Онлайн чтение книги Ночь твоего обмана 너를 속이는 밤
1 - 25

— А-а-а! Ах! А-а-х! М-м!

Голова шла кругом, все чувства смешались, и казалось, что бешено пульсируют только те клетки, куда он проникал. Ей казалось, что она уже никогда не сможет вернуться к тому времени, когда не знала такого наслаждения. Когда Ю Джу, не зная, куда деть руки, начала беспорядочно хвататься за воздух, Сын Хан поймал ее запястья и закинул себе на шею.

Каждый раз, когда он с силой вбивался в нее, у нее вырывались стоны, похожие на крики. Словно мощных толчков бедрами ему было мало, он кусал губы Ю Джу, сосал ее грудь и вылизывал шею.

В его движениях, проникающих глубоко внутрь, не было никакой системы. Казалось, он двигается ритмично, но в итоге терял всякое спокойствие и контроль, действуя так, как ему вздумается.

Ю Джу это нравилось даже больше. Дрожа от напряжения и страха, не зная, куда он ударит в следующий момент, она широко раздвигала мокрые бедра, подстрекая его буйствовать еще сильнее.

Казалось, она растягивается до предела с каждым его проникновением, и внутри нее выжигается какое-то клеймо. Ее стенки, словно созданные специально под его размер и форму, судорожно сжимались, будто собирались намертво обхватить член До Сын Хана и никогда больше не отпускать.

Пусть на нем тоже отпечатается мой след.

Подбрасываемая в воздух силой его толчков, Ю Джу втайне желала этого.

— Помедленнее, чуть-чуть...

— Хорошо.

Соглашался он легко, а делал всё по-своему.

— А-а-х, слишком быстро! А-а-х!

Сын Хан вцепился в таз Ю Джу с такой силой, словно собирался его сломать, и двигал бедрами как сумасшедший. От того холодного, бесчувственного мужчины не осталось и следа.

Лишь увидев его жадные, изголодавшиеся движения, напоминающие пса, которого не кормили несколько дней, Ю Джу наконец-то испытала восторг. Она выпятила грудь, подставляя ему твердый сосок. И он, словно только этого и ждал, жадно всосал его.

Слишком развратно.

Линия губ До Сын Хана, впалые щеки, брови, искаженные возбуждением, — всё это было до безумия развратно. В ней вспыхнуло мелочное, собственническое желание: чтобы такое лицо этого мужчины видела только она.

Он то затягивал ее в бездонную пучину, то отпускал, а затем, словно не в силах вытерпеть и секунды, снова грубо врывался внутрь. С каждым его толчком Ю Джу захлестывал головокружительный оргазм.

— А-а-х...!

Бам. Бам. Бам. Боясь упасть с мужчины, который с невероятной скоростью вколачивал в нее свой член, Ю Джу крепко обхватила его руками и ногами.

Она почувствовала, как мышцы его спины туго натянулись и напряглись. Инстинктивно она поняла, что момент семяизвержения близок.

Сын Хан прижался губами к мочке ее уха, его дыхание было горячим как никогда.

— Кх-х.

Низкий стон, сопровождающийся короткой дрожью. Разливается горячее чувство. По телу пробежала дрожь.

Ю Джу обхватила его огромное, твердое тело и задрожала вместе с ним.

***

С невысоких холмов Чиндо, которые она так любила, море было видно как на ладони. Ю Джу любила стоять там и бесконечно смотреть на яростно бушующие волны.

Она мечтала об огромном цунами, которое могло бы поглотить ее, превратить в мелкую морскую пену и заставить бесследно исчезнуть.

Наверное, если бы меня накрыло цунами, я бы чувствовала именно это.

Волны, что накатывали и сметали всё на своем пути, раз за разом возносили ее, бессильно покачивающуюся, на самую вершину. Перед глазами всё рассыпалось белым светом. Ах... Каждый раз, когда она, застонав как в бреду, прикусывала губу, по вискам скатывались слезы.

И даже это она поняла только после того, как открыла глаза.

— ...

Сквозь широко раздвинутые шторы в комнату лился яркий свет. Когда она, щурясь от бьющего в глаза солнца, растерянно приподнялась на кровати...

Она была в постели одна, а на глазах засохли слезы.

7.            Обслуживание номеров (Room Service)

Щелк. Она открыла дверь. Откуда-то издалека донеслись голоса.

Она думала, что осталась в номере одна, поэтому немного удивилась. Пройдя по длинному коридору, она оказалась в пространстве, напоминающем гостиную.

Хоть она и провела здесь ночь, номер отеля она внимательно рассматривала впервые. Прошлой ночью ей было явно не до осмотра интерьеров.

В отличие от обычных гостиничных номеров, здесь повсюду виднелись картины, предметы искусства и роскошная мебель, похожие на личную коллекцию. Ю Джу тихо остановилась в конце длинного коридора.

Сын Хан сидел на диване, залитом длинными лучами солнца, и разговаривал по телефону. На его небрежно закинутой ноге танцевали тени от тонких льняных штор. Это была живописная сцена, на которую любой бы засмотрелся, открыв рот.

Ю Джу медленно подошла к нему, чувствуя себя немного растерянной и одновременно ошеломленной. Почувствовав ее приближение, он лениво перевел взгляд и посмотрел на нее.

От того мужчины, который прошлой ночью казался лишенным рассудка, не осталось и следа. Одетый безупречно, как и всегда, он выглядел так, словно сидел посреди конференц-зала — и это было бы совершенно естественно.

Закончив разговор, он с недоуменным видом окинул Ю Джу взглядом с ног до головы.

— Ты снова надела эти мокрые тряпки?

Как он и сказал, натягивать на себя насквозь промокшую одежду было донельзя неприятно. Пролежав всю ночь на полу в ванной, как мокрая половая тряпка, одежда не могла высохнуть сама по себе, даже когда наступило утро. От скомканной одежды сильно разило хлоркой из бассейна, что вызывало тошноту, но выбора у нее не было.

Под кроватью валялась белая рубашка — видимо, та самая, которую он снял. Ю Джу на мгновение задумалась, не накинуть ли ее, но передумала. Уж лучше выглядеть немного странно в мокрой одежде, чем разгуливать по отелю в мужской рубашке, привлекая к себе лишнее внимание.

— У меня больше нет одежды.

Ю Джу произнесла это, демонстративно приподняв подол, с которого свисали нитки, так как он оторвал все пуговицы.

— Я распорядился, чтобы сюда принесли несколько вещей, так что иди и выбери что-нибудь. Не ходи в таком виде.

Он кивнул в сторону гардеробной.

— Заодно с моими вещами попросил принести пару комплектов для тебя. Понятно, что сейчас не до выбора по вкусу, но я просил что-то похожее на то, что на тебе было, так что, думаю, найдешь что-то подходящее.

Ю Джу молча смотрела на мужчину, который говорил об этом совершенно будничным тоном. Ему что, вообще всё равно?

Она не думала, что после того, как они просто переспали, небо рухнет на землю или их отношения кардинально изменятся. Но его поведение — то, как он вел себя так невозмутимо, словно ничего не произошло, — было слишком естественным. Как будто такое утро было для него привычной рутиной.

Конечно, Ю Джу и сама была готова списать всё на пустяк. Подумаешь, какой-то там секс на одну ночь.

Если быть точной, назвать это словом «какой-то» было сложно: он брал ее слишком жадно, исследуя каждый сантиметр ее тела до такой степени, что это казалось чрезмерным. В самом-самом конце, когда Ю Джу была уже на грани обморока, он всё равно не размыкал их плотно сплетенные тела.

Но каким бы сексуальным маньяком он ни был прошлой ночью, взошло солнце, и ночь закончилась. Раз До Сын Хан снова нацепил свою безупречную социальную маску, то всё это больше не имело значения.

Ничего не изменилось. Он по-прежнему ей неприятен и бесит, но... оставался один невыясненный вопрос.

— С одеждой я сама разберусь. Меня больше волнует прошлая ночь...

Ю Джу тщательно подбирала слова. Не слишком откровенно, избегая по возможности грубых терминов.

— Когда вы... кончали... Вы сделали это наружу?

На мгновение повисла неловкая тишина.

На секунду ей показалось, что она спросила зря, но лучше пережить минутный стыд, чем терзаться сомнениями и тревогой в одиночестве.

Лицо мужчины, спокойно смотрящего на нее, неуловимо менялось каждую секунду. Словно услышав что-то неожиданное, он слегка приподнял бровь, а затем снова вернулся к бесстрастному выражению. На холодной, прямой линии губ не было ни следа эмоций.

— Не понимаю, зачем ты спрашиваешь, если и так знаешь.

Тихо пробормотал он. Заметив, как на его гладкой щеке появилась легкая, привлекательная ямочка, она поняла, что эта ситуация кажется ему абсурдной, но в то же время забавной.

Вдруг ей показалось, что прошлой ночью она уже видела у него такое выражение лица, но при каком именно разговоре — вспомнить не могла, всё было как в тумане. Воспоминания рассыпались на осколки и перемешались, а в памяти всплывали лишь головокружительные ощущения тех моментов, когда она была в его объятиях.

— Ты же знаешь, что я кончил внутрь.

Холодно произнес он, словно делая контрольный выстрел.

В этот момент краской стыда и отчаяния залилась только Ю Джу, Сын Хан же оставался абсолютно спокоен.

Она специально использовала более-менее пристойное слово «семяизвержение/кончали», но его ответ был настолько грубым и прямым, что у нее запылала шея. Ю Джу, ошеломленно приоткрыв рот, попыталась что-то сказать, но лишь нервно сглотнула.

Да. Наверное... Нет, на самом деле она знала. Просто, видимо, хотела верить, что это не так. Что она была пьяна и просто не разглядела. Проще было игнорировать затуманенные, смутные воспоминания.

От секса, начавшегося в ванной и закончившегося в спальне... до тех моментов, когда он бесчисленное количество раз крепко обнимал ее, словно собираясь раздавить, его спина напрягалась, а Ю Джу содрогалась от обжигающего чувства, разливающегося внутри нее, как выходящая из берегов река.

Порочное лицо мужчины, стонущего от удовлетворения, как сытый зверь, изливая в нее свои следы, смутно отпечаталось даже в ее одурманенном алкоголем мозгу.

И всё же она продолжала отрицать это. Даже после того, как своими глазами увидела пустое мусорное ведро у кровати, она всё равно перевернула ведро в ванной в поисках использованного презерватива. И даже этого ей показалось мало, поэтому она заглянула даже под одеяло.

Используя перемешанные осколки воспоминаний как оправдание, возможно, она хотела уличить его в том, что он сдался. Когда она проснулась одна в остывшей постели, засохшие белесые следы страсти на ее бедрах казались ей доказательством того, что этот мужчина в конце концов пал на колени перед наслаждением.

— Я даже вытащил всё пальцами потом, не помнишь? Тебе очень нравилось.