Ресницы Юнь Лин дрогнули, но она ничего не сказала.

— Через пару дней Мин Гу-гу¹ будет выбирать, кого отправить служить в Холодный дворец!

— Шестой принц жесток и беспощаден. Он убил бесчисленное множество служанок и евнухов, и даже посмел высечь сына одного министра. Тот, кто ему служит, никогда не знает, лишится ли жизни в следующую минуту.

— К тому же, служить опальному принцу в Холодном дворце — какое это будущее? Даже если не умрёшь, жизнь будет погублена, — с тревогой проговорила молодая служанка.

— О чём волноваться? Я слышала, никто не хочет идти. Пошлют тех, кто серьёзно провинился. Нас точно не пошлют — мы ничего плохого не сделали.

Болтая, они принялись умываться и готовиться ко сну. Постепенно голоса стихли.

***

Весной семнадцатого года эры Чэнпин Шестой принц Се Цзюэ высек на улице сына военного министра Гао Ина. Император разгневался и заточил Шестого принца во дворец Цзинсян. В том же году бывший военный министр Гао Янь был повышен до военного министра.

Всё точно совпадало со сном Юнь Лин.

Поняв, что сон стал явью, Юнь Лин в страхе крепко зажмурилась.

***

Стоял ясный, солнечный день.

Юнь Лин вместе с группой служанок старательно подрезала ветви цветов, срезая увядшие листья. Внезапно её рука дрогнула, и она случайно отсекла прекрасный распустившийся бутон — именно такие больше всего любила супруга² Юй.

Дворцовые цветы были редких сортов, цены им не было. Хоть это был всего один цветок, для такой мелкой служанки, как Юнь Лин, это было серьёзным проступком. Её жизнь стоила меньше сорняка.

Лю Бао, увидев, как цветок упал на землю, радостно воскликнула:

— Вот дура! Даже цветок обрезать не умеешь. Жди наказания.

— Как может существовать такая тупица? — презрительно усмехнулась другая служанка.

Едва смолкли эти слова, как подошла старшая дворцовая служанка Мин Гу-гу.

Юнь Лин перепугалась до смерти и немедленно опустилась на колени, не в силах вымолвить ни слова.

***

Внутри комнаты Мин Шангун смотрела на маленькую служанку, которая, совершив серьёзный проступок, стояла на коленях и тряслась от страха.

— Подними голову, — приказала она.

Когда Юнь Лин подняла голову, Мин Шангун взяла стоявшую рядом чашку с чаем и отпила глоток.

— Так это ты, — сказала она. — Хочешь отправиться в Холодный дворец, служить Шестому принцу?

Поистине достойна звания старшей дворцовой служанки — она с одного взгляда прочла мысли Юнь Лин.

Юнь Лин опустилась на колени и почтительно произнесла:

— По глупости своей я погубила цветок. Справедливо будет меня наказать и сослать в Холодный дворец.

— Если я тебя пошлю, Ван Дадэ не успокоится. — Мин Цзинь знала о положении Юнь Лин с Ван Дадэ, но тот был любимцем императрицы, так что она могла лишь закрыть на это глаза. — Ради тебя ссориться с Ван Дадэ нет смысла.

Она опустила взгляд и скользнула им по Юнь Лин. Та была ещё молода, фигура скрыта под грубой тканью, но волосы — чёрные как тушь, кожа — белая как снег, лицо — прекрасное. Даже краше иных наложниц во дворце. Неудивительно, что этот старый евнух положил на неё глаз.

— Эта служанка знает: жизнь моя ничего не стоит и не заслуживает вашей заботы, Гу-гу. — Юнь Лин подняла голову, глаза её затуманились, и она произнесла, с трудом сдерживая рыдания: — Но вы, будучи старшей дворцовой служанкой, так усердны и искусны, управляете нами, мелкими служанками, с такой властностью, что мы все глубоко восхищаемся и уважаем вас. Ван Дадэ, хоть и опирается на императрицу, не должен превышать вашу власть и унижать ваших людей. При мне он позволял себе непочтительные слова о вас. Я низкого происхождения, но лучше умру, чем позволю Ван Дадэ собой манипулировать. К тому же, Гу-гу, вы знаете: стоит за порог его переступить — конца мучениям не будет.

Вид той служанки — с окровавленной нижней частью тела — многие видели.

— У Гу-гу доброе сердце, и всегда вы к нам, мелким служанкам, относились очень хорошо. Смилуйтесь надо мной. Я лучше отправлюсь в Холодный дворец, чем буду насильно отдана Ван Дадэ. — Юнь Лин помолчала мгновение и прибавила тихо: — К тому же, это я, Юнь Лин, совершила проступок. Наказание будет справедливым. И никто не сможет вас упрекнуть.

— Желая сбежать от Ван Дадэ, я никогда не предам вас, Гу-гу.

Холодный дворец — место не из хороших. Обычно туда отправляли провинившихся, неуклюжих или ни на что не годных служанок. У Мин Шангун была племянница, недавно поступившая во дворец, которая по несчастливому совпадению совершила серьёзный проступок и была наказана.

Хоть она и была старшей дворцовой служанкой, но во дворце существовало два противоборствующих лагеря: лагерь императрицы и лагерь благородной супруги Чжан. Люди императрицы следили в оба. Стоило Мин Шангун ошибиться, и её позиция старшей служанки оказалась бы под угрозой.

Поэтому открыто защищать племянницу она не могла.

И вот сейчас, если Юнь Лин совершит ещё более серьёзный проступок, Мин Шангун, естественно, сможет вычеркнуть имя племянницы из списка наказанных. Тогда люди императрицы не смогут к ней придраться.

Именно поэтому Юнь Лин осмелилась нарочно испортить цветок.

Отношения во дворце сложны. Мин Шангун не станет ради такой мелкой служанки, как Юнь Лин, ссориться с Ван Дадэ — вот почему она позволяла Юнь Лин терпеть унижения. Однако Юнь Лин знала: в последнее время Мин Шангун не знала покоя — искала, кого бы найти на замену племяннице.

К тому же Ван Дадэ был высокомерен и не воспринимал Мин Шангун всерьёз — это уже было ей неприятно. Юнь Лин разожгла её недовольство Ван Дадэ и пообещала её не предать. Так она сможет спасти племянницу, а сама избежать разоблачения. С такими словами вероятность согласия — девяносто процентов.

— Я могу согласиться на твою просьбу, — Мин Шангун на мгновение задумалась, затем встала. — Но должна тебя предупредить: Холодный дворец — место недоброе. Шестой принц жесток. Несколько служанок, которых посылали туда раньше...

Она произнесла ледяным голосом:

— ...все умерли.

— Если ты пойдёшь туда, можешь тоже не выжить.

Плечи Юнь Лин дрогнули. Она тяжело стукнулась лбом об пол.

— Эта служанка благодарит Гу-гу за предупреждение.

— Когда окажешься в Холодном дворце, если Шестой принц что-то сделает, постарайся найти способ сообщить мне, — прошептала Мин Цзинь на ухо Юнь Лин.

Юнь Лин уткнулась лицом в тыльную сторону ладони, зрачки её дрожали.

— Эта служанка поняла.

***

Отбор тех, кому предстояло отправиться в Холодный дворец на службу к Шестому принцу, был завершён. Кроме Юнь Лин, была ещё одна несчастная по имени Чи Шао. Та недолго прослужила в покоях благородной супруги Чжан, затем была переведена во дворец супруги Юй. Говорили, она оскорбила какую-то знатную особу и её наказали.

Несколько служанок обступили Чи Шао, утешая её и выражая сочувствие. Но Чи Шао, казалось, ничуть не расстроилась.

Когда все разошлись, маленькая девочка по имени Жу Дун тайком прибежала к Юнь Лин. Её ясные глаза наполнились слезами, она взахлёб рыдала:

— Я слышала, Шестой принц в ярости из-за заточения и уже убил двух служанок, которые пришли ему служить! Он такой жестокий человек. Как у моей сестры будет шанс выжить, если она туда пойдёт?

Юнь Лин взяла её за руку и принялась утешать:

— Не плачь, Дундун. Не волнуйся за меня. Я сумею о себе позаботиться. Буду осторожна и хорошо буду ему прислуживать. Не прогневаю Шестого принца.

Холодный дворец действительно место страшное — не лучше логова тигра или волчьей ямы. Она не знала, выживет ли.

Но другого пути у неё не было.

Не пойдёшь в Холодный дворец — Ван Дадэ замучит до смерти.

У неё было только два выхода: умереть сейчас или отправиться в Холодный дворец и бороться за шанс выжить.

Жу Дун рыдала и вытирала слёзы.

— Всё из-за этого проклятого Ван Дадэ...

Не дав ей договорить, Юнь Лин остановила её:

— Не говори так больше. В этом дворце любой, кто выше нас, может нас раздавить. Слова могут навлечь беду. Будь осторожна с тем, что говоришь. Держи мысли при себе. Никогда не произноси их вслух, поняла?

Жу Дун была ещё мала, наивна — все чувства у неё на лице. Юнь Лин учила её спокойствию, выдержке, напоминала: нельзя давать другим повод найти недостатки.

Жу Дун сжала губы и послушно кивнула.

С тех пор как она попала во дворец, Юнь Лин многому её научила. Несколько раз, когда Жу Дун совершала ошибки и едва не получала суровое наказание от красавицы Лю, именно Юнь Лин защитила её и спасла.

В этом дворце они грели друг другу сердца, и Жу Дун давно считала Юнь Лин своей старшей сестрой.

Теперь, когда сестра собиралась в Холодный дворец, Жу Дун не могла не думать о тех издевательствах, которые, возможно, придётся вынести Юнь Лин, и слёзы снова навернулись на глаза.

Юнь Лин осторожно вытерла её слёзы.

— Мы не можем обижать знатных господ в этом дворце, Дундун. Нас обеих продали сюда. У нас нет поддержки, нет пути назад — остаётся только рассчитывать на себя. Запомни это хорошенько.

***

Добра у Юнь Лин было немного — два комплекта одежды да небольшие сбережения, накопленные за эти годы. Неся узелок, она вместе с Чи Шао под конвоем отправилась в Холодный дворец.

По дороге Чи Шао, пользуясь тем, что евнух-провожатый отвлёкся, тихонько приблизилась к Юнь Лин и сказала:

— Служба в Холодном дворце — не сахар. Как это ты, Юнь Лин, такая неосторожная, что не тот цветок обрезала?

Она вздохнула, жалея Юнь Лин:

— По мне, так это просто цветок. Старшая дворцовая служанка слишком сурово наказала. Бедная девочка.

Юнь Лин покачала головой:

— Это не Гу-гу виновата. Это моя собственная глупость.

Глаза Чи Шао сверкнули.

Немного погодя она изогнула губы и спросила:

— Юнь Лин, ты, я смотрю, совсем не держишь обиды. Может, получила какие указания?

Она послана императрицей. Эта Юнь Лин, должно быть, человек благородной супруги Чжан.

Юнь Лин изобразила невинное недоумение:

— О чём ты, Чи Шао? Понятия не имею, что ты говоришь.

Шедший впереди евнух подал знак поторапливаться. Чи Шао закатила глаза, ничего не сказала и быстро зашагала вперёд.

Юнь Лин последовала за ней.

***

То место, куда был заточён Шестой принц, называлось дворец Цзинсян. Он находился в уединённом юго-западном углу — глубоком и безмолвном. Сухие ветви, торчавшие из обветшалых красных стен, под порывами ветра издавали унылый шуршащий звук, от которого волосы вставали дыбом и по спине полз холодок.

Говорили, это был дворец какого-то принца из прошлой династии, казнённого за мятеж, и с тех пор он стоял заброшенный. Нынешний император был добр; даже если наложница совершала преступление, он никогда не ссылал её в Холодный дворец.

Неожиданно он заточил сюда Шестого принца — что показывало, сколь сильно разгневан император жестокостью и безнравственностью своего сына.

Евнух довёл их до места и, даже не остановившись, поспешил прочь, бледный как мел.

Пустынный, жуткий вид заставил Чи Шао сглотнуть. Она покосилась на Юнь Лин, та стояла позади с испуганным и робким видом, — и внезапно сильно толкнула её вперёд:

— Заходи первой.

Юнь Лин опустила голову и молча перешагнула порог.

За воротами — высокие скалы³, заросли сорняков. Павильон рядом, похоже, наспех привели в порядок, но он всё равно выглядел ветхим. Картина во внутреннем дворе оказалась ещё более пустынной и страшной, чем снаружи.

Наконец и лицо Чи Шао побледнело — до неё дошло, в какое место они попали.

Пройдя дальше, они приблизились к двору, где содержали Шестого принца.

Чи Шао снова толкнула Юнь Лин вперёд, заставив её идти перед собой. Делать нечего — Юнь Лин помедлила мгновение, а затем медленно вошла.

В тишине послышался резкий, скрипящий звук — неплотно прикрытая дверь распахнулась от ветра, открыв внутренность комнаты. Обстановка была скудной, пахло затхлостью.

Горел лишь один светильник, отбрасывая тусклый желтоватый свет. В комнате царила мрачная, безжизненная атмосфера — ни капли тепла.

Осторожно сделав несколько шагов вперёд, Юнь Лин наконец разглядела чёрную фигуру, лежавшую на кушетке. Длинные чёрные волосы водопадом струились по плечам. Бледный, лишённый крови профиль скрывался в тусклом мерцании свечи — то появляясь, то исчезая. Гнетущий, холодный флёр окутывал его, словно он явился из бездны отчаяния.

Говорили, сына военного министра он высек до кости лишь за то, что тот случайно наткнулся на его лошадь на дороге. Жестокость была чудовищной — и неудивительно, что даже евнух-провожатый не осмелился здесь остаться ни на минуту.

Хватило одного взгляда. Юнь Лин немедленно опустилась на колени и почтительно произнесла:

— Ваше Высочество, эта служанка — Юнь Лин.

Чи Шао поспешно последовала её примеру:

— Эта служанка — Чи Шао.

В комнате воцарилась тишина. Время тянулось медленно.

Обе стояли на коленях, не смея дышать.

Чи Шао обливалась потом. Капли пота стекали с висков на пол с мягкими звуками.

Словно над головой навис острый меч — невыносимо.

— Вон.

С кушетки раздался низкий, холодный голос, в котором сквозила ярость.

Чи Шао с облегчением поспешно поднялась и вышла.

Когда она достигла дверного проёма, из комнаты донеслись сильный кашель и звуки харканья кровью, а затем грохот опрокидываемой мебели. Она остановилась, словно пытаясь подслушать.

Но Юнь Лин даже головы не подняла. Она быстро покинула комнату, не оглядываясь.

***

Они вернулись в отведённую им комнату.

Хотя здесь уже ненадолго побывали две служанки, оставалось ещё много мест, которые не убрали как следует.

Чи Шао плюхнулась на кровать, окинула комнату взглядом и швырнула тряпку в Юнь Лин, приказывая:

— Принеси мне горячей воды.

Юнь Лин не поймала тряпку.

— Чи Шао, не лучше ли нам делать это вместе?

Чи Шао усмехнулась:

— Ты, ничтожная служанка, которая полы метёт, ещё смеешь мне указывать?

Она оказалась невероятно сильна — одной рукой без труда оттолкнула Юнь Лин несколько раз подряд. Юнь Лин показалось, будто её толкает человек, обученный боевым искусствам.

Затем Чи Шао схватила своё одеяло, улеглась на кровать и расслабилась.

Юнь Лин ничего не сказала, взяла тряпку и принялась за уборку. Потом она принесла горячую воду для Чи Шао. Та неторопливо умылась, уютно устроилась в постели и приготовилась спать.

Юнь Лин, утомлённая долгой ночью, наконец разогрела себе воды, чтобы помыться.

Комната была маленькая. Тонкая занавеска отделяла спальное место от места для омовений. Она была старой, ветхой и даже не закрывалась как следует. Чи Шао услышала плеск воды и рассеянно повернула голову взглянуть.

В тусклом свете комнату наполнил пар от горячей воды. Шёлковистые чёрные волосы Юнь Лин, мокрые от воды, струились по её стройным, белоснежным рукам, создавая смутное видение — мягкий нефрит в тёплой воде.

Чи Шао почувствовала приступ раздражения и отвернулась.

***

Три дня, кроме того первого смутного очертания его лица, Юнь Лин больше не видела Шестого принца. Чи Шао заставляла Юнь Лин делать всю тяжёлую работу по уборке, а сама всегда торопилась отнести еду Шестому принцу.

Юнь Лин не хотела с ней спорить. Она старательно делала свою работу, тщательно собирала и складывала сухие ветки во дворе. За три дня беспрерывной уборки ей наконец удалось привести весь двор в порядок.

Ночью, вернувшись спать, Юнь Лин снова получила от Чи Шао поручение — та велела ей сходить за водой для умывания. Прибрав всё, в комнате воцарилась тишина. Юнь Лин закрыла глаза, собираясь уснуть.

Маленькое помещение погрузилось во тьму, только ровное дыхание наполняло воздух. Через некоторое время с соседней кровати донёсся лёгкий шелест, затем дверь скрипнула — открылась и закрылась. Чи Шао бесшумно выскользнула.

Юнь Лин прислушалась: шаги за дверью постепенно затихли. Но она не встала, лишь снова сомкнула веки, притворившись, что ничего не заметила.

На следующее утро, когда она проснулась, Чи Шао уже вернулась.

Ещё через несколько дней Юнь Лин удалось убрать весь двор, постирать всю одежду и постельное бельё. Пусть двор по-прежнему выглядел ветхим, но теперь, по крайней мере, он был чист.

За месяц, проведённый в Холодном дворце, несмотря на ворох дел, которые она переделала одна, жизнь всё же была относительно стабильной — без постоянного давления Ван Дадэ.

В тот вечер Чи Шао принесла их порцию еды. В заточении в Холодном дворце еда и припасы, естественно, были невысокого качества. Как раз в тот день одежду Шестого принца постирали и высушили, и Чи Шао приказала Юнь Лин помочь разнести её. Нехотя Юнь Лин пошла следом, неся в руках одежду.

Это был второй раз, когда Юнь Лин входила в ту комнату. Она осторожно опустила голову, положила одежду и отошла в сторону, не смея издать ни звука.

Чи Шао поставила еду на стол и, встав за занавеской, почтительно позвала:

— Ваше Высочество, пора ужинать.

После её слов за занавеской не последовало ответа — только тёмная тень упала на ткань.

Чи Шао позвала снова — и снова тишина. Тогда она изобразила беспокойство:

— Шестой принц, нельзя пропускать еду.

После короткой паузы взгляд её чуть скользнул в сторону.

Кажется, здоровье Шестого принца ухудшилось: он каждый день кашлял кровью. Как только он умрёт, можно будет вернуться во дворец Куньнин и доложить императрице.

С этой мыслью губы Чи Шао изогнулись в улыбке. Она протянула руку, чтобы отодвинуть занавеску и войти внутрь.

Фигура за занавеской слегка пошевелилась, но Чи Шао проигнорировала это и шагнула во внутреннюю комнату. Увидев фигуру на кушетке, она внезапно замерла. Медленно, медленно она вытащила из рукава серебряную шпильку.

— Шестой принц, ваше здоровье...

Се Цзюэ откинулся на кушетке. Его черные как тушь волосы рассыпались по плечам, длинные, как вороново перо, ресницы были сомкнуты. Казалось, он едва жив.

При виде этого сердце Чи Шао наполнилось радостью. Она подняла шпильку и приблизилась.

В следующую секунду Се Цзюэ внезапно открыл глаза — узкие, тёмные, глубокие. Стремительным движением он ударил Чи Шао ногой в живот. Та вскрикнула от боли и рухнула на пол, схватившись за живот.

Се Цзюэ встал с кушетки и пошёл к ней шаг за шагом. Он опустился на колено и медленно вытащил шпильку из её руки.

Видя выражение его лица, Чи Шао задрожала от страха, поползла назад и взмолилась:

— Ваше Высочество, пощадите, я не хотела, я правда не хотела, пощадите, прошу...

Глядя на служанку, которая на коленях умоляла о пощаде, убийственный огонь в глазах Се Цзюэ разгорелся ещё сильнее.

— Пощадить? До чего же знакомые слова.

Серебряная шпилька в его руке вонзилась ей прямо в шею.

Вырвался пронзительный вопль, затем хлынула кровь — несколько капель брызнуло на лицо Се Цзюэ. На его бледной коже ярко-алая кровь заструилась вниз, и он стал похож на демона.

Чи Шао застыла на земле без движения. Се Цзюэ с отвращением отбросил шпильку.

***

За окном сгущалась тьма, тени деревьев раскачивались на ветру.

Тело Се Цзюэ пропиталось запахом крови. Он поднялся и резко отдёрнул занавеску. Шёлковая ткань взметнулась.

— Кто там?

Се Цзюэ усмехнулся — жестоко, безжалостно. Его рука сжалась на чьей-то тонкой шее.

Мягкая ткань сползла с её лица, открыв робкое, но прекрасное лицо.

Её глаза расширились от шока и страха, зрачки дрожали, уголки глаз покраснели.

¹ Гу-гу – уважительное обращение к старшей женщине во дворце, часто к старшей служанке или наставнице

² Благородная супруга (Гуйфэй) – высший ранг среди наложниц после императрицы

Супруга (Фэй) – на ранг ниже благородной супруги

³ Высокие скалы – декоративные горки, холмы в саду