Контент удален!

Род Шэнь был семьёй военных, поэтому их владения отличались простором. В заднем дворе даже стояла площадка для боевых искусств, где Шэнь Чуньсян упражнялась каждый день.

К сожалению, сегодня шёл дождь, иначе она непременно показала бы Юнь Лин несколько приёмов.

Придя в задний двор, госпожа Шэнь увидела, что Шэнь Чуньсян привела молодую гостью. Она подошла и, взглянув на неё, тотчас улыбнулась:

— Неужели это госпожа из усадьбы Сяо? Слышала, ты близка с нашей Чуньсян. Впервые тебя вижу.

Юнь Лин поклонилась госпоже Шэнь:

— Юнь Лин из семьи Сяо приветствует госпожу Шэнь.

Госпожа Шэнь оглядела Юнь Лин, и глаза её наполнились восхищением. Она быстро сказала тепло:

— Приходи почаще.

Затем с шутливой ноткой добавила:

— Моя Чуньсян немного неуклюжа. Немногие девушки согласны с ней играть. Редко найдётся та, кто не против.

Шэнь Чуньсян недовольно возразила:

— Мама, что ты говоришь! Кстати, где отец?

Госпожа Шэнь тотчас ответила:

— Твой отец в кабинете. У него важные дела, так что постарайся его не беспокоить.

— Кстати, твоя кузина тоже здесь.

— Почему она опять пришла?

Шэнь Чуньсян нахмурилась, явно недолюбливая кузину. Затем она сразу повела Юнь Лин обратно в свой двор.

Весенний дождь продолжал падать.

Служанка принесла две чашки чая с восемью сокровищами и немного сушёных фруктов.

Шэнь Чуньсян вздохнула, глядя на дождь за окном:

— Ну и погода, ни с того ни с сего пошёл дождь. Но ничего, ты уже покинула дворец, так что у нас будет много возможностей играть вместе в будущем.

Она спросила:

— Жизнь за пределами дворца намного свободнее?

Юнь Лин тоже посмотрела на непрерывно падающий за окном дождь, сырой и липкий:

— Да. Я всегда завидовала тебе — свободной и ничем не связанной.

— Ничего, теперь ты тоже можешь быть свободной, — беззаботно сказала Шэнь Чуньсян. — Но мы обе взрослеем, и ещё не замужем. Люди о нас судачат. Хорошо, что кузина не пришла в мой двор, иначе пришлось бы терпеть её язвительные замечания. Мне всё равно. Те хилые и нежные молодые господа в столице, никто из них мне не подходит. Два удара — и они окоченеют, как доски. Я просто буду жить так. Мои родители уже перестали давить после стольких лет.

Юнь Лин позабавило её описание:

— Кроме слабых учёных, разве нет и воинов?

— Как только я вижу воина, мне хочется с ним сразиться. Как я могу выйти за него? В общем, я ещё не нашла того, кого полюблю, так что замуж не выйду!

Юнь Лин замолчала.

Любовь...

Что такое любовь? Привычка — это любовь? Забота — это любовь? Или любовь — это компромисс?

Казалось, она не знала, каково это — любить кого-то.

— А ты? — внезапно спросила Шэнь Чуньсян. — Ты такая красивая, наверняка многие знатные молодые господа хотят на тебе жениться. У тебя есть кто-нибудь?

Юнь Лин не ожидала такого внезапного вопроса, помедлила и на мгновение застыла.

Спустя мгновение она покачала головой и тихо сказала:

— Сейчас меня устраивает всё как есть.

Не желая продолжать этот разговор, Юнь Лин перевела тему.

Пока они беседовали, погода прояснилась. Однако земля ещё не высохла, и день не годился для верховой езды.

Шэнь Чуньсян сказала:

— Здесь душно. Пойдём прогуляемся по саду.

***

В просторном кабинете Се Цзюэ сидел в кресле с высокой спинкой, держа в руках чашку с узором из извилистых ветвей. Он отпил глоток, затем поставил чашку.

Сегодня он пришёл за советом к Шэнь Юцзюню.

Шэнь Юцзюнь, хоть и несколько упрямый, был верен и добился немалых успехов в военном командовании.

— В последнее время среди офицеров армии много происшествий. Они в основном молоды и горячи, легко поддаются чужому влиянию. Если так продолжится, боевой дух армии пострадает. Я пришёл просить вашего наставления, генерал Шэнь.

— Ваше Высочество слишком добры, — быстро ответил Шэнь Юцзюнь.

Раз Его Высочество наследный принц лично посетил его усадьбу, Шэнь Юцзюнь, естественно, не стал отказываться отвечать.

Хотя наследный принц прежде прослыл тираном, не годным в мудрые правители, Шэнь Юцзюнь поначалу думал так же.

Потому он так яростно противился новым указам наследного принца.

Однако факты доказали, что этот наследный принц Великой Цзинь, будучи холодным и безжалостным человеком, обладал острым политическим умом, решительными и беспощадными методами и выдающимися достижениями. Меньше чем за год его авторитет вырос день ото дня.

Теперь все чиновники при дворе безоговорочно следовали за наследным принцем. Они лишь сожалели, что старый император ещё не умер, иначе наследный принц давно взошёл бы на трон.

Хотя он и был могущественным наследным принцем, он также умел обращаться с талантливыми людьми с уважением, иначе не пришёл бы в его усадьбу лично.

Шэнь Юцзюнь чувствовал и признательность, и честь, и поделился всем своим жизненным опытом в командовании войсками.

Время текло медленно.

Дождь на улице давно прекратился. Шэнь Юцзюнь, высказавшись со страстью, наконец замолчал.

Се Цзюэ кивнул и поднялся из кресла:

— Этот визит принёс мне большую пользу. Благодарю, генерал Шэнь.

Шэнь Юцзюнь сказал:

— Служить Вашему Высочеству — честь для меня. Уже поздно. Не желает ли Ваше Высочество остаться на скромную трапезу перед отъездом?

— Нет, у меня дела во дворце, — ответил Се Цзюэ.

Шэнь Юцзюнь почтительно проводил его. Главный евнух Ань, держа тонкую бархатную накидку, быстро набросил её на Се Цзюэ.

Се Цзюэ вышел с бесстрастным лицом, Шэнь Юцзюнь почтительно следовал за ним, провожая.

Покидая кабинет, им пришлось пройти через длинный коридор.

Се Цзюэ последние дни был крайне занят. Выйдя из кабинета, он устал и страдал от ужасной головной боли. От этого выражение его лица стало ещё суровее.

Видя это, главный евнух Ань не удержался:

— Ваше Высочество слишком много работает в последние дни. Вернувшись во дворец, вам следует отдохнуть.

Се Цзюэ бросил на него взгляд, и главный евнух Ань быстро замолчал.

***

Шэнь Чуньсян собиралась показать Юнь Лин боевое упражнение, но едва они дошли до сада, как увидели приближающуюся кузину с улыбкой. Она вежливо приветствовала:

— Меня зовут Цун Ин, старшая госпожа Сяо. Приветствую вас.

Юнь Лин только ответила на приветствие, как услышала, что Цун Ин пренебрежительно говорит:

— Кузина, такой девушке, как ты, следует прекратить заниматься боевыми искусствами. Если другие увидят, скажут, что ты неженственна. Разве это не позор для тётушки?

Шэнь Чуньсян тотчас возразила с неудовольствием:

— Я думала то же самое о твоих жеманных манерах. Почему бы тебе не изменить это?

Глаза Цун Ин тотчас наполнились слезами, она жалобным голосом сказала:

— Я делаю это для твоего же блага.

Шэнь Чуньсян не уступила кузине ни на шаг:

— Блага? Ты вмешиваешься в то, что тебя не касается!

Юнь Лин смотрела, как две кузины препираются, совершенно ошеломлённая.

Она также заметила, что после трёх лет Шэнь Чуньсян, казалось, перестала заботиться о том, что думают другие, поэтому могла так дерзко отвечать. Потому что такие слова больше её не ранили.

Люди меняются. Чтобы перейти от колебаний к убеждённости, сколько трудностей и боли нужно вынести, прежде чем решиться? Возможно, знают только они сами.

Погружённая в мысли, Юнь Лин увидела, как Шэнь Чуньсян обернулась и сказала ей:

— Не обращай на неё внимания, моя кузина просто немного назойлива, ха-ха.

Цун Ин так разозлилась, что готова была топнуть ногой.

Юнь Лин не могла кивнуть в знак согласия в присутствии кузины и уже собиралась что-то сказать, как краем глаза заметила знакомую, отчуждённую фигуру, и тело её застыло.

Ему следовало быть в Восточном дворце — почему он в усадьбе Шэнь?

Тотчас до её ушей донёсся потрясённый голос Цун Ин:

— Это Его Высочество наследный принц!

— Его Высочество наследный принц действительно пришёл в усадьбу Шэнь!

Неожиданно встретив его здесь, Юнь Лин невольно сжала пальцы, опущенные вниз.

Она уже всё выяснила с ним — им не следует встречаться в это время.

Но он всё же наследный принц, он правитель, а она подданная. Нет причины не выразить почтение наследнику престола.

Даже если она не хотела его видеть, раз они столкнулись, избежать не удастся.

Как раз когда она колебалась, Цун Ин внезапно схватила её за запястье.

***

Главный евнух Ань увидел, что наследный принц внезапно остановился неизвестно почему. Выражение его лица мгновенно изменилось; тонкие губы плотно сжались, брови нахмурились.

Он проследил за взглядом наследного принца.

Наследный принц, который всегда планирует стратегически и всегда побеждает, теряет самообладание только при виде одного человека — и этот человек...

Главный евнух Ань повернул голову и, как и ожидал, увидел спину Юнь Лин в саду.

Казалось, она пыталась их избежать.

Как раз когда он собирался безмолвно вздохнуть, он внезапно увидел, как довольно юная девушка схватила Юнь Лин за руку и повела к ним.

Вскоре, вместе с госпожой Шэнь, все трое предстали перед Се Цзюэ.

Все трое поклонились вместе.

Юнь Лин держала голову опущенной, ни униженно, ни надменно, с безупречной учтивостью. Однако это была лишь безупречный поклон, ничего более.

Се Цзюэ, однако, не спешил велеть им подняться.

Атмосфера в саду мгновенно затихла, совершенно неподвижная, даже ветер, казалось, остановился.

Спустя, казалось, долгое время его равнодушный голос наконец раздался сверху:

— Встаньте.

Когда Юнь Лин снова подняла глаза, она увидела лишь тёмный край его одежды, скользнувший мимо неё.

Он уже ушёл.

Юнь Лин тихо выдохнула, помедлила, затем сказала Шэнь Чуньсян:

— Уже поздно, мне пора возвращаться.

Шэнь Чуньсян стала уговаривать её остаться:

— О, не останешься ли на ужин перед уходом?

Юнь Лин покачала головой:

— Нет, у меня дела дома.

Видя это, Шэнь Чуньсян не стала настаивать, но прошептала Юнь Лин на ухо:

— Ты только что видела Его Высочество, почему ты, казалось, не хотела подходить и приветствовать его? Что случилось?

Его Высочество наследный принц всегда благоволил Юнь Лин, даже пришёл в усадьбу Сяо на её банкет.

Так почему же атмосфера только что казалась такой странной?

И Его Высочество наследный принц даже не взглянул на Юнь Лин перед уходом, могло даже показаться, словно он держался отчуждённо.

Юнь Лин не могла ей слишком много объяснить, лишь сказала:

— Ничего, я просто на мгновение отвлеклась.

Шэнь Чуньсян кивнула и больше не спрашивала.

Затем Юнь Лин повернулась и направилась прямо обратно в усадьбу Сяо.

***

Внутри дворца наследного принца.

Главный евнух Ань поспешил за наследным принцем, который широким шагом вошёл в кабинет. Сердце его переполняла тревога, он не знал, что делать.

Старшая госпожа Сяо была так холодна с Его Высочеством, и настроение Его Высочества сейчас явно ужасное! Выражение его лица стало таким мрачным.

От этого спина главного евнуха Аня покрывалась холодом.

В последние дни Его Высочество был ещё страшнее, чем Яма из преисподней, словно вернулся к тому, каким был, когда только взошёл на пост наследного принца — холодным и неприступным.

Он был таким и в те годы, когда старшая госпожа Сяо отсутствовала.

И причина всего этого в том, что старшая госпожа Сяо и Его Высочество снова отдалились.

Всё шло хорошо, но внезапно обернулось вот так.

Вздохнув про себя, Ань Чжун почтительно подал чашку тёплого чая. Подумав, он осторожно решился спросить:

— Старшая госпожа Сяо была в усадьбе Шэнь. Возможно, её пригласила госпожа Шэнь?

— Ваше Высочество... почему вы ушли?

В мыслях Се Цзюэ промелькнуло её лицо, побледневшее в тот момент, когда она его увидела, то, как она быстро опустила голову и даже не взглянула на него. Она поспешила обратно в усадьбу Сяо, не задерживаясь ни на мгновение.

Он чувствовал, как накатывает ужасная головная боль, выражение его лица было мрачным, как вода в глубоком колодце. Не в силах больше сдерживать эмоции, он сжал чашку, вены на тыльной стороне ладони вздулись.

— Она избегает меня, как чумы, она замышляет держаться от меня подальше, а я должен за ней гнаться?

Сердце главного евнуха Аня задрожало от страха, он не посмел произнести больше ни слова.

Се Цзюэ с силой швырнул чашку на пол, поддерживая лоб одной рукой. Прилив ярости наполнил его глаза.

— Вон! Все вон!

Дворцовые слуги в зале, перепуганные, бросились прочь. Даже Ань Чжун не посмел задержаться.

***

Юнь Лин вернулась в усадьбу Сяо и увидела, как Се Цзиньцзя идёт навстречу с округлившимся животом:

— А Лин, ты вернулась!

— На улице дождь. Ты с Шэнь Чуньсян училась ездить верхом?

Юнь Лин покачала головой:

— Нет, я просто посидела в усадьбе Шэнь.

Се Цзиньцзя надула губы:

— Ты наконец выбралась, и какая жалость, что всё так вышло.

— Знала бы, пошла бы с вами. Дома просто невыносимо душно.

Её заставили сидеть дома из-за беременности.

Юнь Лин слабо улыбнулась:

— Осталось недолго, всего два-три месяца. Как только ребёнок родится, ты сможешь покидать усадьбу и выходить гулять.

При упоминании ребёнка лицо Се Цзиньцзя озарилось мягким сиянием, рукой она погладила живот.

В это время вернулся и Сяо Цибай.

Се Цзиньцзя тотчас подошла к нему:

— Муж.

На улице моросил дождь. Сяо Цибай отложил зонт, велев слуге взять его, и стряхнул влагу с одежды, прежде чем подойти.

Он говорил мягким тоном:

— На улице прохладно. Почему вы обе стоите здесь? Берегитесь, как бы не простудиться.

Се Цзиньцзя сказала:

— Я в тёплом плаще, мне хорошо. А вот А Лин одета довольно легко.

Юнь Лин улыбнулась:

— Мне пора возвращаться. Брат, проводи и невестку.

Вернувшись в свою комнату и переодевшись, она услышала стук в дверь.

Это бабушка прислала кого-то передать, что хочет её видеть. Она сказала, что нашла для неё несколько буддийских сутр.

Когда она пошла, то и поужинала с бабушкой.

Жизнь была именно такой: обыденной, неторопливой, мирной.

Никаких интриг, никакого принуждения.

Получив сутры, Юнь Лин вошла в маленький буддийский алтарь.

Как дочь, она никогда ничего не делала для матери. Она хотела переписать для неё буддийские сутры, молясь, чтобы в следующей жизни та была беззаботна, счастлива и спокойна, больше не обременена мирскими делами.

***

В глубокой, тихой ночи карета внезапно остановилась у ворот, и кто-то вышел и постучал в дверь усадьбы Сяо.

Слуга, почти уснувший, протёр глаза и открыл дверь, глаза его расширились от изумления.

В тихом буддийском алтаре Юнь Лин, обратившись к свечам по обе стороны, опустив голову, тщательно переписывала сутры, слово за словом.

Снаружи послышались мягкие шаги, и затем Юнь Лин услышала голос главного евнуха Аня.

Главный евнух императорского дворца прибыл в усадьбу Сяо посреди ночи.

Тело её напряглось.

Она отложила кисть и обернулась, увидев лишь, как главный евнух Ань отослал молодого евнуха взмахом руки стоять на страже снаружи, прежде чем войти одному.

Он подошёл к Юнь Лин, лицо его было полно тревоги, почти готовое расплакаться:

— Его Высочество с момента возвращения во дворец постоянно занимается государственными делами и не отдыхал как следует. Если так продолжится, даже железное тело не выдержит! Но характер Его Высочества довольно вспыльчив, и дворцовые слуги не смеют к нему приближаться. Боюсь, только вы, старшая госпожа Сяо, можете его образумить!

— Старшая госпожа Сяо, прошу, пойдёмте со мной во дворец!

Бледно-розовые пальцы Юнь Лин, скрытые в рукавах, крепко сжались, ногти впились в ладонь.

Ночной ветер хлопал дверью.

Последовало долгое молчание.

Юнь Лин медленно подняла глаза, голос её был мягким:

— В качестве кого мне туда идти?

С этими словами она отвернулась, снова опустившись на колени на молитвенном коврике, ожесточая сердце:

— Мы с Его Высочеством больше не господин и слуга, не муж и жена.

— Прошлое осталось в прошлом. Я не желаю входить во дворец, не хочу быть наследной принцессой, и... я никогда его не любила. Так в качестве кого мне идти его уговаривать? На этом этапе лучше нам не вмешиваться в жизнь друг друга.

— Евнух Ань, раз у меня нет чувств к нему и я больше не желаю его обманывать, мне не следует его больше провоцировать. Прошу, возвращайтесь.

— Надеюсь, вы посоветуете Его Высочеству беречь здоровье.

Если она пойдёт снова, то снова запутается с ним.

Её желанием всегда было стать как Шэнь Чуньсян, однажды быть свободной и ничем не связанной. И она не любила его, ей не нравились его принуждение и властность. Она никогда не хотела быть его собственностью и не желала быть запертой во дворце. Раз всё выяснено, не должно быть больше никаких привязанностей.

Юнь Лин снова взяла кисть, её хрупкая спина была непреклонной.

— Евнух Ань, вам не следовало покидать дворец в такой час. Это против дворцовых правил.

Лицо Ань Чжуна наполнилось тревогой:

— Этот слуга пришёл сюда тайно посреди ночи, рискуя наказанием, но просто не было другого выхода.

— Этот слуга не понимает, как вы и Его Высочество дошли до этого. Его Высочество за всю жизнь питал чувства только к вам. Неужели у вас совсем нет чувств к Его Высочеству?

Но когда Его Высочество был ранен, старшая госпожа Сяо ухаживала за ним день и ночь, её глаза даже налились кровью — это не было притворством. Старшая госпожа Сяо всегда спокойна и рассудительна, но когда Его Высочество был ранен, она долго плакала — это тоже не было притворством!

Он видел это своими глазами!

Юнь Лин опустила глаза и промолчала.

Ань Чжун вздохнул. Видя, что ничего не может сделать, он мог лишь уйти.

Покидая усадьбу Сяо, Сяо Сянцзы обеспокоенно спросил:

— Евнух Ань, что нам теперь делать?

Ань Чжун это только озадачило:

— Ты меня спрашиваешь, а у кого мне спросить?!

***

Юнь Лин не согласилась на просьбу главного евнуха Аня. Приняв решение, она не могла больше колебаться.

В последующие дни жизнь Юнь Лин вернулась к спокойному и мирному ритму.

Она управляла домашними счетами и несколькими лавками, оставшимися от матери, ежедневно проверяя книги и управляя делами. Она иногда болтала с бабушкой и принцессой, иногда ходила в храм зажечь благовония и переписать сутры для родной матери.

Она проводила полные дел дни, не зная праздности.

Днём, когда солнце приятно светило, Юнь Лин с бабушкой прогуливались по саду. Она только что закончила проверять счета лавок матери — годы беспорядочных записей вызвали у неё ужасную головную боль.

После двух кругов Юнь Лин кое-что сказала бабушке:

— Бабушка, как вы знаете, моя мать, Лин Лин, была из клана Линь в Юньцзэ. Ей пришлось бежать в столицу, потому что Линь Ихай тайно её преследовал.

— Теперь, когда Линь Ихая не стало, выяснилось, что клан Линь искал мать все эти годы. В прошлом месяце я отправила письмо новому главе клана Линь, сообщив ему о смерти матери. Сегодня утром я получила ответ. Глава клана Линь сказал, что у него есть некоторые вещи матери и документы на её прежнее поместье, и он желает прислать их.

Старая госпожа Сяо, естественно, согласилась:

— Это вещи твоей матери, их, естественно, следует прислать. Что касается поместья, клан Линь по доброте возвращает его тебе и твоему брату. Ты должна принять.

— Клан Линь — семья твоей матери и Цибая, это ваши кровные родственники. Теперь, когда вы с Цибаем выросли и способны, вы, естественно, должны делать всё возможное, чтобы их защитить.

Юнь Лин кивнула:

— Да.

— Тогда внучка пошлёт весточку главе семьи Линь и попросит их приехать в столицу.

Старая госпожа Сяо ответила, с любовью похлопав внучку по руке, и затем с улыбкой сказала:

— Цветы в саду в этом году необычайно красивы.

Меняя тему, она добавила:

— Но они не сравнятся с сияющей красотой моей внучки.

Юнь Лин моргнула:

— Бабушка, почему вы вдруг это сказали?

Старая госпожа Сяо улыбнулась и покачала головой, ничего не говоря.

Юнь Лин не могла понять, в чём дело, но не стала спрашивать и продолжила прогулку с бабушкой.

***

Тем временем Великий наставник Сяо покинул дворец после заседания.

Позади него чиновник в пурпурном халате, с седой от возраста бородой, догнал его:

— Великий наставник Сяо, подождите, подождите!

Это был министр Ван, главный цензор Столичного надзорного управления.

Великий наставник Сяо остановился.

Министр Ван подошёл и сказал:

— Я слышал, ваша пропавшая внучка нашлась? Поздравляю, поздравляю!

Великий наставник Сяо взмахнул рукавом:

— Если есть что сказать, говорите прямо. В моём возрасте у меня нет времени ходить вокруг да около.

Министр Ван рассмеялся от души:

— Я слышал, ваша внучка исключительно благовоспитанна и способна. Ну так вот, у меня тоже есть довольно скромный внук. Он немного упрям. Его отправили служить за пределы столицы на два года, прежде чем он вернулся, и он всё ещё не женат.

Великий наставник Сяо нахмурился и задумался:

— Ваш старший внук?

— Да.

— Он уже не молод, не так ли?

— Ему двадцать два, — сказал министр Ван. — Но будьте уверены, у него совершенно нет связей с женщинами. Даже если были, я уже всё уладил. Гарантирую, ваша внучка не потерпит никаких обид.

Великий наставник Сяо задумчиво погладил бороду. Министр Ван не преувеличивал.

Старший внук министра Вана был довольно образован, и его семья у него строгая, в отличие от типичных избалованных молодых господ.

Он не планировал искать пару для внучки так скоро после её обретения.

Но в последние дни министры стали как собаки, почуявшие кровь, многие приходили осведомиться.

Некоторые семьи, привлечённые красотой его внучки, но недовольные тем, что она была Шангун, хотели взять Юнь Лин в наложницы или вторые жёны. Он отчитал этих людей, вернув им разум.

Но это предложение... приемлемо.

Подумав, Великий наставник Сяо сказал:

— Это дело всё же зависит от желания моей внучки. Я попрошу её бабушку спросить её, когда вернёмся домой.

Министр Ван охотно согласился.

После ухода обоих мужчин два молодых евнуха, стоявших на страже у ворот, осторожно подняли глаза и поспешили во дворец.

***

В огромном и внушительном зале царил разгром: пол усеяли осколки фарфора.

Несколько евнухов стояли на коленях на земле, дрожа.

Се Цзюэ опёрся руками на стол, длинные чёрные волосы рассыпались. Прозвучал его голос, холодный, как бездонная пропасть:

— Повтори.

Один из стоявших на коленях евнухов, дрожа, заикаясь, проговорил:

— Господин Ван обратился к Великому наставнику Сяо по поводу брачного предложения. Его внук желает жениться на старшей госпоже Сяо. Великий наставник Сяо, казалось... казалось... весьма доволен, — он стиснул зубы. — Похоже, он собирается согласиться.

Тишина, тяжёлая и удушающая, опустилась на зал после его слов.

***

Юнь Лин в последнее время проводила некоторое время, переписывая сутры в буддийском зале каждый вечер, приходя после ужина.

Бабушка только что прислала кого-то сказать, что хочет поговорить с ней о чём-то завтра утром. Она не знала, о чём, но скоро узнает.

Свет свечей по обе стороны падал на её светлое лицо, делая её ещё более кроткой.

Тщательно и внимательно поставив последний штрих, Юнь Лин медленно отложила кисть.

В это время подошла Люйи:

— Госпожа, уже поздно. Не желаете ли вернуться в комнату отдохнуть?

Юнь Лин растёрла слегка затекшие запястья и кивнула.

Люйи, неся лампу, пошла впереди, освещая путь. Ночь стояла тихая и неподвижная, лунный свет, как вода, струился вниз, ясный и холодный, пронизанный безмятежностью.

Внезапно Люйи остановилась.

— Что такое? — спросила Юнь Лин.

Люйи отошла в сторону и прошептала:

— Госпожа, главный евнух Ань прибыл.

Главный евнух Ань и молодой евнух приблизились:

— Старшая госпожа Сяо.

Юнь Лин помедлила:

— Почему вы пришли снова, евнух Ань? Я уже сказала, что не войду во дворец.

Главный евнух Ань быстро ответил:

— На этот раз я пришёл не по своей воле. Его Высочество требует вашего присутствия.

— Прошу, пойдёмте со мной, старшая госпожа Сяо.

Дыхание Юнь Лин перехватило.

Спустя мгновение она снова отказалась:

— Я не могу идти. Прошу, возвращайтесь, евнух Ань.

Глаза главного евнуха Аня расширились:

— Старшая госпожа Сяо, вы ослушиваетесь прямого приказа!

— Я женщина внутренних покоев. Как я могу входить и выходить из дворца ночью? Если это станет известно, это повредит репутации семьи Сяо. Прошу, не ставьте меня в трудное положение, евнух Ань. Возвращайтесь и передайте мой отказ Его Высочеству, — Юнь Лин покачала головой и повернулась, чтобы уйти.

Не успела она сделать и двух шагов, как из лунных ворот появилась высокая фигура в тёмной одежде. Он широким шагом направился к ней, лицо его было мрачным, когда он схватил её за запястье:

— Значит, даже евнух Ань не смог тебя уговорить, так?

Юнь Лин подняла взгляд, дрожа.

Он пришёл сам.