, Седрик вряд ли ответит отказом», — самоуверенно рассуждал Бенедикт.

И всё же, несмотря на эту уверенность, находясь в гостиной резиденции Кайлас один на один с племянником, Бенедикт чувствовал внутреннее напряжение. Добрых полчаса он лишь вежливо расспрашивал Седрика о делах, а затем, под предлогом рассказа о собственной жизни, плавно перевел тему на общих знакомых.

— А ты, случайно, не знаком с виконтом Ливингстоном?

— Кажется, слышал это имя. Он сколотил состояние на строительных подрядах, верно?

— А, так ты знаешь! Так вот, его сын, как выяснилось, управляет лесозаготовительной компанией. Говорят, они настоящие профессионалы своего дела.

— Вот как.

Поскольку Седрик и не думал развивать тему, Бенедикту пришлось самому переходить к сути:

— Кстати, разве для освоения Алкинеса вам не потребуется масштабная вырубка леса?..

Любой на месте герцога уловил бы связь между упоминанием лесозаготовительной компании и вопросом о новом проекте, но Седрик лишь коротко кивнул. «Мальчишка, — мысленно возмутился Бенедикт. — Раз уж родной дядя столько вокруг да около ходит, мог бы сам догадаться и поддержать разговор!». Ему нестерпимо хотелось раздраженно цокнуть языком, но он сдержался.

— Если подрядчик еще не выбран, как насчет фирмы Ливингстонов? Сам виконт — человек исключительно надежный, а у его сына, как говорят, за плечами богатый опыт в этой сфере.

— Как знать. По одним лишь слухам судить сложно.

— Это ведь не кто-то там с улицы, это твой собственный дядя рекомендует! Какие еще нужны гарантии?

Он предлагал заключить контракт на три миллиона дирхамов, основываясь исключительно на его словах. Седрик искренне не понимал: то ли дядя настолько наивен, то ли держит за дурака его самого. Скорее всего, второе. Не изменившись в лице, Седрик как ни в чем не бывало ответил:

— Пусть для начала представят хотя бы бизнес-план.

— Бизнес-план? К чему такие сложности? Проектом освоения все равно будешь руководить ты, а их дело маленькое — деревья рубить.

— Ха-ха, дядя, вы все так же любите шутить. Представляете, сколько всего должно быть прописано в бизнес-плане? — Седрик произнес это легким тоном, словно подыгрывая шутливому настроению Бенедикта. — Какие инструменты использовать для вырубки, где набирать рабочих, как транспортировать древесину и на какие нужды ее пустить. И это только то, что приходит на ум в первую секунду. Если компания действительно так хороша, они не могут не знать о подобных процедурах.

— Н-ну да, разумеется... Просто я подумал, зачем тратить на это время.

— Освоение Алкинеса не требует спешки. Передайте виконту Ливингстону, что у него есть пара месяцев, чтобы подготовить грамотный бизнес-план и подать официальную заявку на встречу.

От этого вежливого, но непреклонного отказа лицо Бенедикта неловко вытянулось.