Рано утром, не зная, зачем она понадобилась жене наместника, Юнь Лин нанесла макияж, переоделась и последовала за слугой, пришедшим с вестью, в резиденцию наместника Лю.
Войдя в усадьбу Лю, она увидела двух молодых девушек в гусино-жёлтых халатах, игравших вместе. Одной было шестнадцать лет, другой четырнадцать, и через год младшей предстояло достичь совершеннолетия. Обе девушки унаследовали черты матери — нежные и красивые. У наместника Лю и его жены были две дочери и сын. Обе отличались необыкновенной красотой, но сын пошёл в отца — упитанный и довольно коренастый.
Он был известным в уезде Мэйян распутным молодым господином, не отличавшимся тягой к учёбе. К счастью, в душе он не был плохим человеком, просто слишком любил пустить пыль в глаза и покрасоваться.
Лёгок на помине — Лю Дай прибежал, восклицая:
— Я уж думал, отчего это сад сегодня вдруг засиял и заблистал! Оказывается, госпожа Му удостоила нас своим присутствием!
Он покачивал головой взад-вперёд, приговаривая:
— Госпожа Му, с вашей белой кожей и нежными чертами вы словно маленькая фея, спустившаяся с небес, чтобы усладить наши взоры.
Юнь Лин привыкла к его манерам. Хотя сначала ей было неловко, теперь она оставалась невозмутимой, лишь поклонилась и сказала:
— Господин Лю.
Лю Дай немедленно отозвался:
— Не нужно со мной церемоний! Хотя я самый выдающийся и красивый молодой господин в уезде Мэйян, на самом деле я вполне открыт. Не нужно нервничать.
Юнь Лин лишь молча кивнула, не говоря больше ни слова.
Лю Дай снова спросил:
— Госпожа Му, зачем вы так рано пришли в усадьбу Лю? Может, чтобы повидаться со мной?
Слуга рядом быстро сказал:
— Госпожа пригласила госпожу Му по делу.
— А, вот оно что.
Увидев это, Юнь Лин воспользовалась моментом:
— Не стоит заставлять госпожу ждать. Я не буду беспокоить господина Лю, позвольте мне удалиться.
— Идите, идите, — с улыбкой сказал Лю Дай. После ухода Юнь Лин, провожая взглядом её изящную спину, Лю Дай вздохнул:
— Жаль. Почему она вдова?
Слуга рядом сказал:
— Я тоже считаю госпожу Му красивой, господин, если вам нравится…
Веер Лю Дая с хлопком ударил слугу по голове.
— Она красива, да, но она вдова постарше. Я могу оценить её красоту, но не более.
— Если бы это был кто-то другой, женщина низкого происхождения, это не имело бы значения, но моя мать никогда не позволит мне жениться на вдове! У тебя вообще есть мозги?!
Слуга быстро ответил:
— Да, да, господин. Как сын наместника, вы не можете жениться на вдове.
Лю Дай снова почесал затылок, озабоченно думая:
— Но все ли служанки из княжеских домов так моложавы? Госпоже Му уже двадцать пять?!
Юнь Лин хорошо знала мысли Лю Дая. Просто Лю Дай был пустозвоном, и его слова раздражали, но до физических действий не доходило. Он не стал бы серьёзно за ней ухаживать.
Даже госпожа Лю не беспокоилась. Иначе она не приглашала бы её в усадьбу.
Госпожа Лю уже ждала во дворе. Увидев прибывшую Юнь Лин, она быстро встала:
— Принесите госпоже Му чашку молочного чая.
Затем она сказала Юнь Лин:
— Госпожа Му, присаживайтесь. Мне очень жаль, что пришлось вызвать вас так рано. У меня есть одно дело, в котором я очень надеюсь на вашу помощь.
Юнь Лин кивнула:
— Госпожа, говорите.
Госпожа Лю жестом велела служанке рядом позвать старшую дочь:
— Иди, Ланьэр, поприветствуй учительницу.
Лю Сылань послушно подошла и поклонилась:
— Приветствую учительницу.
Юнь Лин немедленно поддержала её за руку:
— Встаньте.
Подняв взгляд на госпожу Лю, она спросила:
— Госпожа, простите моё непонимание, что всё это значит?
Госпожа Лю велела кому-то развернуть свиток и показать его Юнь Лин. С ноткой волнения она сказала:
— Я слышала, что князь Линьцзэ уже два года как вдовец и в следующем году собирается снова жениться. Поскольку это повторный брак, он не ограничен статусом жены; даже дочь мелкого чиновника подойдёт. Моя Ланьэр очень красива, но её этикет в уезде Мэйян оставляет желать лучшего. Я подумала, что госпожа Му, прибывшая из княжеского дома в столице, наверняка знает этикет и дворцовые правила в совершенстве. Не могли бы вы обучить мою Ланьэр? Тогда, когда она поедет участвовать в отборе, ей не будет недоставать манер. Возможно, она даже сможет произвести впечатление.
Князь Линьцзэ… Юнь Лин кое-что помнила об этом князе.
Князь Линьцзэ, младший брат императора Цзиннина, восемнадцатый по счёту. У него не было больших амбиций, и в шестнадцать лет его отправили в Юньцзэ, даровав титул князя Линьцзэ. Он был князем, ведущим беззаботную жизнь.
В этом году… ему двадцать шесть. Не то чтобы слишком стар, но Сылань всего шестнадцать — разница в возрасте довольно большая. Разве это подходит?
Юнь Лин задумалась на мгновение и мягко попыталась отговорить:
— Госпожа, знаете ли вы, что князю Линьцзэ уже двадцать шесть? Сылань ещё молода; боюсь, это не совсем уместно…
Госпожа Лю удивлённо воскликнула:
— Откуда вы вообще знаете возраст князя Линьцзэ?
Юнь Лин помедлила:
— Я кое-что слышала, когда была в столице.
Госпожа Лю внезапно поняла. Затем она сказала:
— Хотя ему двадцать шесть, мы с мужем обдумали это. Князь Линьцзэ — человек мягкий. Тот факт, что князь три года скорбел по жене, прежде чем устроить повторный брак, показывает, что он человек чувствительный, тем более что у него ещё нет детей!
Это и правда звучит довольно убедительно. К тому же не её дело вмешиваться в дела семьи наместника.
Сылань тоже сказала:
— Учительница, Сылань тоже имеет такое стремление.
Только если она будет учить Сылань, что тогда будет с её другими делами…
Юнь Лин подумала мгновение и с озабоченным видом попыталась отказаться:
— Хотя я и жила в княжеском доме, я никогда формально не преподавала этикет. Боюсь, я не смогу быть хорошей учительницей. К тому же у меня есть другие…
Госпожа Лю прямо схватила Юнь Лин за руку:
— Госпожа Му, не скромничайте. Я знаю, вы хорошо учите.
— Разве вы не хорошо обучаете тех детей?
Госпожа Лю сразу поняла, что Юнь Лин боится, что если она будет учить Сылань, никто не позаботится о других детях. Она знала, что Юнь Лин выделила комнату, чтобы обучать бедных детей, которые не могли позволить себе школу.
Видя искренность приглашения госпожи Лю, Юнь Лин долго размышляла, наконец решившись:
— Я знаю, вы искренни, госпожа, но я действительно не могу бросить детей. Я готова учить госпожу Сылань, но надеюсь, что вы согласитесь на одно условие.
Госпожа Лю с готовностью сказала:
— Госпожа Му, говорите.
— Попросите наместника разрешить мне открыть школу, чтобы учить детей читать и писать. Со школой я смогу нанять учителя, чтобы он взял на себя занятия, и те дети не останутся без присмотра, а у меня будет время учить госпожу Сылань.
Теперь, когда её жизнь мирная и беззаботная, открытие школы — её мечта.
Вероятно, из-за собственного детства она хочет сделать всё возможное, чтобы помочь другим детям жить лучше. Умение читать и писать никогда не будет лишним.
Госпожа Лю колебалась:
— Это, вероятно…
Женщина, открывающая школу — неслыханно.
Юнь Лин не торопилась. Она говорила ясно и спокойно, объясняя пункт за пунктом.
— Раз я стала учительницей госпожи Сылань, я наставница дочери наместника. Что плохого в том, чтобы использовать этот статус для открытия школы? — продолжила Юнь Лин. — Кроме того, после введения новых указов наследным принцем условия были смягчены; нет постановления, запрещающего женщинам управлять школами. А после открытия школы я найму учёного в качестве учителя.
Она изучила этот вопрос. Открыть частную школу или библиотеку на самом деле не так уж сложно; всё, что требуется, — нанять учёного в качестве учителя. Сложность заключалась в том, что она женщина, а значит, не могла этого сделать. Ни один учёный не согласился бы работать на вдову.
Но с одобрения наместника всё было бы по-другому.
Госпожа Лю удивлённо воскликнула:
— Госпожа Му, как и ожидалось от той, кто пришла из княжеского дома, ваши взгляды поистине необыкновенны.
— В таком случае я поговорю с мужем и дам ответ госпоже Му.
Юнь Лин ответила:
— Благодарю вас, госпожа. Тогда я буду ждать ваших добрых вестей.
Выйдя из усадьбы Лю, она прошла мимо доски объявлений.
Та была совершенно пуста.
Наследный принц, разыскивая её, по сути, расставил широкую сеть. Ордера на арест были разосланы по всей стране.
Сначала ей приходилось снова и снова менять обличье и прятаться, проводя много времени в отдалённой сельской местности. К счастью, Му Дун помогала ей заметать следы и уклоняться от обнаружения. В конце концов они остановились на нынешних личностях, получив все необходимые документы и удостоверения. Поскольку её личность так отличалась от Юнь Лин, и они изменили внешность во время побега, портрет в розыске не соответствовал её нынешней внешности. Так что никто никогда не подозревал их. К тому времени, как они добрались до Цзэчжоу, прошёл год, и даже чернила на объявлениях о розыске выцвели.
Юнь Лин сделала брови тоньше. Теперь, когда она выходила, она добавляла родинки под глазами и по обе стороны носа. Она тщательно корректировала форму глаз с помощью макияжа и использовала румяна, чтобы изменить и подчеркнуть щёки, делая их более полными. Тем, кто видел Юнь Лин раньше, пришлось бы взглянуть дважды. Ещё труднее было тем, кто видел объявление о розыске всего один или два раза, тем более что изображение было не очень чётким.
Юнь Лин и Му Дун прожили в Цзэчжоу два года, и даже жена наместника не узнала бы её. Теперь она могла жить спокойно.
В Цзэчжоу, за тысячи ли отсюда, она и Се Цзюэ никогда больше не встретятся в этой жизни.
Если не случится ничего непредвиденного, она проживёт здесь мирную жизнь до самой старости. Если найдётся подходящий и достойный мужчина, она выйдет замуж. Если нет, она и её старшая сестра Му Дун будут жить вместе долго и счастливо.
Возможно, потому, что вопрос об открытии школы близился к разрешению, Юнь Лин сегодня была в очень хорошем настроении. По дороге домой она купила свинины и говяжьих костей, планируя добавить два блюда к обеду.
Разогрев котелок, Юнь Лин налила масло, затем положила нарезанное мясо и обжарила до появления аромата. Наконец, добавила соль и соевый соус, влила горячую воду и бросила большую горсть сушёной горчицы, начав тушить.
Вскоре аромат наполнил весь двор.
Даже соседка, госпожа Чжан, учуяв запах, крикнула:
— Госпожа Му, сегодня купили мясо?
В уезде Мэйян обычные семьи готовят мясо только по праздникам или особым случаям. В обычные дни они в лучшем случае добавляют немного мяса в блюда; редко покупают такие большие куски.
Госпожа Чжан, жившая по соседству с Юнь Лин, всю жизнь прожила в уезде Мэйян. Её младший брат работал стражником в канцелярии уездного начальника, а старший сын был торговцем, так что их семья была относительно зажиточной и регулярно ела мясо. Но она не могла понять, как Юнь Лин готовит мясо, что оно всегда так вкусно пахнет.
Младшему сыну госпожи Чжан было всего семь или восемь лет. Учуяв восхитительный аромат, он подбежал и заглянул через забор, его глаза широко раскрылись от желания.
Дети всегда падки на вкусности, но Сяо Хуцзы был хорошим мальчиком и никогда не плакал и не клянчил еду. Он просто смотрел на Юнь Лин своими большими влажными глазами, растапливая её сердце.
Когда соус загустел, Юнь Лин сняла крышку с котелка. Тушёная свинина с сушёной горчицей, нежная и нежирная, была готова.
Юнь Лин взяла миску и положила Сяо Хуцзы несколько кусков мяса.
Сяо Хуцзы сладко улыбнулся и вежливо сказал:
— Спасибо, сестра Му.
Госпожа Чжан тоже улыбнулась:
— Не балуйте этого сорванца. Он только и думает, что о еде; он уже такой толстый!
Она обернулась и принесла из дома немного свежих фруктов, чтобы Мясо Хуцзы их отнёс.
Две семьи жили по соседству и были в хороших отношениях; они часто обменивались мелкими подарками.
Юнь Лин с улыбкой приняла их. Когда они закончили есть, Му Дун вернулась из мастерской «Юньи».
На столе стояло блюдо тушёной свинины с сушёной горчицей, миска супа из говяжьих костей и гарнир из жареной зелени. Му Дун ахнула, её глаза засияли:
— Сегодня такой богатый обед!
Обе наслаждались едой и питьём, их жизнь была мирной и стабильной. И она, и Юнь Лин были очень довольны. Они обе надеялись, что эта мирная жизнь продлится как можно дольше.
Когда они сели есть, Юнь Лин рассказала Му Дун о том, зачем её сегодня искала госпожа Лю.
Му Дун, услышав о такой хорошей возможности, тоже очень обрадовалась:
— Надеюсь, наместник Лю согласится.
Юнь Лин кивнула:
— Будем ждать вестей от госпожи Лю.
Как только она закончила говорить, снаружи послышались шаги. Юнь Лин услышала голос Чжан У, младшего брата госпожи Чжан.
Было довольно шумно.
Через некоторое время госпожа Чжан пришла поговорить с Юнь Лин и Му Дун, её лицо выражало потрясение, голос звучал преувеличенно:
— Невероятно! Я слышала, что наместник выбирает красавиц со всего округа, чтобы представить их вышестоящим властям. Наместник сказал, что это уникальная возможность, и желающие могут зарегистрироваться в уездной управе!
Юнь Лин нахмурилась. Что происходит в Цзэчжоу? Почему наместник вдруг решил выбрать красавиц для отправки в столицу? И к какому высокопоставленному чиновнику их отправят?
В отдалённом уезде Мэйян новости доходили с трудом.
Госпожа Чжан встревоженно сказала:
— Госпожа Му, боюсь, вас могут выбрать.
Красота обеих сестёр была довольно заметна в уезде Мэйян; если кто и заслуживал звания красавицы, так это эти две сестры.
Юнь Лин покачала головой и с улыбкой сказала:
— Этот отбор для молодых красивых женщин. Моя сестра и я довольно стары, и я к тому же вдова. Зачем им выбирать нас?
Не говоря уже о том, что они были одними из лучших торговцев в уезде Мэйян, платили значительные налоги, и госпожа Лю хотела, чтобы она учила Сылань. Было ясно, что её не выберут.
Хотя она так сказала, Юнь Лин не знала, насколько срочным было это дело. Она боялась, что приказы сверху строги, и если наместник Лю не сможет найти подходящих кандидаток, он может снизить возрастное ограничение.
Тогда сестре Му Дун грозила опасность.
Юнь Лин прождала дома полдня.
Наконец госпожа Лю прислала человека с сообщением, что наместник Лю согласился на её просьбу.
Юнь Лин вздохнула с облегчением.
Раз он согласился на её просьбу, она теперь учительница Сылань. Было ясно, что ни её, ни Му Дун не выберут в кандидатки. И, наконец, она сможет открыть свою школу!
***
Полмесяца спустя…
Несколько дней подряд шёл сильный дождь. Небо было серым и хмурым, земля превратилась в грязное месиво из размокшей грязи.
Несмотря на это, подготовка в управе наместника велась уже несколько дней, люди усердно убирали и подметали каждый день, не оставляя ни одного листика.
Уличных торговцев разогнали, а все повреждённые участки поспешно отремонтировали. Всё было не только безупречно чисто, но и украшено красивыми шёлковыми лентами. Управа наместника находилась в состоянии повышенной готовности.
Перед управой Цзэчжоу наместник У Мин, помощник наместника Ду Тайань и несколько магистратов и уездных начальников с тревогой ждали.
Но уже прошёл полдень, а прибытие всё задерживалось. У Мин так нервничал, что ладони вспотели.
Внезапно послышался слабый стук копыт, и глаза У Мина расширились.
Они прибыли!
Вскоре группа всадников спешилась первой, образуя охраняемую линию по обе стороны управы.
Затем раздалось глубокое, звучное ржание, и с коня соскочил высокий молодой человек в тёмно-зелёном охотничьем костюме.
Наместник У Мин и другие не смели поднять головы, быстро опустившись на колени для приветствия:
— Ваши подчинённые чиновники приветствуют молодого господина!
Шесть месяцев назад в регионе Юньцзэ произошло сильное наводнение. Императорский двор выделил двести тысяч лян серебра на помощь пострадавшим, но деньги бесследно исчезли, как только попали в Юньцзэ. Двор несколько раз отправлял следователей, но всё безрезультатно; некоторые чиновники даже потеряли жизни в процессе.
Наследный принц пришёл в ярость и приказал Чэнь Чжаню, сыну герцога Чэня и главному судье Верховного суда, прибыть в Юньцзэ для тщательного расследования.
Цзэчжоу был его первой остановкой.
Ходили слухи, что этот молодой господин Чэнь питал слабость к красивым женщинам. Чтобы угодить его вкусам, У Мин, получив известие, организовал отбор красавиц из различных уездов.
Холодный голос, подобный звону нефрита, раздался сверху:
— Встаньте.
— Да.
У Мин и чиновники за ним поднялись на ноги. Как только У Мин поднял голову, он остолбенел, чуть не рухнув на землю.
Перед ними стоял мужчина в расшитом золотом охотничьем костюме, высокий и прямой, с холодным и суровым выражением лица.
Эта непревзойдённая аура благородства и власти… это был не Чэнь Чжань, сын герцога; это был явно Его Высочество наследный принц!
Наследный принц… тайно приехал в Цзэчжоу!
***
Наместник Цзэчжоу уже приготовил для наследного принца роскошную и удобную резиденцию.
В комнатах разместили всё, что только можно было представить, — редкости и сокровища.
Ань Чжун, путешествовавший в карете, где его укачало, спешил изо всех сил, и наконец прибыл в Цзэчжоу через два часа.
В комнате, подобострастно и льстиво, говорил У Мин:
— Ваше Высочество почтили Цзэчжоу своим присутствием — это благословение для народа Цзэчжоу. Я, от имени народа Цзэчжоу, благодарю Ваше Высочество!
Он добавил:
— Дорога, должно быть, была утомительна. Я приготовил банкет в честь Вашего Высочества.
Се Цзюэ, переодевшись в обычную одежду, просто сказал:
— Уходите.
— Да, — поспешно ответил У Мин.
После ухода У Мина Ань Чжун немедленно подошёл помочь Се Цзюэ поправить одежду, в душе испытывая некоторую неприязнь. Он думал, что наместник У Мин чрезмерно льстив и угодлив, почти затмевает его, высокопоставленного чиновника Восточного дворца. Те, кто не знает, могли бы подумать, что он тоже служил в Двенадцати императорских управлениях!
Только он переоделся, как прибыл Пэй Юань:
— Ваше Высочество, я обнаружил, что до вашего прибытия в Цзэчжоу наместник отбирал красавиц и собрал большое количество серебра. Неясно, собирался ли он подкупить молодого господина или использовать красавиц, чтобы соблазнить его.
— Хотя Ваше Высочество прибыли, отобранные им красавицы уже находятся в заднем дворе. Вероятно, они будут выступать на банкете позже.
На первый взгляд наместник Цзэчжоу выглядит обычным, некомпетентным чиновником. Однако средства на помощь пострадавшим были потеряны на его территории, и даже чиновники, расследовавшие это дело, были убиты недалеко от Цзэчжоу. Однако тот факт, что это так очевидно, вызывает подозрения.
Прибытие наследного принца в Цзэчжоу не было предназначено для того, чтобы остаться незамеченным У Мином. Вся Великая Цзинь знает, что человек, расследующий дело в Юньцзэ, — главный судья Верховного суда, а не наследный принц. Теперь он хотел посмотреть, как поведёт себя У Мин. Перед приездом в Юньцзэ многие Цзиньивэй тайно наблюдали за различными областями. Если в других частях Юньцзэ произойдёт что-то необычное, У Мин не сможет избежать ответственности. Если ничего не произойдёт, значит, кто-то намеревается сделать У Мина козлом отпущения.
Се Цзюэ надел верхний халат и повернулся:
— Тогда пойдём посмотрим, что он задумал.
***
Внутри роскошного банкетного зала столы ломились от изысканных яств и отличного вина, ослепительного разнообразия деликатесов, чьи ароматы наполняли воздух.
Даже сосуды для вина были золотыми и инкрустированными драгоценностями.
Золотые нефритовые занавеси ещё больше подчёркивали роскошь.
У Мин явно приложил все усилия, чтобы угодить наследному принцу.
Как только Се Цзюэ вошёл и сел, все чиновники встали и поклонились:
— Приветствуем молодого господина Чэня.
Поскольку наследный принц совершал частный визит под видом молодого господина Чэня, его истинная личность не была раскрыта публично. Только У Мин знал истинную личность наследного принца, поэтому он по-прежнему обращался к нему как к молодому господину Чэню.
Се Цзюэ взглянул на деликатесы на столе, его тон был ровным:
— Садитесь.
Увидев, что наследный принц сел, улыбка У Мина стала шире, когда он с готовностью стал льстить:
— Для меня большая честь, что молодой господин Чэнь удостоил нас своим присутствием. Я предлагаю вам тост, господин.
Се Цзюэ поднял кубок:
— За всех вас.
Комната немедленно наполнилась благодарственными возгласами.
После трёх чарок вина У Мин подумал: Наследный принц редко посещает Цзэчжоу; нужно развлечь его с умом, возможно, завоевать расположение. Все мужчины ценят красоту.
Поставив кубок, он почтительно поклонился:
— Молодой господин Чэнь, зная о вашем визите, я специально организовал красивое танцевальное представление для вашего удовольствия.
Се Цзюэ опёрся рукой на лоб, затем небрежно махнул, давая разрешение.
Главный евнух Ань, переодетый слугой, с тревогой наблюдал. В Юньцзэ часто шли дожди; он боялся, что у наследного принца снова разболится голова.
Увидев это, У Мин с гордостью хлопнул в ладоши.
Немедленно группа танцовщиц в вуалях вошла процессией, зазвучала красивая музыка. Грациозные танцовщицы изящно двигались в центре, их рукава развевались — захватывающее зрелище.
Музыка закончилась, и все танцовщицы встали в центре, ожидая указаний от сидящих наверху.
У Мин смело крикнул, приказывая всем танцовщицам поднять головы.
Се Цзюэ, раздражённый, внезапно замер.
Без выражения он встал и спустился вниз, сорвав вуаль с танцовщицы в центре.
Увидев это, У Мин внутренне возрадовался.
Похоже, наследный принц нашёл ту, кто ему понравилась!
Но в следующее мгновение наследный принц, который на протяжении всего банкета оставался бесстрастным и безучастным, внезапно взорвался яростью! Он пнул ближайший винный столик, разбив его вдребезги:
— Вон! Все вон!
Танцовщицы в страхе и панике немедленно отступили.
У Мин в ужасе рухнул на колени, за ним последовали остальные чиновники, все дрожали.
Никто не понял причины внезапного гнева наследного принца.
Се Цзюэ, у которого пульсировала голова, молча повернулся и ушёл.
У него только что случился приступ головокружения.
Это было совершенно нелепо.
Ань Чжун быстро последовал за ним, думая, что У Мин — покойник.
Даже он не поверил своим глазам, когда увидел ту танцовщицу.
У неё были глаза, удивительно похожие на глаза госпожи Юнь.
Однако, когда вуаль сняли, оказалось, что это совершенно другое лицо.
Конечно, госпожа Юнь не могла быть здесь.
Прошло три года. Госпожа Юнь исчезла три года назад, и, несмотря на то, что наследный принц разослал повсеместные ордера на арест, о ней нет никаких вестей.
В последние годы во дворце никто не осмеливается произносить её имя; неосторожное упоминание, дошедшее до ушей наследного принца, влечёт за собой суровое наказание.
Не только упоминание её имени запрещено, но и существование кого-либо, даже отдалённо напоминающего её, недопустимо.
Наследный принц явно питает сильную ненависть к госпоже Юнь.
