Рариен беззастенчиво подбирала только те слова, которые он ненавидел. Николас почувствовал себя жалко за то, что подтолкнул её произнести слова, которые не стоило слушать.

─ Секс, говоришь. Я священник. Ты тоже монахиня. Ты осознаешь, насколько кощунственны твои слова в данный момент?

─ Я знаю, но Ваше Преосвященство же проповедовал, не так ли? Во имя Бога нет ничего невозможного. Невозможное создаётся нашими слабыми умами, так что бросай вызов, хватайте и наслаждайтесь.

Чем больше он слушал, тем абсурднее это становилось. Это же не была проповедь, предназначенная для сексуальных отношений.

Николас нахмурился, слушая её безупречные софизмы.

Рариен Клод точно помнила содержание проповеди и применяла его по своему усмотрению. Больше не было ни одного такого безумного фанатика, как она.

─ Значит, ты собираешься использовать мою проповедь, чтобы поступить со мной по-своему?

─ …Поступить по-своему? Я… я никогда не осмелилась бы совершить такое кощунственное деяние по отношению к Вашему Превосходительству…

─ Молчи.

Откуда взялась эта притворная скромность? Николас резко прервал Рариен. Она споткнулась, пытаясь продолжить.

─ В любом случае, я не буду трогать те места, которые Вашему Превосходительству не нравятся… В конце концов, вы всё равно вставите его в меня. Вам просто нужно толкать, пока не кончите. Как вам такое?

─ ……

─ Разве это не намного лучше, чем использовать руку?

Подумать только, что он соглашался со словами этой жуткой женщины. В душе поднялось глубокое чувство отвращения к самому себе. С другой стороны, его терпение иссякало, и он больше не мог этого выдержать. Это будет его первый половой акт. Грубо говоря, он был девственником. Нормально ли делать это с этой сумасшедшей женщиной?

Нет, а почему секс вообще важен? Девственность или что-то в этом роде — придавать этому значение было бессмысленно.

Так что это был просто акт выделения. Избавление от грязи в грязном месте. Если подумать, никого подходящего больше, чем эта сумасшедшая женщина, не было.

─ Ты можешь пообещать? — Спросил Николас с полусмиренным сердцем. 

К удивлению, при таком прямолинейном ответе глаза Рариен немного расширились.

─ Что?

─ Ты сказала, что поклянешься. Давай составим тот договор, на котором ты настаивала, принесем клятву Господу и пообещаем унести сегодняшние события с собой в могилу. Как только избавление закончится, ты чисто и окончательно откажешься от меня и больше никогда не появишься передо мной.

─ Да, конечно. Я всё это сделаю. Но здесь нет бумаги…

─ Устный договор — это всё равно договор. Считаем, что всё три условия выполнены.

─ Вам действительно не нужен письменный договор?

Учитывая, насколько он обычно был дотошен, Рариен наклонила голову, удивлённая столь неформальным подходом к заключению договора.

─ Зато, если ты нарушишь договор, я сам решу, какое наказание тебе назначить. Как тебе такое?

─ Можете сказать, каким будет наказание? Мне нужно морально подготовиться.

─ Зачем, ты собираешься его нарушить?

─ Н-нет, дело не в этом…

─ Забудь, давай отменим всё.

Рариен замахала рукой.

─ Нет, вы же сказал, что это договор. Мне кажется, важно чётко оговорить основные условия…

Несмотря на её нерешительность и суетливость, в том, как она вела дела, было что-то странно компетентное. Увидев это, он невольно рассмеялся, не веря своим глазам.

─ Если ты нарушишь договор, как я уже говорил, я направлю тебя в Комитет по этике и буду настаивать на суровом наказании. Что будет после этого, ты хорошо знаешь.

Как он и предупреждал ранее. Тогда это было предупреждением, но теперь стало реальностью.

─ Будучи одержимой демоном, соблазняя других по своему усмотрению и развращая их, ты предстанешь перед судом Инквизитора.

─ ……

Действительно. Николас говорил о том исходе, которого Рариен боялась больше всего. Вернуться живой после встречи с Инквизитором — это было немыслимо. Одной только мысли об этом ей казалось, будто печень сжимается до размера фасоли.

Но может, всё-таки стоит? Рариен на мгновение засомневалась, но вскоре пришла к однозначному выводу.

Её единственным желанием было хотя бы раз переспать с Николасом Рейнхартом перед смертью. Согласившись на его условия, она сможет исполнить это желание.

─ Я никогда не отказываюсь от сказанного. Вы всё ещё согласны?

Чтобы осуществить своё заветное желание, да и учитывая, что ей осталось жить недолго, она ничего не боялась. Рариен крепко сжала кулак.

─ …Хорошо. Я согласен.

Тем не менее, ей нужно было кое-что прояснить.

─ Взамен, если вам удастся эякулировать, пожалуйста, забудьте о том, чтобы отправлять меня в Комитет по этике. Я… я обязательно сдержу своё обещание отступить.

— Хорошо, тогда раздевайся.

Николас кивнул подбородком, говоря это. В его жесте проскальзывало раздражение, словно он имел дело с чем-то надоедливым.

─ Ты же, наверное, не имеешь фетиша — делать это в одежде?

─ Р-разденьте меня, пожалуйста.

─ Чёрт.

Он выругался, сам того не заметив. Услышав это, Рариен вздрогнула от удивления.

─ П-простите. П-просто мне трудно раздеваться самой…

Вздох, какая неразбериха. Рариен Клод заикалась с выражением лица, готовым разрыдаться, поспешно придумывая оправдания.

Если ей было трудно раздеваться одной, как же она умудрялась одеваться? Это было абсурдно, но у него не хватило сил спорить. Обычно он таким не был. Как ни крути, это было странно. Перед этой неразумной женщиной он не мог контролировать ни свой гнев, ни что-либо ещё. Это было не в его стиле.

Неспособность сохранять самообладание, не говоря уже о том, чтобы носить маску, приводила его в ярость. Он решил больше не поддаваться на её провокации. Имея дело с демоном, нужно закалить себе сердце. Глубоко вздохнув, Николас постарался смягчить выражение лица, подходя к ней.

— Ну, не нужно утруждаться и снимать всё. Тебе просто нужно стянуть трусики.

— Что?

— Мне просто нужно толкнуть и кончить. Разве не так?

Николас с ленивым взглядом посмотрел на Рариен. Это был очень высокомерный взгляд.

─ Сосать, лизать, трогать. Давай пропустим все эти ненужные вещи. Я не особо люблю обременительные штуки.

─ ……

─ Что? Тебе не нравится просто без всяких прелюдий? Разве ты не сказала собственными устами, что не будешь делать ничего, что мне не нравится?

Согласится ли она, несмотря на такое унижение и оскорбление? По какой-то причине Николас захотел проверить, насколько она отчаялась.

Наступила минута молчания.

Женщина, которая до этого молча слушала, глубоко вздохнула, а затем приподняла юбку и стянула трусики. Вскоре они упали на пол ванной. На ней была длинная юбка, доходившая до лодыжек, но, приподняв её, можно было увидеть её киску. Николас с трудом сглотнул, и его кадык подпрыгнул вверх и вниз.

─ Хорошо, я сняла только трусики, как в велели. Что мне делать дальше?

Если раньше она дрожала от страха, то после того, как сняла трусики, атмосфера изменилась. Её взгляд стал довольно дерзким.

─ Ты должна рассказать мне всё. Я не могу рисковать и делать что-то, что не понравится лорду Рейнхарту, без его разрешения.

И, не стесняясь, он передал инициативу ей. Он думал, что она просто дура, которая будет умолять, даже если её будут топтать и пинать. Она просто притворялась. Действительно, свою истинную природу не скрыть, и рано или поздно она проявится.

─ …Что мы делали в тот раз.

Поразмыслив минуту, Николас медленно заговорил.

─ Попробуй поцеловать.

Хотя это было неожиданно, ощущения оказались не такими уж плохими. Все началось с того поцелуя. Ему хотелось повторить это и понять, в чём проблема.

Раз уж они уже это делали, это казалось хорошим способом развеять неловкость между ними и легко перейти к половому акту.

─ Но Ваше Превосходительство только что сказали, что не любите, когда вас сосут и кусают…

─ Это мой выбор. Если не хочешь, забудь об этом.

Ему нечего было терять, поэтому он решил снова пойти ва-банк. Честно говоря, ему хотелось посмотреть, как отреагирует Рариен Клод.

─ Я сделаю это, поцелую вас.

Едва она закончила говорить, Рариен прижалась к его шее, точно так же, как и в тот раз. Как только их тела соприкоснулись, их губы мгновенно слились в глубоком поцелуе.

В этот момент, почувствовала, как что-то горячее и твёрдое прижалось к её животу, Рариен вздрогнула от удивления и отстранилась. С влажным звуком их губы разошлись, и её взгляд естественным образом скользнул вниз. Её взору предстал его полностью возбуждённый член.

Даже через ткань тепло его возбуждённого члена было отчетливо ощутимо. Ощущение было настолько ошеломляющим, что она почувствовала внезапный страх.

Горячее дыхание коснулось её нежной щеки. Когда она подняла взгляд, его золотистые глаза, слегка расфокусированные, смотрели на неё.

─ Почему ты остановилась? Ты не хочешь целоваться?

─ Н-нет, дело не в этом…

Просто твой член слишком горячий.

…Она не могла этого сказать, поэтому промолчала.