Просматривая одну за другой посыпавшиеся к Новому году поздравительные открытки, Джон взял очередной конверт и нахмурился.

— Что там еще?

Он резко вскрыл конверт, достал письмо и развернул его.

«Да пребудут божья благодать и благословение с домом виконта Листеруэлла.

<...> Пишем вам вновь, поскольку с наступлением нового года так и не дождались от вас ответа. Настоятельно просим, чтобы в этом году леди Харриет Листеруэлл лично посетила нас и подписала акт о передаче прав на угодья и поместье.

С уважением, управляющий банком "Перилас Асети"».

Дочитав, он в раздражении скомкал письмо и швырнул в корзину.

— Проклятье!

От одной только мысли о землях в Периласе у него начинала раскалываться голова и закипало бешенство.

— Да как, черт возьми, мне затащить туда эту девчонку?!

Но даже если бы удалось, это не решило бы проблему. Харриет больше не была той покорной племянницей, которую он знал.

Теперь за её спиной стояла могущественная Триша Феллон, да и сама она, похоже, обзавелась средствами, став лицом монастырской мыльной лавки. Почувствовав вкус к деньгам, она ни за что не подпишет бумаги на передачу периласских земель.

И что теперь, отдать эти земли Харриет?

Ну уж нет!

Должен быть способ. Обязательно должен!

Пока он со стоном держался за раскалывающуюся голову, в дверь постучали. Получив дозволение, в кабинет проскользнула Белла. Она была в новом зимнем наряде и рассеянно поглаживала соболью муфту.

— Белла? Что-то случилось?

— Просто зашла сказать, что иду на встречу с Джеймсом. Столько всего нужно объехать перед помолвкой.

— А, да-да. Хорошо вам провести время.

Однако Белла не спешила уходить, внимательно изучая лицо отца.

— Что-то стряслось? Вы неважно выглядите.

— Ох… Снова проблемы из-за Харриет.

И он рассказал дочери о письме из банка «Перилас Асети».

— Эти наглецы уже шлют напоминания. Мне нужно привезти Харриет в банк, но ума не приложу, как это провернуть.

Выслушав, Белла на мгновение задумалась, а затем усмехнулась:

— Отец, а так ли необходимо везти туда именно саму Харриет?

— В том-то и дело! Эти деревенщины совсем твердолобые! Я — сам виконт Листеруэлл, зачем им сдалась какая-то девчонка из побочной ветви?!

Джон аж побагровел от возмущения. Но Белла с улыбкой покачала головой:

— Я не о том. Откуда им знать, как выглядит Харриет?

— А?

— Они же её в глаза не видели. Наймите подходящую актрису, пусть выдаст себя за нее.

— Ого! А ведь и правда!

Джону показалось, будто у него спала пелена с глаз и в голове мгновенно прояснилось.

— Вся в отца!

— Но они тоже не дураки, так что черкануть подпись наспех, как я сделала в прошлый раз, уже не выйдет. Заставьте актрису отрепетировать подпись Харриет.

— А у нас разве есть бумаги с её подписью?

— У вас же остался документ о назначении опекуна. Вы ведь его не выбросили?

— Точно, он же у меня!

Воодушевленный Джон бросился к сейфу главы рода. На документе, составленном при оформлении опекунства, действительно красовалась подпись Харриет, подтверждающая её согласие.

— Отлично! То, что нужно!

— Вы ведь нашли выход благодаря мне?

— Еще бы! Не хочешь купить себе по пути еще одно красивое платье?

— Нет, мне нужно другое.

У Беллы была своя причина не упрекать недалекого отца, а любезно подсказать ему решение.

— Если благодаря моему совету вы заполучите земли в Периласе, перепишите часть на мое имя.

— А? Н-ну, это…

— Дядя подарил дочери такие угодья, неужели вы не можете выделить мне хотя бы долю?

Джон почувствовал на себе ледяной взгляд дочери. Хотя Белла и улыбалась, её намерения были далеки от добродушия. Впрочем, ссориться с дочерью, которой вскоре предстояло стать графиней, было не с руки.

— Ну что ты! Конечно. Как только получу земли в Периласе, отдам тебе половину.

— Спасибо, отец!

Только тогда улыбка Беллы вновь стала искренней и светлой.

Однако стоило ей выйти за дверь, помахав на прощание отцу, у которого словно гора с плеч свалилась, как улыбка мгновенно сползла с её лица.

До чего же он мелочный. Если уж даришь, то отдавай всё, зачем делить пополам?

В прошлый раз она не придала этому значения, посчитав выгодной сделкой даже пару сережек. Но если вдуматься, Харриет и в этом её обошла.

Как бы отец ни любил Беллу, он всегда искал выгоду для себя, тогда как дядя Артур оставил своей дочери огромное состояние безо всяких условий.

Возможно, эти земли были подарком Харриет на день рождения. Срок оформления передачи — двадцать пятое июня, а её день рождения — пятого июля.

Каково это — получить на двадцатидвухлетие поместье и угодья площадью сто шестьдесят пять гектаров? Знать, что до конца своих дней будешь жить припеваючи, нося титул владелицы Периласа...

На брачном рынке она произвела бы фурор. В наши дни размер приданого ценится куда больше титулов, и стоило бы разнестись слуху, что юная леди владеет таким состоянием, к Харриет выстроилась бы очередь из женихов.

Стань это реальностью, Белла бы слегла от злости и досады.

Ну да ладно. Харриет этот подарок всё равно не достался, так что неважно. Половина земли отойдет мне, значит, я победила.

Она обязана забрать хотя бы половину. Ведь Белла твердо решила отнять у Харриет всё.

Как только всё уладится с правами на землю, я обязательно сообщу тебе, Харриет. О том, чего еще ты лишилась из-за меня.

Представив, как Харриет будет бесноваться от несправедливости, Белла вновь радостно улыбнулась.

Она в очередной раз убедилась: сталкивать кузину в пропасть — самое веселое занятие на свете.