Онлайн чтение книги Ночь твоего обмана 너를 속이는 밤
1 - 44

11.      Инверсия

— Ю Джу-я.

Сладкий голос прилип к барабанным перепонкам, как мед. Она попыталась поднять отяжелевшие веки, но они почти не слушались.

Показалось, что потоки воздуха вокруг нее неуловимо изменились. Знакомый запах парфюма закружился у самого носа.

Ю Джу, всё еще с закрытыми глазами, невольно вздрогнула. Она почувствовала руку, которая мягко расчесывала и поправляла ее волосы.

— Я пошел.

Сын Хан, коротко поцеловав ее в лоб, тихо прошептал. От лба к переносице, а затем к пространству над верхней губой — он легко прижался губами и отстранился. Это был жест, больше похожий на заботливое прощание, чем на поцелуй с сексуальным подтекстом.

К чему это, вам вообще не идет.

Ю Джу съязвила лишь мысленно. На деле у нее не было сил даже пошевелить губами. Она лишь с трудом приоткрыла тяжелые веки. Спальня всё еще была погружена в глубокую темноту.

Секс, начавшийся на диване и перешедший почти в драку, закончился в спальне, когда луна уже полностью скрылась. Они грязно кувыркались до самого рассвета, пока она не уснула, словно провалившись в обморок. Она и сейчас едва могла открыть глаза, а этот неутомимый мужчина уже как ни в чем не бывало встал и, судя по всему, был полностью готов к выходу на работу.

Более того, судя по тому, что он даже тихо напевал себе под нос, настроение у него было просто отличным. Видимо, секс после долгого перерыва пришелся ему по вкусу. Ю Джу скосила глаза на мужа, чей силуэт едва угадывался в окружающей темноте.

Силуэт в темно-сером кашемировом пальто поверх черного костюма.

— Спи еще.

Огромная ладонь закрыла Ю Джу глаза. От его руки исходил приятный аромат. Сын Хан натянул одеяло ей до самого подбородка и широким шагом вышел из комнаты.

Щелк. Дверь закрылась. Спальня снова погрузилась в кромешную тьму.

Который сейчас час?

Наверное, как всегда, покинул спальню ровно в 5:35 утра. Ну и выносливость у этого человека. Накатила непреодолимая сонливость, и сознание снова начало уплывать.

Словно отпустив веревку, за которую она из последних сил держалась, Ю Джу мгновенно провалилась в сон. В очень-очень глубокий сон.

***

Когда она снова открыла глаза, солнечные лучи, пробивающиеся из-под штор, чертили на полу косые линии. Ю Джу лежала в постели, глядя в потолок, и медленно моргала. Всё, что произошло вчера, казалось сном.

Не верилось, что после такого шумного скандала она так безмятежно валяется в постели до самого полудня. Как будто вообще ничего не произошло.

Ю Джу медленно приподнялась. Кости и мышцы пронзила ноющая боль, словно ее всё тело отбили палками. Она неловко встала и подождала, пока тупая боль немного утихнет. Привычка — страшная вещь: даже в таком состоянии ее руки сами потянулись расправлять одеяло на кровати.

Осознание этого факта внезапно вызвало в ней странный дух бунтарства. Ю Джу снова раскидала и скомкала постель, которую только что сама же аккуратно заправила.

Это было детское, нелепое поведение, достойное обиженного ребенка, но оно принесло странное чувство удовлетворения. Неряшливо скомканное на кровати одеяло — это определенно то зрелище, которое До Сын Хану бы очень не понравилось.

Тяжело дыша, Ю Джу смотрела на устроенный ею бардак, но вскоре почувствовала лишь пустоту. Оставив кровать в таком виде, она устало поплелась вон из спальни.

Спустившись на первый этаж, в отличие от безлюдного второго, она услышала тихое шуршание. Ю Джу направилась в сторону кухни, откуда доносились звуки.

— Вы проснулись?

Домработница, стоявшая у плиты, встретила Ю Джу с радостным лицом.

— Директор сказал, что госпожа, наверное, будет без сил, поэтому я купила живого осьминога, мелко порубила и сварила кашу. Садитесь скорее. Я сейчас же всё накрою.

Отложив половник, которым она мешала в кастрюле, женщина начала суетливо метаться по кухне, накрывая на стол.

Ю Джу не знала, что именно наговорил ей этот мужчина, До Сын Хан, но, вспомнив, чем они занимались в этом доме вчера, ее лицо мгновенно залилось краской. Не подозревая об этом, домработница, быстро расставившая на столе кашу и различные закуски, подвела нерешительно стоящую Ю Джу к стулу и усадила ее.

— Ешьте скорее, пока горячее.

До этого момента она даже не чувствовала голода, но стоило аппетитному запаху каши коснуться ее обоняния, как желудок тут же свело от голода. Это было естественно, ведь со вчерашнего завтрака в главном доме у бабушки с дедушкой она не съела ни крошки. Если уж считать, то всё, что попало ей в рот за это время — это пара капель спермы, которую она случайно проглотила, когда сосала член мужа посреди ночи.

— Директор в последнее время так за вас переживает. Да и вообще, стоит ему только на госпожу посмотреть — у него из глаз аж мед капает. Вы двое и правда как молодожены, самые настоящие молодожены.

Домработница, придвигая к ней тарелочки с закусками, бросила быстрый взгляд на побледневшее лицо Ю Джу и добродушно затараторила. Ю Джу молча напрягла дрогнувшие уголки губ.

Из глаз До Сын Хана капает мед?

Ей отчаянно хотелось возразить на это нелепое заявление, но не было нужды поднимать эту тему перед прислугой. Казалось, за те несколько лет, что домработница проработала в этом доме, она была настолько ослеплена лицемерными манерами До Сын Хана, что уже полностью потеряла способность адекватно его оценивать.

— Он и раньше всегда был вежливым и заботливым даже с нами, прислугой, но всё равно чувствовалась какая-то невидимая стена. Я работаю в этом доме уже несколько лет, но мне до сих пор очень тяжело общаться с директором.

Ю Джу едва заметно улыбнулась в знак согласия. Если даже ей, делящей с ним одну постель, тяжело с этим мужчиной, то что уж говорить о других.

— Что бы я ни делала по дому, он всегда говорит, что всё хорошо. Но мы же понимаем, что это просто слова. Нам, работникам, было бы намного проще, если бы он прямо говорил, как именно ему нужно. Ведь в таком хорошем месте хочется работать долго.

— ...

— Но, кажется, он из тех людей, кто молчит до поры до времени, а если перейдешь установленную им черту — становится безжалостным. Из-за этого я всегда чувствовала себя еще более тревожно, постоянно оглядывалась, не сделала ли что не так. Работа здесь была похожа на ходьбу по тонкому льду на цыпочках...

Домработница, бормотавшая это, наливая в стакан теплый ячменный чай, вдруг спохватилась и поспешно сменила тон. Видимо, испугалась, что ее слова могут быть восприняты как жалоба на хозяина дома.

— Но в последнее время здесь стало так хорошо, наконец-то чувствуется, что в доме живут люди. Вся прислуга об этом говорит. С тех пор как появилась госпожа, атмосфера стала намного мягче.

— Спасибо. Я с удовольствием поем.

Ю Джу произнесла дежурную благодарность и опустила глаза. Это была своего рода социальная лесть, чтобы поднять настроение жене работодателя. Ее явные старания были очевидны. Ю Джу не хотелось ни возражать, ни усмехаться про себя.

— Тогда я буду в гостиной. Если что-то понадобится — зовите.

Заботливо капнув кунжутного масла в тарелку с кашей и перемешав ее, домработница оставила Ю Джу одну и вышла из столовой.

Понимая, что это было сделано для того, чтобы она могла спокойно поесть, Ю Джу тихо вздохнула и взяла ложку. Рисовая каша, щедро приправленная мелко нарубленным осьминогом, блестела и источала густой аромат кунжутного масла.

Она слегка поскребла ложкой по остывшей поверхности и зачерпнула с горкой. В тот момент, когда она уже собиралась отправить ложку в рот, зазвонил телефон. Ю Джу, застыв с полуоткрытым ртом, скосила глаза на экран телефона, лежащего на столе.

Звонящий: Муж

От странного чувства, словно всё внутри рухнуло вниз, Ю Джу слегка нахмурилась. До Сын Хан по своей природе был не из тех мужчин, которые названивают по пустякам в разгар рабочего дня. Настолько, что слово «Муж», высветившееся на экране, казалось жутко чужим.

Ю Джу положила телефон экраном вниз и отправила полную ложку каши в рот. Густой, насыщенный вкус разлился по языку. Внешне она ела с абсолютно спокойным лицом, но сердце начало бешено колотиться. Кончики пальцев нервно задрожали.

То, что Сын Хан сам позвонил ей — это уже было редкостью, но то, что она не ответила на его звонок — такое случилось впервые. В груди всё трепетало, словно она совершила какое-то ужасное преступление. Тем не менее, она упрямо проигнорировала звонок и продолжила орудовать ложкой.

Вскоре звонок оборвался, и телефон замолчал. Неизвестно, какая муха его укусила позвонить, но этот высокомерный мужчина никогда не перезванивал дважды. Ю Джу, мысленно усмехаясь над его коротким терпением и заносчивой натурой, медленно доедала кашу.

Закончив трапезу, она встала, взяв пустую посуду. Она подошла к раковине, но вовремя появившаяся домработница аккуратно оттеснила Ю Джу бедром и выпроводила ее с кухни.

— Ой, оставьте это мне. Идите, госпожа, отдыхайте.

Ю Джу, которую буквально выгнали в гостиную, не успела сесть на диван, как телефон зазвонил снова, словно только этого и ждал. Тайминг был настолько идеальным, что она невольно вздрогнула и посмотрела на экран. В этот раз пришло сообщение.

[Проснулась?]

Ю Джу еще раз проверила имя отправителя.

С каких это пор он начал заниматься такой ерундой, как проверка времени пробуждения жены? Непонятно, к чему всё это. Мужчина, который прошлой ночью вел себя так жестоко, вдруг как ни в чем не бывало, или даже наоборот, с небывалой доселе нежностью разыгрывал из себя заботливого мужа. Это было и лицемерно, и просто нелепо.