— А-ба-ба-ба.
На видео Юн Джун, лепеча что-то непонятное, лучезарно улыбался. На губах Ю Джу, смотревшей видео в телефоне, тоже заиграла мягкая улыбка.
С перемазанным детским пюре ртом, Юн Джун открывал и закрывал ротик, словно птенец, требуя добавки. Ему только-только исполнилось десять месяцев, но он уже значительно обгонял в росте своих сверстников, очаровывая пухлыми щечками.
Младший брат мужа, Джин Хан, глядя на племянника, говорил, что это всё гены его крупного папаши. Впрочем, дочь самого Джин Хана, Чи Мин, тоже выделялась ростом — она была на целую фалангу пальца выше детей своего возраста.
Глядя на братьев Сын Хана и Джин Хана, чей рост переваливал за сто девяносто сантиметров, становилось ясно: у семьи До просто исключительная генетика. Няня, ухаживавшая за Юн Джуном с самого рождения, не переставала нахваливать этого спокойного малыша, растущего не по дням, а по часам, повторяя, что впервые видит ребенка, который так хорошо ест, спит и улыбается.
С легким сожалением оторвавшись от видео, присланного няней, Ю Джу заблокировала экран телефона. Стоило ей поднять голову, как перед глазами закружились лепестки сакуры. В апреле кампус университета утопал в цветущих деревьях и был невероятно красив.
В марте Ю Джу стала студенткой факультета английской литературы Университета Хангук. Учиться в университете было ее давней мечтой, но до сих пор она просто не решалась за это взяться.
Она вышла замуж за необычного мужчину, да и сама история их двойного бракосочетания была далека от обычной, поэтому Ю Джу всегда вела себя осторожно. Избегала лишних выходов из дома и старалась не привлекать к себе внимания, но это не доставляло ей никаких неудобств.
У нее было всё необходимое, она ни в чем не нуждалась. Рядом были идеальный муж и любимый сын. И всё же Сын Хан прекрасно знал о давней мечте, которую Ю Джу прятала в глубине души.
«Ю Джу, ты можешь жить так, как тебе хочется, и делать то, что любишь. Забыла, что я говорил, когда уговаривал тебя выйти за меня? Тебе не нужно ничем жертвовать только потому, что ты стала моей женой».
Публике было известно лишь то, что он официально женился во второй раз. Ю Джу знала, что Сын Хан жестко контролирует прессу, чтобы никакая информация о ней не просочилась наружу.
По документам его первая и вторая жены были абсолютно разными женщинами. О том, что они невероятно похожи внешне и на самом деле являются одним и тем же человеком, знал лишь крайне узкий круг лиц.
В такой ситуации спокойно учиться и ходить в университет казалось ей чем-то немыслимым.
«Устранять помехи, которые доставляют тебе дискомфорт — это моя забота, так что не забивай себе голову. Твой муж не настолько бесполезен, Ю Джу-я».
Сын Хан даже притворялся обиженным, настойчиво подталкивая её к этому шагу. Можно сказать, она начала готовиться к экзаменам наполовину из-за его уговоров — настолько активно он её поддерживал. Она сдавала вступительные с мыслью: «Да вряд ли я поступлю», но неожиданно для самой себя прошла.
Так Ю Джу, всё ещё не веря происходящему, стала студенткой. Пусть её к этому и подтолкнули, в конце концов, волнение от исполнения давней мечты переполняло сердце. Нельзя было отрицать, что мрачный груз прошлого, долгие годы давивший на душу, наконец-то рассеялся.
Прижимая к груди тяжелые учебники, Ю Джу шла к корпусу гуманитарных наук. Вдоль дорожек мирно покачивались длинные ветви ив.
Кампус Университета Хангук славился своей красотой. Говорили, что в разгар весны, когда пышно цветет сакура, сюда и в будни, и в выходные стекаются толпы посторонних, чтобы полюбоваться цветением.
«Вот бы посадить Юн Джуна в коляску и погулять здесь втроем вместе с Сын Ханом».
Ю Джу тихонько усмехнулась своим несбыточным фантазиям.
Похоже, поступив в университет, она совсем расслабилась и потеряла бдительность. Если Сын Хан, чьё лицо прекрасно известно прессе, появится в кампусе, им придётся переживать о том, как бы не попасть в вечерние новости.
Зайдя в корпус и оставив книги в шкафчике, Ю Джу снова вышла на улицу. После занятий ей всегда хотелось как можно скорее вернуться домой к Юн Джуну, поэтому она невольно ускоряла шаг.
Бросив взгляд на наручные часы, она поняла, что время встречи с водителем уже на подходе. Ю Джу недавно получила права, но из-за нехватки опыта пока не решалась ездить на учебу сама.
Сын Хан умудрялся выкраивать время в своем безумном графике, чтобы лично учить её водить. Во время уроков он ни разу не повысил на неё голос, но при этом жестко заявлял, что ей еще бесконечно далеко до самостоятельных поездок.
«Зачем тогда было дарить машину сразу после получения прав?» — логику мужа порой было совершенно невозможно понять. Как бы то ни было, Ю Джу и сама соглашалась, что ездить в университет за рулем ей пока рано. Однако по поводу того, как именно ей добираться, у них возникли серьезные разногласия.
Путь от особняка в Пуам-доне до университета занимал около часа с пересадкой на метро и автобусе. Для студента, не снимающего жилье прямо у кампуса, ездить на общественном транспорте было абсолютно нормальным делом.
Но для Сын Хана мысль о том, что его жена целый час будет блуждать одна, делая пересадки в метро и автобусах, была просто невыносима. Разминая шею, словно у него сводило затылок от одной только этой картины, он категорично приставил к Ю Джу личного водителя.
Ю Джу совершенно не хотелось привлекать к себе лишнее внимание, приезжая на учебу на черном представительском авто с личным шофером, поэтому они с Сын Ханом сошлись на компромиссе: водитель будет ждать её за пределами кампуса.
Местом встречи был перекресток недалеко от задних ворот, к которым вела дорожка мимо библиотеки. От гуманитарного корпуса туда нужно было быстро идти около десяти минут.
Ю Джу как раз проходила мимо библиотеки, поглядывая на часы. Двое студентов, стоявших у главного входа, заметили её и нерешительно подошли.
— Здравствуйте. Вы же Ко Ю Джу... с факультета английской литературы?
Парень с осветленными каштановыми волосами, уложенными воском, приветливо улыбнулся. Видимо, не зная, как к ней лучше обратиться, он скомкал обращение и представился старостой курса их факультета.
— У нас почти все профильные пары совпадают, помните меня?
Ю Джу внимательно посмотрела на парня с довольно непримечательной внешностью.
— А, здравствуйте.
Честно говоря, если бы он не заговорил с ней, она бы прошла мимо, даже не узнав. Но, присмотревшись, она припомнила, что вроде бы мельком видела его в аудитории.
Парень, назвавшийся старостой, всегда ходил в компании других студентов, поэтому они никак не пересекались. Будучи студенткой, поступившей намного позже остальных, Ю Джу приходила только на лекции и не участвовала во внеучебной жизни, поэтому в университете у нее вообще не было знакомых.
— Эм, можно называть вас нуной? Я знаю, что вы старше нас. Как староста, я мог одним глазком глянуть на возраст в списке студентов.
Ю Джу была лет на десять старше этих двадцатилетних ребят. «Разве и без списков не видно, что я старше?» Слегка озадаченная, Ю Джу просто кивнула:
— Да, конечно.
— Нуна, можете говорить со мной на «ты»! Я поступил только с третьей попытки, так что мне двадцать два. Перед поступлением переживал, что буду самым старым, но оказалось, что таких, как мы, поступивших позже, довольно много. Меня это прям успокаивает.
— А-а, понятно.
Ю Джу неловко улыбнулась. Видимо, должность старосты обязывала быть невероятно общительным. Второй студент, с волосами до ушей, ткнул старосту в бок. Тот вздрогнул и наконец перешел к сути:
— Вообще, я сегодня подошел не только для того, чтобы познакомиться, но и чтобы передать объявление от факультета. Можно было, конечно, просто скинуть смску, но это как-то невежливо по отношению к однокурснице, да? Решил, что лучше сказать лично, вот и ждал. Я заметил, что после пар вы всегда ходите этой дорогой.
— Смска бы вполне подошла. Так что за объявление?
— Наш факультет едет на MT. Для первокурсников явка обязательна. Взнос — восемьдесят тысяч вон. Едем с ночевкой, и я уже всю голову сломал, пытаясь уложиться в наш скромный бюджет, ха-ха.
Староста беззаботно рассмеялся. Обязательная явка на факультетскую поездку с ночевкой звучала довольно абсурдно. Из вежливости Ю Джу сделала вид, что задумалась на секунду, а затем с виноватым лицом ответила:
— Боюсь, я не смогу поехать.
— Правда? Я же даже даты еще не назвал, могли бы хоть для вида подольше подумать.
Лицо старосты вытянулось от разочарования. Он напряг ноздри, а кончики его густых, жестких бровей жалобно опустились.
— Я специально подгадал даты после промежуточных экзаменов, чтобы поехали вообще все. Нуна, я смотрю, вы всё время одна ходите, как аутсайдер. Но возраст — это же не повод быть одиночкой. Поехали бы на MT, завели друзей, было бы здорово.
С искренним сочувствием на лице староста продолжал:
— Так и конспекты прошлых лет проще достать, и учиться легче. Если бы вы общались с остальными, наверняка были бы очень популярны. Мне просто не по себе от того, что вы всё время одна. Ну поехали с нами, а?
Ю Джу, натянув вежливую улыбку на застывшие от неловкости губы, произнесла:
— Мне вполне комфортно ходить одной. К тому же...
— Да нет же, послушайте...
Староста, не желая принимать её вежливый отказ, снова перебил её. И в этот самый момент глубокий, низкий голос, словно эхо из пещеры, ледяным тоном разрезал пространство:
— Дорогая.
