— Ха, вы точно с ума сошли.
Несмотря на ошарашенное бормотание Ю Джу, Сын Хан потянулся вперед. Он нажал на какую-то кнопку, и спинка пассажирского сиденья резко откинулась назад. Судя по всему, его слова про секс в машине были не просто шутливой угрозой, а абсолютно серьезным намерением.
— Если подумать, я же для тебя старший сокурсник по университету. Назови меня сонбэ.
— Сын Хан-сси, когда вы вообще выпустились? Какой еще сонбэ! Отойдите же, ну правда.
— Назови меня так всего один раз. Сонбэ. У меня член сейчас разорвется, и если ты, Ю Джу-я, назовешь меня сонбэ, я могу кончить прямо так, от одних только твоих слов.
— Что вы такое говорите?
Ю Джу широко распахнула глаза и тут же опустила взгляд. И когда он только успел так вскочить — яростно эрегированный член выдавал свое огромное присутствие сквозь ткань брюк.
Содрогнувшись, Ю Джу спросила:
— Нет, ну почему. Из-за чего он так встал?
— Как ни посмотри, это просто возмутительно. Сколько еще таких сопляков крутилось вокруг тебя, пока твой муж не видел?
— Крутилось? Никого не было. Если вы про тех студентов, то староста просто хотел передать объявление...
— Ю Джу-я, ты совершенно себя не знаешь.
Сын Хан издал беспомощный смешок и ласково убрал прилипшие ко лбу Ю Джу тонкие волоски.
— Когда я не вижу тебя перед собой, я схожу с ума от тревоги и нетерпения, словно оставил ребенка у воды. Всё время думаю: какие еще ублюдки, пуская слюни, жадно ищут малейшую возможность, чтобы подобраться к тебе.
— Звучит как синдром Отелло.
— Именно. Иногда мне хочется просто уменьшить тебя, положить в карман и носить с собой весь день.
— А вот это звучит даже немного романтично.
— Тогда как тебе такое.
Сын Хан взял руку Ю Джу и положил её на свой пенис, который уже до предела натягивал ткань брюк. Член, стоявший абсолютно вертикально, стоило её руке коснуться его, стал еще объемнее и яростно дернулся. Ошарашенная этой пугающей мощью, Ю Джу потеряла дар речи:
— Ох...
— Романтично?
— Еще чего. Встает где попало, посреди улицы, сплошное бесстыдство. Уберите его. Мне страшно, вдруг кто-нибудь увидит.
— Я же сказал, никто не увидит. Даже если найдется какой-нибудь сумасшедший, который прижмется носом к стеклу, стоит мне лечь на тебя — и тебя вообще не будет видно.
— Вы серьезно?
— Разве можно симулировать стояк?
Конечно, твердость ствола, заполнившего её ладонь, была такой, что её невозможно было подделать никаким притворством. Закусив губу и глядя на контур пениса, который, казалось, вот-вот прорвет брюки, Ю Джу прищурилась и посмотрела на мужа с подозрением:
— Но откуда вы знаете такие глухие места? Когда учились, тоже занимались здесь таким с другими девушками? Вот так же соблазняли их заняться этим в машине?
Сын Хан замер, словно от внезапной атаки. Ю Джу, округлив глаза, продолжала наступать:
— Выглядите таким правильным, будто только и делали, что учились, а на самом деле тот еще бабник.
Перед их первой свадьбой бабушка и дедушка Сын Хана как-то усадили её перед собой и долго жаловались, что их старший внук помешан только на работе и совершенно не интересуется женщинами, отчего они за него переживали.
«Неужели я и правда его первая женщина?» — хоть это и казалось немыслимым, она слышала об этом так часто, что сама того не замечая начала подсознательно верить, будто до неё у него никого не было.
Какой смысл копаться в том, что происходило в далеком прошлом, когда они даже не знали друг друга, но почему же сейчас она чувствовала себя такой преданной?
От мысли о том, что он так же, как и на нее, нежно смотрел кому-то в глаза, гладил по щеке, целовал и сплетался телами, внутри всё закипело, словно она проглотила раскаленные угли.
Она понимала, что это глупо, но ничего не могла с собой поделать. Ей было до безумия противно. Ю Джу тяжело, прерывисто задышала от злости.
Сын Хан, молча наблюдавший за ней, вдруг низко опустил голову. Не понимая, что с ним, она присмотрелась и увидела, как его широкая спина и плечи вздрагивают.
Он так сильно сдерживал смех, что на его висках вздулись и пульсировали вены. Увидев это, ей стало еще обиднее. Вспылив, Ю Джу бросила ледяным тоном:
— Почему вы смеетесь? Мне вот вообще не смешно.
Только тогда Сын Хан поднял голову. Долго глядя ей в глаза с выражением лица, готовым вот-вот взорваться смехом, он произнес:
— Потому что ты, Ю Джу-я, впервые приревновала.
— ...
— Ты сама напридумывала моё прошлое и ревнуешь, а я сейчас едва сдержался, чтобы не кончить.
Судя по всему, его слова о том, что он едва не кончил, были чистой правдой. На ткани брюк, там, где выпирала верхушка толстого ствола, в районе головки расплылось темное влажное пятно.
— Но Ю Джу-я, что же делать. Ты у меня во всем была первой.
— ...Правда?
— У меня нет привычки тыкать хуем в кого попало. Ты же знаешь, я довольно брезглив.
Она знала, что её муж не бросает слов на ветер. Взгляд Ю Джу начал постепенно смягчаться.
— Так что давай проясним. Единственный человек в мире, кто превратил меня в испорченного ублюдка, у которого член встает где попало и когда попало, — это ты, и только ты.
— ...
— И я считаю, что вся ответственность за это лежит исключительно на тебе.
Взгляд Сын Хана, до этого неотрывно смотревший ей в глаза, внезапно опустился к её приоткрытым губам. Она увидела, как он, словно предвкушая лакомство, медленно обвел языком контур своих красивых губ.
Как у мужчины может быть такое порочное лицо.
Между ними не было ни единого касания, но она почувствовала, как внизу живота разгорается пламя. Ю Джу задышала всё быстрее и быстрее, словно забыв, как это делается.
— Вот я и несу ответственность.
В конце концов Ю Джу сама потянулась к нему. Обвив руками твердую шею Сын Хана и потянув на себя, она почувствовала, как его огромное тело легко подалось вперед, словно в этом жесте была скрыта невероятная сила.
Ловким движением перебравшись на пассажирское сиденье, он тяжело навис над ней, накрывая её собой. Привычная тяжесть. Жар, скопившийся внизу живота, разом ударил по всем внутренностям, словно от взрыва.
Ю Джу шумно выдохнула. Её торопливые руки вслепую заскользили по его телу, нащупывая пах брюк. Перехватив её руку, Сын Хан посмотрел на неё с искренним удивлением:
— Ты правда хочешь, чтобы я вошел прямо здесь?
— Вы же сами сказали, что он у вас сейчас взорвется.
Для прежней Ю Джу секс в машине, припаркованной посреди кампуса, был бы немыслимым безумием, но сейчас её затуманенный разум был одновременно пьяным и кристально ясным. Охваченное жаром тело требовало Сын Хана прямо здесь и сейчас.
— На самом деле... я тоже промокла. Я хочу тебя. Из-за вас мне кажется, что я сама стала ненормальной.
Поцеловав Ю Джу в переносицу, пока она издавала обреченный вздох, Сын Хан тихо усмехнулся:
— Мы муж и жена, вот и становимся похожими.
— Ха-а...
Задрав юбку Ю Джу, Сын Хан одним движением сдвинул её трусики в сторону. Внезапно обнаженную плоть обдало прохладным воздухом с улицы. Она почувствовала, как его пальцы скользнули вниз, проверяя, насколько сильно она промокла.
Стоило его пальцам коснуться пылающей вульвы, как вход во влагалище жадно сжался, исторгая из себя потоки смазки. Сгорая от стыда, Ю Джу уткнулась лицом ему в шею и тихо прошептала:
— Просто вставьте его сразу.
— Настолько сильно хотела заглотить член мужа? Я ведь тебя даже не вылизывал, откуда тут такой потоп, Ю Джу-я?
— Это всё из-за вас.
Когда Ю Джу смущенно зыркнула на него, Сын Хан, хихикая как озорной мальчишка, расстегнул ремень. Щелк, — раздался металлический звук, и Ю Джу с тревогой покосилась в окно.
Как он и говорил, вокруг не было ни души, но это всё равно была улица, где в любой момент мог кто-нибудь появиться. Солнце еще даже не начало садиться, и сквозь колышущиеся ветви ивы в салон пробивались яркие лучи света.
Сидеть с широко раздвинутыми ногами в машине, тайно припаркованной посреди кампуса, выставив наружу самое сокровенное место в ожидании члена своего мужа. Эта головокружительно аморальная ситуация пугала, заставляла нервничать, но в то же время возбуждала до извращенного предела.
Его огромная рука тяжело легла на тяжело вздымающийся низ живота Ю Джу, фиксируя его. Сын Хан приставил раскаленную головку ко входу во влагалище и медленно толкнулся бедрами.
Хлюп. Влажные половые губы послушно разошлись под напором тупой головки со звуком сминающейся слизистой. Ю Джу слегка приподняла бедра, чтобы ему было легче войти, и закусила губу от ощущения объема, заполняющего её изнутри.
Ах.
Словно идеально подобранный ключ к замку, его член грубо раздвинул внутренние стенки и занял свое место глубоко внутри. Одним лишь проникновением он бросил Ю Джу на вершину ослепительного оргазма. Жар пульсирующего внутри пениса, казалось, плавил всю её плоть.
— Ха-а, я начинаю двигаться.
Сын Хан, кожей чувствовавший возбуждение жены, тоже окончательно потерял остатки разума. Словно отбросив все тормоза, он начал яростно вколачивать бедра.
С глухим влажным звуком пенис вбился в самую глубину, и с её губ сорвался стон, похожий на вскрик. Тело Ю Джу, крепко вцепившейся в спину мужа, взмывало вверх, словно на волнах.
Огромный кузов черного внедорожника, припаркованного под ивой, начал неистово раскачиваться. И это продолжалось очень долго и невероятно яростно — вплоть до того момента, пока дневной свет, пробивающийся сквозь зеленую листву, не сменился багровым закатом.
