Юнь Лин, казалось, не слышала его насмешки.

— Эта служанка занята тем, что берёт на себя дела Шести ведомств, — всё для Вашего Высочества, чтобы я могла лучше управлять делами внутреннего дворца и успокоить Ваше Высочество. Хотя я была поглощена изучением внутренних механизмов, я постоянно думала о Вашем Высочестве.

— И сегодня Вы как раз наставляете меня — как же удачно! — она, казалось, не понимала его намёка.

Глядя на человека за столом, который не проявлял никакой реакции, Юнь Лин тайком прикусила губу. Среди испуганных взглядов дворцовых слуг, не дожидаясь приглашения, она подошла вперёд сама.

Она произнесла:

— Эта служанка как раз столкнулась с чем-то, чего не поняла в Ведомстве Шангун, и надеется, что Ваше Высочество даст мне наставление.

— Что? — с раздражением сказал Се Цзюэ. — Ты принимаешь меня за своего бесплатного учителя?

— Эта служанка не посмела бы, — сказала Юнь Лин, направляясь к Се Цзюэ и одновременно раздумывая, как заговорить о деле, не разгневав его. Тусклый, неясный свет свечи застилал ей глаза, и она не заметила лужицы пролитого чая и упавшей кисти у своих ног.

Когда она достигла его стороны, прежде чем она успела заговорить, она случайно наступила на круглую кисть, её нога поскользнулась, тело качнулось, теряя равновесие. Она попыталась восстановить равновесие, но споткнулась и упала вперёд. Закрыв глаза от страха, она представила, как сильно ушибёт колено при падении.

Спустя долгое мгновение страха она наконец осознала, что не почувствовала боли от падения.

Затем она почувствовала тёплое дыхание у своего уха и руки, крепко сжимающие её плечи…

Вздрогнув, она открыла глаза и увидела пару рук, её собственные, крепко обхватившие его. Мало того что она держала руки наследного принца, её верхняя часть тела полностью прижалась к его груди.

«…Всё кончено», — подумала она.

Боясь ушибиться, она инстинктивно рухнула на него.

Юнь Лин молча ругала себя. Что это за человек был, что она осмелилась коснуться его тела без позволения?

Она знала ещё до прихода, что Сяо Сянцзы разгневал его тем, что плохо подал чай. Она не ожидала, что молодой евнух окажется таким неуклюжим, что остатки пролитого чая всё ещё были на полу.

Сверху раздался холодный, саркастичный голос:

— Что это? Всего за полмесяца в Ведомстве Шангун ты уже научилась бросаться в объятия?

Она всего лишь споткнулась — как это можно назвать бросанием в объятия?

Юнь Лин сжала губы.

— Так Ваше Высочество видит меня?

— А как я должен думать? — Се Цзюэ усмехнулся, его голос источал холод. — Как долго ты собираешься так стоять? Отпусти.

Юнь Лин всегда знала, что человек перед ней тираничен и непредсказуем. Она тщательно взвешивала его настроение в данный момент, размышляя, какое наказание он назначит следующим.

В её голове промелькнули некоторые отрывки.

Жизнь и смерть, принуждение, запугивание и угрозы — всё это были его методы.

В тот день, однако, он внезапно… укусил её. Тогда она просто подумала, что он эмоционально нестабилен и у него случился припадок после того, как он отомстил за мать. Но после этого он не стал поднимать эту тему.

Хотя он презирал её за то, что она была всего лишь служанкой, по правде говоря, она почти лишилась девственности с ним; её уже целовали, так что этот раз не имел большого значения.

Подумав так, Юнь Лин решила не торопиться вставать. Запрокинув голову, она посмотрела прямо в его узкие фениксовые глаза.

— Тогда, Ваше Высочество, думайте что хотите.

Губы Се Цзюэ сжались. Его руки были зажаты под ней, а его дыхание наполнял тонкий, едва уловимый сладкий аромат от неё.

Буря, казалось, закипала в глубине его тёмных, бездонных глаз. Закрыв глаза, Се Цзюэ слегка приоткрыл свои тонкие губы, его голос был хриплым.

— Дерзкая.

Дворцовые слуги поблизости были в ужасе, и целый ряд их опустился на колени.

***

Юнь Лин действительно была дерзкой на этот раз.

Никто не знал, сколько это продолжалось, пока молодой евнух, нёсший сладости, не нарушил почти удушающее напряжение в комнате.

Юнь Лин встала с него, взяла сладости у молодого евнуха и лично предложила их ему.

— Это миндальное печенье, которое я велела переделать поварам, Ваше Высочество. Оно мягкое, упругое и сладкое — самый вкусный вид. Пожалуйста, попробуйте.

Бровь Се Цзюэ дёрнулась, но в конце концов он откусил кусочек, не принимая и не отвергая.

— Ты тратишь свои усилия в неожиданных местах.

В его тоне было мало эмоций.

Главный евнух Ань опустил голову, думая про себя, что дворцовые слухи нельзя сбрасывать со счетов.

Только что он боялся, что Юнь Шангун будет наказана, но никогда не ожидал, что Его Высочество наследный принц так быстро успокоится.

Он был не дурак; он сразу понял некоторые намёки.

Юнь Лин предложила ещё одну чашку чая с хризантемой, чтобы освежить вкус.

— У меня не много хобби, Ваше Высочество. Когда мне скучно, я люблю есть сладкое печенье, поэтому я немного изучила эту область.

Се Цзюэ поставил чашку с чаем.

— От чего тебе скучно?

Он не спросил о печенье, а о причине её скуки.

Юнь Лин моргнула.

— Это скука, возникающая из-за некоторых запутанных вопросов.

— Даже если бы Ваше Высочество не вызвали меня сегодня, я всё равно пришла бы.

— Если честно, Ваше Высочество, хоть я и не очень умна, но после того как я взяла на себя Шесть ведомств и изучила счета, я обнаружила некоторые глубоко укоренившиеся проблемы. С такими людьми, как с главным казначеем Ли, который только занимает должность, ничего не делая, я разобралась и наказала — и на этом всё. Но кроме этого, в разных частях дворца есть избыток персонала. Например, в уборочном штате должно быть восемь человек, а их двенадцать — явный перебор. Эти служанки не сделали ничего плохого, поэтому я размышляла, не стоит ли мне досрочно освободить несколько служанок и сократить этот избыток персонала. Но я не уверена, что делать, поэтому пришла спросить совета у Вашего Высочества.

— Государственная казна пуста, а во дворце всё ещё избыток персонала? — Се Цзюэ холодно усмехнулся. — Сократить. Сократить во всех дворцах!

— Слушаюсь, Ваше Высочество.

Се Цзюэ внезапно поднял взгляд.

— Это то, что тебя беспокоило?

Это всего лишь мелочь.

Она может казаться мягкой и слабой, но она далеко не тот человек, у которого нет собственного мнения и идей.

— Конечно, это не всё, — Юнь Лин тихо вздохнула. — Это то, что вызовет обиду, и я уверена, что различные придворные дамы будут недовольны. Как я могу не волноваться?

— Ты даже смеешь наказывать дворцовых чиновников, — губы Се Цзюэ изогнулись в лёгкой улыбке. — Я дал тебе высшую власть управлять Гаремом. Ты боишься группы наложниц без реальной власти?

Юнь Лин, казалось, успокоилась и поклонилась.

— Я понимаю, Ваше Высочество.

Се Цзюэ перестал смотреть на неё, встал и собрался уходить. Сделав несколько шагов, он внезапно остановился.

— Я уезжаю в Цзянчжоу на некоторое время. Держи дворец в строгости, пока меня не будет.

Юнь Лин опешила. Он сам едет в Цзянчжоу?

Затем она быстро последовала за ним:

— Я не подведу вас. Я буду ждать возвращения Вашего Высочества во дворце.

Пояснения к административной системе дворца:

Ведомство Шангун — высший орган управления внутренним двором, возглавляемый Шангун. В его подчинении находятся Шесть ведомств.

Шангун – высшая должность в этом ведомстве, глава всех дворцовых женщин.

Шесть ведомств — специализированные подразделения Ведомства Шангун, каждое из которых отвечает за определенную сферу управления дворцом:

Бюро одежды — одежда для императорской семьи и придворных.

Бюро продовольствия — блюда и кухня.

Бюро постельного белья — спальни, постельное бельё, личные вещи.

Бюро церемоний — церемонии, этикет, королевские банкеты.

Бюро дворца — администрация, персонал, логистика.

Медицинское бюро — поставки медицинских товаров, лечение и забота о здоровье членов императорской семьи.

Ведомство евнухов — отдельная система, не связанная с Ведомством Шангун. Евнухи выполняли такие обязанности, как обеспечение безопасности во дворце, доставка императорских указов, работа с секретными документами и непосредственное обслуживание императора. У них были свои ранги, система подготовки и продвижения по службе, не зависящая от женщин-чиновниц.

Ведомство Шангун и Ведомство евнухов сосуществовали, каждое из них имело влияние во дворце. Несмотря на то, что оба бюро играли важную роль в дворцовой жизни, они не контролировали друг друга официально.