В тюрьме Цзэчжоу новый наместник Юньцзэ уже вступил в должность. Через несколько дней Цинь И казнят, и надежды на спасение не оставалось.
Чем ближе подходил день казни, тем сильнее становился страх Цинь И. Перед лицом смерти все его прошлые достижения и сожаления всплыли на поверхность, оставив лишь раскаяние. Он сожалел о своей жадности и безрассудной ставке.
Вечером тюремщики сменились и их бдительность ослабла. Они грызли арахис и болтали между собой.
Их разговор вертелся вокруг недавнего громкого убийства главы семьи Линь в Юньцзэ.
— Слышал, глава семьи Линь невероятно глупо осмелился послать убийц к приближённой придворной даме наследного принца. Хотя она всего лишь придворная дама, наследный принц явно её баловал; ожидалось, что она скоро станет наложницей. Однако убийца случайно ранил самого наследного принца! Это, несомненно, преступление, караемое смертью; конфискации имущества и истребления рода будет недостаточно.
— Тогда почему убили только главу семьи Линь?
Один тюремщик, прошептав кое-какие внутренние сведения, сказал:
— Слышал, у приближённой придворной дамы наследного принца были связи с семьёй Линь... вот Его Высочество и проявил милосердие!
— Понятно.
Весь разговор долетал до ушей Цинь И. Эта женщина... размышлял он, она и вправду из семьи Линь? Неудивительно, что её облик показался знакомым.
Более того, судя по словам тюремщиков, наследный принц, похоже, питал к ней нежные чувства.
Семья Линь... Цинь И задумался, и глаза его внезапно загорелись, когда он кое-что вспомнил. Он позвал тюремщика, попросив бумагу и тушь, чтобы кое-что записать.
Если он сможет предоставить наследному принцу сведения, возможно, его помилуют!
***
Рисовое вино, сваренное старушкой, показалось Юнь Лин довольно вкусным. Вернувшись на постоялый двор, она выпила ещё несколько чашек. Сначала оно казалось сладким, но она не ожидала такого крепкого послевкусия. Вскоре лицо её залилось румянцем.
Зимняя ночь была холодной, завывающий ветер, казалось, мог заморозить до костей. Ночь сгустилась, внезапно начался мелкий дождь, капли непрерывным потоком стекали с карнизов.
Коридор снаружи был тих, не было слышно ни единого звука.
Комнату отапливала жаровня с углями, было приятно тепло. Жар поднимался равномерно.
Под пологом кровати Юнь Лин чувствовала невероятную жару. Она сняла всю верхнюю одежду, оставшись лишь в тонкой нижней рубашке, и пробормотала:
— Так хочется пить...
Се Цзюэ уже тоже снял верхнюю одежду. Услышав её, он встал с постели, налил чашку тёплой воды и поднёс к её губам. Он помог ей выпить воду.
Разум Юнь Лин затуманился, она думала о том, как заставить его прислуживать ей, но не могла себя контролировать и выпила всю воду. С влажными, блестящими глазами она решила испытать удачу и сказала:
— Хочу ещё чашку.
Се Цзюэ ничего не сказал. Он встал и налил ей ещё.
Юнь Лин пила так быстро, что немного воды пролилось из губ, намочив воротник.
После двух чашек жажда значительно утихла.
Се Цзюэ посмотрел на неё:
— Больше не надо?
Юнь Лин покачала головой:
— Нет, благодарю, Ваше Высочество.
Се Цзюэ небрежно отбросил чашку на пол, забрался на кровать и надавил на её тонкие плечи, укладывая на постель. Он последовал за ней, падая сверху. Опустил голову, захватывая её мягкие красные губы и исследуя их языком. Он ощутил влажность её рта, всё ещё хранившую сладкое послевкусие рисового вина.
Он углубил поцелуй, держа её за талию.
Юнь Лин приподняла подбородок, с трудом дыша, голова её кружилась ещё сильнее. Она позволила ему целовать себя, руки медленно обвили его шею.
Се Цзюэ спросил:
— Тебе жарко?
— Мм.
Юнь Лин ответила, внезапно осознав, что его поцелуи опускаются ниже. Она инстинктивно оттолкнула его, движения её стали беспорядочными:
— Нет...
Как это могло быть?
Се Цзюэ взял её руку, твёрдо прижав к своему боку, не позволяя сопротивляться:
— Неудобно?
Юнь Лин пробормотала что-то в ответ, будто в тумане.
Глаза Се Цзюэ слегка потемнели, и он тоже издал утвердительный звук.
***
Температура под пологом кровати неуклонно росла.
Внезапно за дверью раздался стук, а следом — серьёзный голос Пэй Юаня:
— Ваше Высочество, господин Чэнь из столицы прислал сообщение, требуется немедленно обсудить с вами.
Се Цзюэ замер, медленно поднял голову и сел. Посреди полога кровати появилась высокая тёмная тень.
Кадык его дрогнул, суровые брови нахмурились от сдерживаемого напряжения. Он плотно зажмурился.
Спустя долгое мгновение он тихо ответил:
— Мм.
Он встал и натянул одеяло, плотно укутывая женщину, лежащую на кровати, чтобы ни единое дуновение воздуха не проникло. Он опустил голову и тихо прошептал ей на ухо:
— Поспи пока; я скоро вернусь.
Разум Юнь Лин был в смятении. Услышав его низкий, хриплый голос, она медленно открыла глаза, всё ещё полные непролитых слёз. Взгляд её упал на его высокую прямую переносицу, и она сонно ответила:
— Хорошо.
Се Цзюэ встал, оделся и вышел.
Юнь Лин повернула лицо и закрыла глаза, ожидая, когда сердцебиение успокоится. Ни о чём не думая, она постепенно погрузилась в сон.
Однако ей не удалось поспать и часа. Когда действие алкоголя ослабло, она проснулась.
Потирая слегка порозовевшие щёки, Юнь Лин подумала про себя, что больше не стоит так напиваться; она так опьянела. Она встала, чтобы налить себе воды, но, приподняв полог кровати, внезапно замерла, чувствуя что-то влажное под собой...
Её туманное сознание постепенно прояснялось.
Затем жар, только что сошедший с лица, внезапно вспыхнул снова, на этот раз заливая уши и шею.
Как мог достопочтенный принц вроде него... Она чувствовала себя совершенно смущённой при одной мысли об этом.
И он только что вышел вот так... с влажными следами на носу!
Тонкие бледные пальцы Юнь Лин крепко сжались. Теперь полностью проснувшись, она чувствовала, что вот-вот взорвётся от всепоглощающего смущения.
Она чувствовала, что никогда в жизни так не злилась. Лёжа в постели, грудь её быстро вздымалась, раздражение переполняло. Жар в лице упорно не спадал, и даже с закрытыми глазами сон не шёл.
Он и вправду...
Она была так пьяна и дезориентирована в тот момент, что не сопротивлялась.
При этой мысли она больше не могла терпеть, повернула голову и уткнулась лицом в подушку.
Ночь снаружи была глубокой. Дождь, шедший долго, где-то прекратился, оставив лишь мерный звук капель с карнизов.
Юнь Лин лежала лицом к стене, молча кипя, и больше не смогла уснуть.
Спустя неизвестно сколько времени дверь комнаты скрипнула, и Се Цзюэ, закончив дела, вернулся.
Видя, что полог кровати неподвижен и оттуда не доносится ни звука, он снял сапоги и забрался в постель.
Долгая встреча его тоже утомила. Он притянул её в свои объятия сзади и закрыл глаза.
Сдерживаясь снова и снова, кипящая Юнь Лин наконец не выдержала. Она сильно оттолкнула его руку, освобождаясь из объятий, она не хотела его объятий.
***
Её гнев сохранился и на следующий день.
Се Цзюэ проснулся и обнаружил, что она спит на краю кровати, на расстоянии по крайней мере одного человека от него.
Брови его нахмурились. Он протянул руку, чтобы притянуть её обратно в объятия, но в следующую секунду она снова сильно вырвалась.
Спиной к нему, фигура её, казалось, распухла от гнева.
— Не трогайте меня.
Се Цзюэ помедлил:
— Ты стала довольно смелой. Откуда такой нрав?
Юнь Лин поджала губы, отказываясь говорить.
Се Цзюэ усмехнулся, в голосе слышалась нотка гнева:
— Непослушная.
С этими словами он обхватил её за талию, силой притягивая в свои объятия. Юнь Лин яростно сопротивлялась, отталкивая его руки, лицо её пылало от гнева. Она хотела высказаться ясно:
— Вчера я была пьяна, как ты мог... — она помедлила, затем выпалила: — ...воспользоваться мной.
Се Цзюэ наконец понял, на что она злится. Он дёрнул губами, небрежно сказав:
— Вся ты принадлежишь мне, где я не могу тебя трогать?
Лицо Юнь Лин залилось багрянцем.
Не в силах больше терпеть, обида, копившаяся в её сердце, наконец вырвалась наружу. Лицо её покраснело от гнева, она назвала его по имени:
— Се Цзюэ!
Се Цзюэ остался невозмутим:
— Мм.
— …
Юнь Лин открыла рот, чтобы заговорить, затем передумала и ничего не сказала. Она оттолкнула его руку и встала с постели сама.
Даже забравшись в карету, она не разговаривала с ним, сидя как можно дальше.
Се Цзюэ сидел напротив, глядя на её плотно сжатые красные губы. В карете царила тишина, атмосфера была тяжёлой и гнетущей.
Видя, что она отстраняется, настроение Се Цзюэ тоже упало.
Он и вправду не задумывался о вчерашнем. Пьяна она или нет, для него не имело значения; он просто не хотел, чтобы ей было неудобно.
Он не мог понять, почему она так злится.
В конечном счёте, он осознал, что в последнее время слишком её баловал, позволяя становиться всё более своенравной и непослушной.
С этими мыслями он взял книгу и начал читать, больше ничего не говоря.
По пути у Пэй Юаня были какие-то дела для обсуждения, и Се Цзюэ вышел из кареты и пошёл с Пэй Юанем.
С одним освободившимся местом в карете Юнь Лин почувствовала себя свободнее. Прислонившись к мягким подушкам, она взяла географическое описание государства Чэло, чтобы почитать.
Её не интересовали любовные романы, но она любила читать географические записки и путевые заметки, находя в них уникальные обычаи и человеческую природу.
После чтения этих записей казалось, будто она сама побывала в тех местах.
В карете стояла шкатулка со сладостями, инкрустированная восемью сокровищами; наследный принц не особенно любил сладкое, её приготовили специально для неё.
Юнь Лин открыла её и выбрала цукат, положив в рот. Сладко. Съев два, ей захотелось пить. Наливая чашку чая, она случайно увидела в углу два кувшина рисового вина. Она тяжело вздохнула, отодвигая их дальше, не желая возвращаться к тем воспоминаниям.
Они ехали уже больше десяти дней; до столицы оставалось ещё три-четыре дня пути.
Как только они прибудут в столицу и войдут во дворец, она знала, что её ждёт бесчисленное множество дел.
Дело об учреждении её наследной принцессой... Теперь, когда он держал бразды правления империей, возражения чиновников не составят для него труда; они не могли его остановить.
И хотя он ничего не говорил, она знала, что в эти дни сообщения от господина Чэня не только были о местонахождении Лин Лин, но и касались дела об учреждении наследной принцессы.
Мысли её неслись тысячей дум. Юнь Лин покачала головой, решив не думать слишком много. В конце концов, они ещё не достигли столицы.
Юнь Лин провела очень безмятежный день.
С заходом солнца их отряд въехал в уездный город. Продолжать путь было неудобно, поэтому они нашли хороший постоялый двор и устроились.
Юнь Лин попросила у хозяина чан горячей воды, чтобы искупаться. Тёплая вода была невероятно приятной.
После купания она обнаружила, что он уже помылся и переоделся в лунно-белую ночную рубашку, сидя у кровати с книгой.
Юнь Лин взглянула на него, затем села у окна сушить волосы, игнорируя его.
Она не сказала ему ни слова, не предложила чаю и не позаботилась о его нуждах.
Какой нрав, — подумал он.
Длинные тонкие пальцы сжались. Се Цзюэ внезапно захлопнул книгу, голос его был низким и холодным:
— Иди сюда.
Юнь Лин помедлила, оставаясь на месте.
Се Цзюэ бросил книгу, подошёл, подхватил её и уложил на кровать. Видя, что она пытается сопротивляться, он схватил оба её запястья:
— Близость — естественная часть жизни. На что тут злиться?
Юнь Лин перестала бороться. Выражение её лица успокоилось, она поджала губы, подняв голову, чтобы серьёзно сказать:
— Но Ваше Высочество воспользовался мной вчера, пока я была пьяна, так что я, естественно, злюсь.
— И Ваше Высочество, как вы могли так бесстыдно выйти? Что, если бы кто-то увидел?
Если кто-то узнает, это так неловко; как она будет смотреть людям в глаза? Хотя большинство и не подумает так, ей было невероятно неуютно.
Лицо её пылало, от гнева или от чего-то другого, она выглядела ещё более пленительной, чем сладчайшее рисовое вино.
Се Цзюэ молча смотрел на неё. Спустя мгновение брови его разгладились, голос смягчился:
— Воспользоваться тобой, пока ты была пьяна, не было моим намерением.
Она принадлежала ему; он не задумывался о таких вещах. Он целовал её, потому что хотел.
Юнь Лин пробормотала в ответ, издав тихий звук.
Конечно, он не сделал это нарочно; для него это было естественно.
Её яркие и нежные абрикосовые глаза хранили влагу, тонкая и белая линия челюсти, вид жалобно обиженный.
Се Цзюэ на мгновение замер.
Только эта женщина могла всегда смягчать его сердце.
Он глубоко вздохнул.
Опустив голову, он взял её за подбородок, силой поворачивая лицо к себе. Он потянул её запястья, привлекая всё тело в свои объятия, уговаривая:
— Хорошо, чего ты хочешь от меня? Я сделаю всё, что скажешь.
Ресницы Юнь Лин дрогнули. Подумав мгновение, она подняла на него глаза:
— Тогда Ваше Высочество должен пообещать мне, что в будущем вы будете получать моё согласие и обсуждать со мной дела, касающиеся меня.
— Хорошо.
— Вы не можете принуждать меня делать то, что мне не нравится.
— Хорошо, — сказал Се Цзюэ. — Что ещё? Давай всё сразу.
— Ваше Высочество согласится на всё это?
— Разве ты не знаешь, соглашусь я или нет?
Лицо Юнь Лин вспыхнуло, она приблизилась к его уху, шепча:
— Пока Ваше Высочество не учредит меня наследной принцессой, я не хочу забеременеть. Я категорически не хочу входить в Восточный дворец с округлившимся животом.
Се Цзюэ ответил не моргнув:
— Я согласен на всё.
Он ответил без малейшего колебания.
Даже Юнь Лин была ошеломлена его мгновенным согласием.
— Лишь бы ты больше не сердилась на меня.
Он согласится на что угодно.
Се Цзюэ опустил голову, его нос коснулся её носа:
— Теперь ты довольна?
Некоторое время она смотрела на него, затем угрюмое выражение на её лице растаяло, сменившись более мягким.
Глаза Юнь Лин слегка изогнулись в нежной улыбке:
— Да, благодарю, Ваше Высочество, — искренне ответила она.
Се Цзюэ улыбнулся в ответ, напряжённость в его бровях смягчилась. Он протянул руку, чтобы коснуться её лица, затем опустил голову и поцеловал её шею. Юнь Лин хихикнула, ей было щекотно. Она обняла его за талию, напевая от смеха, отстраняясь:
— Щекотно!
Се Цзюэ закрыл глаза, его поцелуи становились глубже — он сладостно отдавался этому мгновению.
Жар усилился под пологом кровати. Каким-то образом она оказалась сидящей лицом к нему у него на коленях, запрокинув голову для поцелуя.
Их волосы сплелись в сладком поцелуе.
***
Они продолжали путь ещё два дня. До столицы оставалось не более дня езды.
Юнь Лин отдыхала, положив голову на плечо Се Цзюэ в карете, когда та внезапно остановилась.
Она открыла глаза и подняла голову, гадая, что случилось.
В этот момент снаружи раздался серьёзный голос Пэй Юаня:
— Ваше Высочество, я только что получил срочное сообщение от господина Чэня. Это дело огромной важности и требует вашего немедленного решения.
Се Цзюэ спросил:
— Что такое?
Голос Пэй Юаня был чрезвычайно серьёзным:
— Ваше Высочество, расследование местонахождения Лин Лин, порученное господину Чэню, дало результаты. Неожиданно она в столице.
Зрачки Юнь Лин задрожали от этих слов.
Се Цзюэ осведомился:
— Где именно в столице?
Пэй Юань помедлил, прежде чем торжественно произнести:
— Полагаю, Вашему Высочеству и госпоже Юнь лучше увидеть это самим. — Затем он передал письмо.
