Покинув павильон Благостного Сердца, Юнь Лин не стала спешить обратно в Ведомство Шангун.

Она не была особенно расстроена. Наследный принц был просто её повелителем. Но если так продолжится, если он будет постоянно придираться к ней, как же она сможет управлять Шестью ведомствами?

При этой мысли даже ей стало немного душно.

Она покачала головой, вспомнив, что после полудня у неё дела, и заставила себя прекратить думать об этом.

***

Это был первый раз, когда Му Ланьжу вошла во дворец после шести лет. После обеда она не хотела отдыхать, поэтому взяла двух служанок и вышла прогуляться.

Следуя по извилистой тропинке у павильона Вэнь Шуй, служанка Цуй Люй сказала:

— Госпожа, вы ведь в детстве часто приходили во дворец играть с Его Высочеством наследным принцем? Поэтому вы так хорошо знаете эти тропы, верно?

Другая служанка, Чжу Хун, сказала:

— Как только вы увидите Его Высочество наследного принца, те высокомерные девушки, которые смотрят на всех свысока, не смогут украсть у вас славы.

Особняк маркиза Юншэнь уже приходил в упадок. До того, как Шестой принц стал наследным принцем, Му Ланьжу была просто неудачливой молодой госпожой из семьи маркиза в столице, незначительной среди столичных знатных девушек и постоянно остававшейся в тени.

Пока Шестой принц не взошёл на Восточный дворец. Хотя он и не жаловал милостей особняку маркиза Юншэнь, поскольку её мать была тётей наследного принца, состояние их семьи также возросло вместе с его возвышением.

Только тогда люди постепенно начали замечать её.

Она верила, что когда станет наследной принцессой, те, кто когда-то пренебрегал ею и смотрел на неё свысока, все преклонят перед ней колени.

Она верила, что воспоминания о её детстве с кузеном вернутся к нему, как только он снова увидит её.

С этой мыслью уверенная улыбка заиграла на губах Му Ланьжу. Все трое продолжили идти вперёд, уже выйдя за пределы павильона Вэнь Шуй.

Внезапно служанка Чжу Хун указала вперёд и сказала:

— Госпожа, посмотрите туда.

Му Ланьжу проследила за её взглядом и увидела восьмиугольный павильон, окружённый многочисленными дворцовыми слугами и стражниками.

А внутри павильона стоял мужчина в дорогом вышитом золотом халате, его фигура была высокой и прямой. Даже видя только его профиль, Му Ланьжу узнала его мгновенно. Это был никто иной, как Его Высочество наследный принц.

Кроме того, только наследный принц мог иметь такую многочисленную свиту во дворце.

Неожиданно наткнувшись на наследного принца во время лёгкой прогулки, Му Ланьжу мгновенно обрадовалась:

— Это Его Высочество наследный принц.

Цуй Люй немедленно сказала:

— Тогда, госпожа, нам стоит подойти и засвидетельствовать почтение? Это редкая и хорошая возможность.

Му Ланьжу посмотрела на сцену в павильоне и покачала головой:

— Подождём немного. Его Высочество, вероятно, всё ещё ведёт серьёзный разговор.

Кроме наследного принца, в павильоне также находилась женщина в форме чиновницы. Если Му Ланьжу не ошиблась, цвет указывал на пятый ранг.

Чиновницы пятого ранга во внутреннем дворце были Шангун Шести ведомств. Если так, то они, вероятно, обсуждали важные дела. Она ни в коем случае не могла прерывать их сейчас.

Примерно через время, равное половине времени сгорания палочки благовоний, служанка Чжу Хун напомнила ей:

— Госпожа, та чиновница ушла!

Му Ланьжу быстро поправила одежду и грациозной походкой направилась к павильону.

Как только она достигла входа в павильон, её остановили два стражника, скрестивших руки.

Му Ланьжу быстро сделала реверанс и сказала тем, кто был в павильоне:

— Му Ланьжу, законная дочь из особняка маркиза Юншэня, случайно забрела сюда и заблудилась. Я пришла просить аудиенции у моего кузена наследного принца.

Кузен наследный принц…

Окружающие дворцовые слуги переглянулись.

Она и правда кузина наследного принца.

Теперь даже два стражника не знали, следует ли им останавливать её.

Улыбка заиграла на губах Му Ланьжу. Она полагала, что даже спустя столько лет её кузен, наследный принц, не совсем забыл её.

Услышав её имя, он непременно выйдет к ней.

Простояв внизу довольно долго, спустился евнух в одежде высокопоставленного чиновника.

Это был главный евнух Ань Чжун, старший чиновник на службе у наследного принца.

Му Ланьжу просияла уверенной улыбкой:

— Это мой кузен желает меня видеть?

Главный евнух Ань нахмурился:

— Госпожа Му, Его Высочество не примет вас.

Вздох. В этом павильоне Благостного Сердца все знают, что после ухода госпожи Юнь Шангун Его Высочество был в ярости. Эта кузина довольно бестактна, чтобы прийти и беспокоить его в такое время.

Это только ещё больше разгневает Его Высочество, и те, кто служит ему, пострадают.

Поэтому он поспешил выйти, чтобы отослать её.

Улыбка застыла на губах Му Ланьжу. В неверии она сказала:

— Как такое возможно… Разве дворцовые слуги не передали? Я из особняка маркиза Юншэня...

Главный евнух Ань улыбнулся, но прервал её напрямую:

— Госпожа Му, прошу вас! Не нарушайте покоя Его Высочества.

Наследный принц не мог не слышать; он слышал прекрасно, но даже не удосужился поднять голову.

Лицо Му Ланьжу было некрасивым; она чуть не прикусила губу до крови.

Её кузен, наследный принц, только что разговаривал с той чиновницей. Почему он не хочет видеть её теперь?

Краем глаза она заметила, что евнух держит копию журнала наблюдений.

Должно быть, та чиновница приносила эту книгу?

В её голове пронеслась тысяча сложных мыслей. Му Ланьжу заставила себя снова надеть мягкую улыбку на лицо:

— Тогда я навещу Его Высочество в другой раз.

Она поспешно повернулась и ушла.

Только когда они отошли далеко от павильона Благостного Сердца, её служанка Цуй Люй с тревогой сказала:

— Госпожа… почему наследный принц не захотел вас видеть? Разве вы не говорили…

Пальцы Му Ланьжу побелели:

— Молчи! Что ты знаешь?

Когда Его Высочество был в беде, особняк маркиза Юншэня избегал участия и никогда не предлагал помощи. Естественно, Его Высочество затаил обиду. Это правильно, что он не захотел меня видеть.

Но даже так, он всё равно выбрал её для входа во дворец. Разве это не означает, что, хотя он и держит обиду на особняк маркиза Юншэня, он всё ещё испытывает к ней чувства?

Чжу Хун воскликнула:

— Что же нам тогда делать?

Му Ланьжу бессознательно теребила руки, обдумывая решение.

Она попыталась успокоить нервы:

— Всё в порядке. Как только Его Высочество увидит меня, всё будет хорошо.

В её сознании всплыл журнал. Если она не ошиблась, эту книгу вела Шангун, записывая каждое их слово и действие в Императорском саду.

Женская интуиция подсказывала ей, что эта Шангун занимает важное место в сердце наследного принца. В противном случае он не доверил бы такое важное дело, как выбор наложниц, чиновнице.

Её кузен вызвал Шангун, а её саму не впустили. Неужели она действительно менее важна, чем какая-то низкая Шангун?

Как раз в этот момент мимо прошло несколько дворцовых служанок, их приглушённые голоса бормотали слова «Юнь Гу-гу».

— Вчера Юнь Гу-гу принесла мне тарелку зелёных лепёшек, они были особенно вкусными.

— Неужели так вкусно? Я тоже хочу попробовать!

— Если такие вкусные, просто попроси у Юнь Гу-гу. Она такая открытая, чего ты боишься?

Две девушки смеялись и играли.

— Если спросить меня, только у Юнь Гу-гу есть такие вкусные вещи.

— Конечно же, вкусные! Это всё подарки от Его Высочества наследного принца!

После того как несколько дворцовых служанок ушли, Му Ланьжу спросила:

— Эта Юнь Шангун, каково её происхождение?

Перед тем как прибыть, маркиза Юншэнь специально проинструктировала Чжу Хун, чтобы та дала Му Ланьжу некоторые наставления, и она кое-что знала о Юнь Шангун.

— Она была простой служанкой, которая убиралась и подметала, а теперь она единственная чиновница в Восточном дворце, пользующаяся благосклонностью принца.

— Маркиза специально велела мне не обижать её и обязательно расположить её к себе.

Му Ланьжу повернула голову и свирепо уставилась на Чжу Хун:

— Моя мать хочет, чтобы я подлизалась к дворцовой служанке?

Она могла унижаться перед теми знатными девушками из влиятельных семей, это было нормально, но теперь она должна подлизываться к чиновнице?

Кроме того, хотя она теперь и чиновница, раз она так обласкана наследным принцем, она, вероятно, не удовлетворится простой должностью Шангун.

В будущем она, возможно, станет её самой большой соперницей; нельзя недооценивать её.

Если она не ошиблась в павильоне Благостного Сердца, выражение лица Юнь Шангун, когда она уходила, тоже было неприятным, возможно, её отчитали.

Если так, то она должна ухватиться за эту возможность.

***

В тот же день после полудня Юнь Лин в сопровождении Шанъи У и двух чиновниц из Ведомства этикета появилась в павильоне Вэнь Шуй.

Девушки уже отдохнули и сидели по обе стороны зала.

Юнь Лин, одетая в малиновое одеяние чиновницы, появилась на пороге, и дворцовые слуги с обеих сторон почтительно поклонились.

Даже девушки, сидевшие внизу, быстро встали и хором произнесли:

— Юнь Гу-гу.

Одна из них украдкой подняла глаза и, увидев Юнь Лин, подумала: Так вот она, Юнь Шангун, которая будет нас оценивать?

Хотя она была одета в строгое официальное одеяние и не наряжалась нарочно, выглядела она не слишком старой, а её внешность была поразительной. По сравнению со знатными девушками, присутствовавшими здесь, она ничуть не уступала.

В Восточном дворце есть такая красивая чиновница.

Присутствующие девушки невольно насторожились.

Юнь Лин приказала двум чиновницам позади неё раздать экзаменационные листы. Затем мягким голосом сказала:

— Эта служанка по приказу Его Высочества принесла цветущую ветку персика в горшке. Прошу вас, госпожи, сочинить стихотворение в честь персиковых цветов, используя это как тему.

После оценки Юнь Лин собрала листы с ответами и поклонилась девушкам:

— Ужин готов. Надеюсь, вы хорошо отдохнёте сегодня ночью.

Хотя это называлось банкетом любования цветами, на самом деле это был не более чем отборочный тест для супруги наследного принца.

Но они пробыли во дворце целый день и так и не увидели наследного принца.

Среди них Аньфу Цзюньчжу первой спросила:

— Могу ли я спросить, Юнь Гу-гу, когда Его Высочество наследный принц призовёт нас? Мы хотели бы подготовиться.

Юнь Лин с улыбкой покачала головой:

— Я не знаю. Я не смею подвергать сомнению распоряжения Его Высочества.

Сказав это, она поклонилась и ушла; в Ведомстве Шангун ещё оставалась работа.

Будучи единственной чиновницей во всём дворце, было неизбежно, что несколько девушек бросились за ней, ухватившись за возможность подлизаться.

Чжоу Сянцзюнь с презрением смотрела на их поведение, усмехаясь:

— Такая грандиозная демонстрация от простой чиновницы! Она так высокомерна, что даже Аньфу Цзюньчжу должна смотреть на неё. Если не знать, можно подумать, что она хозяйка этого Восточного дворца.

— Верно, я просто не выношу её мелочное поведение. Неужели, попав в Восточный дворец, знатная девушка из благородной семьи должна будет смотреть в лицо такой низкой дворцовой служанке, как она?

— С таким лицом, кто знает, что она на самом деле из себя представляет наедине? Возможно, она лисица-оборотень, соблазняющая принца —

Му Ланьжу быстро остановила их:

— Хватит, Сянцзюнь, не говори больше... В конце концов, она Шангун; мы не можем позволить себе обидеть её. Нам нужно быть с ней осторожными, если мы хотим иметь место в этом Восточном дворце. В противном случае, если мы обидим её, кто знает, как она всё перевернёт перед принцем?

***

Цзян Цинвань, дочь военного министра, и Линь Юаньчжи, дочь министра общественных работ, остановили Юнь Лин:

— Юнь Гугу, подождите.

Юнь Лин обернулась:

— Госпожа Цзян, госпожа Линь, что я могу для вас сделать?

Цзян Цинвань жестом велела своей служанке позади неё вручить подарок:

— Я встретила вас, Юнь Гу-гу, во время последней охоты и была совершенно очарована. Сегодня ваша простая одежда всё ещё поразительна. Это новые румяна из столичной парфюмерной лавки — они довольно хороши. Это небольшой знак моего восхищения.

Линь Юаньчжи поспешно добавила:

— Я тоже, я тоже. Это выпечка из кондитерской Су Сян, Юнь Гу-гу. Никакого другого смысла, просто маленький знак нашего уважения. Пожалуйста, примите это.

Юнь Лин собиралась вежливо отказаться. Она бы не приняла даже одной монеты, не то что коробки румян.

Как раз в этот момент появилась группа людей, возглавляемая Аньфу Цзюньчжу Мужун Сюэ, которая быстро приближалась.

Чжоу Сянцзюнь, увидев сцену перед собой, прикрыла рот платком и тихо рассмеялась:

— Ой, я думала, кто это. Это же Цзян Цинвань и Линь Юаньчжи. Тайно подлизываетесь к Юнь Шангун здесь? Надеетесь, что она поставит вам хорошие оценки?

Цзян Цинвань и Линь Юаньчжи быстро замахали руками:

— Нет, нет, ни в коем случае!

Мужун Сюэ приблизилась с холодным лицом и остановилась перед Юнь Лин:

— Хотя ты и Шангун, обласканная Его Высочеством наследным принцем и поэтому назначенная на этот банкет любования цветами, ты в конечном счёте всего лишь низкая чиновница. Как ты смеешь предавать доверие наследного принца и тайно брать взятки?

— Низкая чиновница, размахивающая куриным пером как указом, поистине возомнившая себя необыкновенной и рождённой для величия?

Увидев это, Цзян Цинвань и Линь Юаньчжи так испугались, что не могли вымолвить ни слова.

Юнь Лин не понимала, почему Аньфу Цзюньчжу внезапно напала на неё и таким резким тоном.

Однако, проведя столько лет во дворце, она переживала и худшее.

Такие прямые и высокомерные оскорбления не могли взволновать её.

Она спокойно ответила:

— Ваше Высочество ошибается. Те так называемые взятки, о которых вы упомянули, я как раз собиралась отклонить. Кроме того, хотя я и отвечаю за банкет любования цветами, все вопросы в конечном счёте решаются Его Высочеством. Я лишь отвечаю за организацию.

Она спокойно и ясно разъяснила все недоразумения.

В этот момент служанка Аньфу Цзюньчжу прошептала ей:

— Действительно, она всего лишь низкая уборщица. Даже когда её унижают, она не смеет ничего сказать, только кротко оправдывается.

Услышав это, Аньфу Цзюньчжу стала ещё более самодовольной:

— Значит, у Юнь Шангун абсолютно нет намерения брать взятки?

Юнь Лин:

— Нет.

— Хорошо, давай поступим так, — Мужун Сюэ бросила свой платок в грязную воду и злорадно сказала: — Юнь Гу-гу, сними обувь и носки и сама зайди в воду подобрать мой платок, и я тебе поверю, как тебе такое?

Её служанка Сяо Лю подхватила:

— Конечно! Она всего лишь служанка, привыкла к таким делам.

Чжоу Сянцзюнь тоже посмотрела на Юнь Лин, её слова выражали беспокойство, а на самом деле она тайно наслаждалась зрелищем:

— Быстрее поднимите, госпожа Шангун. Аньфу Цзюньчжу просит вас о такой малости.

— Неужели Аньфу Цзюньчжу просит о чём-то невозможном?

— Именно.

Все взгляды были устремлены на Юнь Лин.

Аньфу Цзюньчжу высоко держала голову, глядя сверху вниз.

Среди бела дня она явно намеревалась унизить Юнь Лин.

Чиновницы позади Юнь Лин не смели говорить, хотя были полны гнева.

Видя, что Юнь Лин не двигается, Аньфу Цзюньчжу повелительно и громко скомандовала:

— Подними!

Все смотрели на неё с насмешливым выражением, ожидая, что она смущённо полезет в воду за платком.

Взглянув на нескольких человек позади Аньфу Цзюньчжу, Юнь Лин медленно изогнула губы в лёгкой, спокойной улыбке и сказала ни смиренно, ни высокомерно:

— Боюсь, я не смогу этого сделать.

Мужун Сюэ мгновенно пришла в ярость:

— Ты…!

Юнь Лин продолжила:

— Если бы Ваше Высочество действительно случайно уронили вещь, я бы с радостью помогла. Но Ваше Высочество явно…

— Пытается унизить меня.

Мужун Сюэ больше не скрывала своих намерений, её улыбка была злобной:

— Что с того, если я тебя унижаю? Ты, ничтожная…!

— Хотя я и ничтожная чиновница, я также самая высокопоставленная чиновница в Восточном дворце, назначенная Его Высочеством наследным принцем организовать банкет любования цветами. Тем не менее, Ваше Высочество осмеливается унижать меня на глазах у всех. Это ничем не отличается от унижения Восточного дворца, унижения Его Высочества наследного принца, — голос Юнь Лин был спокоен, глаза встретились с глазами Мужун Сюэ, и она произносила каждое слово чётко. — Разве Ваше Высочество не знает этого?

Лицо Мужун Сюэ мгновенно побледнело:

— Я... я не это имела в виду... Ты лжёшь! Я просто хотела проучить тебя, я не хотела унизить Восточный дворец…

— Его Высочество проявляет уважение к герцогу Цин, поэтому я тоже оказываю Вашему Высочеству некоторое уважение. Но Ваше Высочество, только что войдя во дворец, уже отчитывает чиновниц, создавая себе репутацию суровой особы. Если это станет известно, не повредит ли это репутации Вашего Высочества? Вашему Высочеству не следует портить себе будущие перспективы из-за минутного гнева. Если вы публично унизите Восточный дворец, сколько уважения останется у особняка герцога Цин?

Она говорила спокойно, чётко и с невозмутимым выражением лица.

Мужун Сюэ никогда не представляла, что дело зайдёт так далеко. Её лицо стало мертвенно-бледным, она почти пошатнулась.

— Я…

Её служанка Сяо Лю быстро поддержала её:

— Ваше Высочество, вы просто придирались к чиновнице, и к тому же она первой хотела взять взятку! Она даже осмелилась угрожать вам!

Сяо Лю говорила возмущённо, с презрением глядя на Юнь Лин:

— Вы должны просто унизить её сегодня и посмотреть, что она сможет сделать!

Юнь Лин даже не взглянула на неё, прямо приказав двум чиновницам позади неё подойти и схватить её.

Две чиновницы немедленно шагнули вперёд, схватили Сяо Лю и не давали ей двигаться.

Выражение лица Юнь Лин не изменилось:

— Дайте ей пощёчину.

Сяо Лю отчаянно извивалась на земле, крича:

— Как ты смеешь! Я личная служанка Аньфу Цзюньчжу! Как ты смеешь ударить меня…!

Не успела она договорить, как чиновница отвесила ей звонкую пощёчину, от которой она вскрикнула от боли.

Прежде чем Аньфу Цзюньчжу успела заговорить, Юнь Лин сказала:

— Служанка, которая обманывает вышестоящих и предаёт свою госпожу. Сегодня я, ничтожная служанка, возьму на себя смелость проучить её за вас.

С этими словами чиновница обыскала одежду Сяо Лю и нашла свёрток серебра.

Хотя прошёл всего один день, Юнь Лин уже поняла, что Аньфу Цзюньчжу не хватает такой хитрости; это внезапное нападение на неё было необычным.

И служанка рядом с ней говорила странно, постоянно разжигая конфликт.

Глаза Аньфу Цзюньчжу расширились, и она отреагировала, указывая на Сяо Лю:

— Чьё серебро ты взяла? Осмелилась предать эту Цзюньчжу, я заставлю тебя заплатить!

Сяо Лю плакала и мотала головой, затем упала в обморок от страха.

Юнь Лин обернулась:

— Каждое слово и действие на этом банкете любования цветами будет доложено Его Высочеству. Даже если вы, госпожи, станете знатными и выдающимися в будущем, сейчас вам не разрешено действовать безрассудно в Восточном дворце.

— Если кто-то из присутствующих не желает участвовать в этом банкете любования цветами, пусть подаст заявление об отказе. Я не буду вас останавливать.

Чжоу Сянцзюнь и её спутницы побледнели от страха.

— Госпожа Шангун, простите нас.

Они привыкли вести себя высокомерно и властно дома, и, видя, что Юнь Лин кажется мягкой, они обнаглели и стали безрассудными. Только сейчас они внезапно осознали истинный статус Шангун Восточного дворца и методы, которыми она обладала, чтобы достичь такого положения.

Не говоря уже о служанке, даже если бы сегодня ошиблась одна из них, наказание Шангун было бы оправданным.

Мужун Сюэ смотрела на бессознательную Сяо Лю, её губы слегка дрожали, она не знала, что делать.

Даже в своей глупости она понимала, что сегодня её использовали как пешку в чужой игре. Но, будучи Цзюньчжу, у неё не было причин опускать голову и извиняться перед чиновницей.

Она напрягла шею, не уступая и не извиняясь.

Юнь Лин никогда и не намеревалась заставлять Аньфу Цзюньчжу извиняться перед ней. Однако, если бы её действия сегодня были одобрены, предстоящий банкет любования цветами погрузился бы в хаос.

Наказав её служанку, вопрос можно было считать улаженным.

У неё не было намерения враждовать с этими девушками из знатных семей, но, будучи Шангун Шести ведомств, если бы она даже не обладала этими средствами контроля, неужели они действительно думали бы, что она бесхребетная тряпка?