Дафна нанесла Харриет неожиданный визит, когда январь уже подходил к концу.

— Леди Дафна! Какими судьбами?

Харриет была немало удивлена, ведь о визите никто не предупреждал. Дафна смущенно улыбнулась и, достав конверт, протянула его.

— Я лично раздаю приглашения на прием своим близким знакомым. Очень надеюсь, что вы придете.

Это было приглашение на прием в доме графа Лорела. Харриет ожидала, что оно адресовано Трише, но, помимо него, в конверте лежало именное приглашение и для самой Харриет.

Граф Лорел, кажется, не слишком жалует меня. С чего бы это? Неужели Дафна его уговорила?

Впрочем, допытываться не было нужды. Главное, что она получила приглашение лично, а не просто как представительница Триши.

Когда Дафна, передав конверт, уже собралась уходить, Харриет остановила её:

— Если не спешите, выпейте со мной чаю. На улице морозно.

— Я не могу вас обременять. Тем более что явилась без предупреждения...

— У меня сегодня совершенно нет дел, я как раз изнывала от скуки.

Только тогда Дафна лучезарно улыбнулась и с радостью приняла предложение. Харриет провела гостью в свою комнату и усадила за столик у окна.

— Прошу прощения, что не принимаю вас в гостиной. Стараюсь лишний раз не тревожить двоюродную бабушку.

— Это мне стоит благодарить вас за честь побывать в вашей личной комнате.

— Рада это слышать.

Столик у окна, обставленный в точном соответствии со вкусами Харриет, был её любимым местом. Снаружи росло раскидистое дерево: сидя здесь, можно было наблюдать за сменой времен года и слушать птиц, хотя порой их пение и будило её ни свет ни заря.

Предложив Дафне присесть, Харриет сама налила ей горячего чая.

— Вы упоминали, что планируете устроить прием, но я не думала, что получу приглашение так скоро. Что-то случилось?

— Ах, понимаете...

Заметив неловкую улыбку Дафны, Харриет тут же замахала руками:

— Можете не отвечать. Я вовсе не собиралась лезть в дела вашей семьи!

— Нет-нет, кому-кому, а вам я могу рассказать всё без утайки.

Несмотря на эти слова, Дафне всё же потребовалось некоторое усилие, чтобы продолжить. Она обхватила теплую чашку обеими руками и бесшумно сделала глубокий вдох.

— В середине марта должна состояться помолвка Джеймса и Беллы.

Этих слов было достаточно, чтобы Харриет всё поняла.

Если грандиозный вечер в доме Лорелов пройдет после помолвки, в свете решат, что он приурочен именно к этому событию. А Дафна, появившись на приеме, станет объектом жалости или насмешек, что поставит её семью в крайне неловкое положение. Значит, прием необходимо провести до этого.

Харриет вздохнула. Виновники даже не пытаются скрывать свою наглость, а жертва из-за них не может даже дату приема выбрать по собственному желанию.

Однако Дафна больше не упивалась жалостью к себе, как раньше.

— В прошлом году мы не устраивали приемов, так что я подумала: лучше покончить с этим как можно скорее. Раз уж решила, нужно действовать.

Её впалым щекам всё еще не хватало здорового румянца, но улыбка была безупречно светлой. Харриет почувствовала, что Дафна стала намного взрослее и сильнее.

— Похоже, вы смогли многое отпустить.

— И всё благодаря вам.

Харриет была признательна Дафне за то, что та в свое время не восприняла её советы в штыки. А еще у Харриет была подруга, которой тоже не помешало бы залечить душевные раны.

Помедлив немного, Харриет осторожно спросила:

— Леди Дафна… Возможно, это прозвучит дерзко, но могу ли я попросить еще одно приглашение?

— Для ваших знакомых — сколько угодно.

— Дело в том... Оно для бывшей подруги Беллы. Её зовут Вивиана Деллус. Вы, должно быть, слышали о ней.

Улыбка Дафны мгновенно застыла. Харриет прекрасно понимала эту реакцию, но, помня о недавних злоключениях Вивианы, твердо решила: если кто-то позовет её на прием, она обязательно выпросит приглашение и для подруги.

— Вивиана разорвала отношения с Беллой. Уж если мы с ней сдружились, можете не сомневаться: с Беллой её больше ничего не связывает.

Харриет вкратце обрисовала ситуацию. Рассказала, как Вивиана сблизилась с Беллой из-за парня, в которого была безответно влюблена, и как, разглядев истинное лицо Беллы, разорвала с ней дружбу. Как тот самый парень в итоге разбил ей сердце, и как теперь она оказалась в изоляции, лишившись прежнего круга общения.

— Я просто хочу дать ей шанс вернуться в общество. Вы, конечно, можете отказать. Ваше спокойствие для меня важнее всего.

Выслушав Харриет, Дафна ответила не сразу. Она сделала глоток чая, погрузившись в раздумья. Ожидая решения, Харриет тоже отпила из чашки, в очередной раз поражаясь тому, как причудливо переплетаются человеческие судьбы.

Наконец Дафна подняла глаза.

— Я слышала о леди Вивиане и верю вашим словам. Выдать приглашение — не проблема. Однако...

Харриет вопросительно склонила голову, и Дафна с сожалением пояснила:

— Тот молодой человек, в которого она была влюблена... Это ведь Адам Хофнер?

— Об этом тоже все знают?

— К сожалению. И семье Хофнеров приглашение уже отправлено.

Это означало, что Адам с большой долей вероятности появится на приеме, и Дафна закономерно беспокоилась, не станет ли это проблемой.

— Думаю, решать не мне. Но даже если Вивиана откажется, она не забудет вашей доброты.

— Буду рада, если так.

Благодаря взвешенному решению Дафны, Вивиана через Харриет получила приглашение на прием к Лорелам. И предупреждение о том, что Адам тоже может там появиться.

Передав Вивиане прямоугольный конверт, Харриет с замиранием сердца ждала реакции, уже начиная опасаться, что зря вмешалась. Вивиана смотрела на приглашение дольше, чем Харриет ожидала.

— Прости, если я влезла не в свое дело.

— Ах, нет! Я очень тебе благодарна. Меня и так в последнее время никуда не зовут. Только теперь я начинаю понимать, что ты имела в виду, говоря, что мы с Беллой были не на равных.

Но, несмотря на эти слова, лицо Вивианы не просветлело.

Решив, что дело всё-таки в Адаме, Харриет накрыла её руку своей.

— Я ведь предупредила, что ты не обязана идти. Если не хочется, смело отказывайся.

Харриет действительно допускала мысль, что подруга ответит отказом.

Но Вивиана, рассеянно поглаживая карточку с гербом Лорелов, вдруг решительно вскинула голову.

— Я пойду. Ты ведь так старалась ради меня. Да и перед леди Дафной будет неудобно.

— Уверена?

— Да. Чего мне бояться? Адам мне больше не нужен, да и Беллу я больше не считаю подругой.

Увидев беспечную улыбку Вивианы, Харриет поняла, каких усилий той стоило взять себя в руки.

Возможно, она всё еще сомневалась. Возможно, завидев Адама, она дрогнет или даже сбежит.

И всё же, осознавая все страхи, Вивиана решила пойти до конца.

Харриет не могла позволить, чтобы эту крошечную искру смелости затоптали.

— Раз уж мы ввязались в это, давай покажем им.

— А? Что покажем? Кому?

— Белле и Адаму. Они-то думают, что ты сидишь в слезах, полная сожалений и страха. Давай покажем им, насколько Вивиана Деллус прекрасна и ослепительна.

Харриет сжала кулаки с такой решимостью, будто дело касалось её самой. А Вивиана лишь окинула её недоверчивым взглядом.

Трише не оставалось ничего иного, кроме как ответить отказом и на приглашение семьи Лорел.

— Если я пойду туда и начну безостановочно кашлять, это лишь доставит окружающим неудобства.

Хотя после приема лекарств кашель заметно отступал, помогало это лишь при условии строгого домашнего покоя. Стоило Трише хоть немного переутомиться, как приступы непременно возвращались.

— Так что отправляйся туда и засвидетельствуй им почтение от моего имени.

— Мне несложно. Но в последнее время вы почти не выходите в свет. Вам настолько нездоровится?

— Опять пустые тревоги. С возрастом вполне естественно реже бывать на людях. Старухе нигде особо не обрадуются, даже если она явится.

Нелепая отговорка. Судя по приглашениям, которые продолжали ежедневно сыпаться на Тришу, несмотря на ее затворничество, она оставалась крайне желанной гостьей.

Но Харриет не стала озвучивать эти мысли, лишь сдержанно улыбнувшись.

— Граф и графиня Лорел будут огорчены. В любом случае, я хорошо проведу время. А вы отдыхайте.

Попрощавшись, Харриет крепко сжала ее худую руку, и в уголках глаз Триши мелькнула улыбка.

Роксана, которая в последнее время целыми днями не отходила от Триши, заменяя ей и руки, и ноги, вышла следом за Харриет под предлогом проводов. Харриет этого и ждала, а потому обернулась, как только за ними закрылась дверь.

— Наставница... Кажется, здоровье двоюродной бабушки совсем сдает.

— Она слабеет с каждым днем. Радикального способа лечения нет, поэтому сейчас усилия врачей сосредоточены на том, чтобы максимально облегчить боль.

Повисла тяжелая пауза. Харриет до одури боялась, что с Тришей случится худшее. Даже когда истечет двухлетний срок опекунства, ее отношение к ней как к спасительнице и матери останется неизменным. Настолько важным человеком Триша для нее стала.