Ответственный: только Николас Рейнхарт. Другим строго запрещено.
СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО 01#
Идеальный сын Бога?
Николас Рейнхарт — «идеальный сын Бога».
А как же его родители, великий герцог и великая герцогиня Рейнхарт? Они тоже были «идеальной парой». В конце концов, именно они передали Николасу Рейнхарту благородную кровь, прекрасную внешность и блестящий ум.
Как это обычно бывает в аристократических браках, их брак по расчёту не нуждался в любви. Это касалось даже этой идеальной пары. За пределами своих публичных ролей оба были поглощены собственными жизнями.
Хобби отца Николаса, великого герцога Рейнхарта, было прелюбодеяние. Хотя это была дурная привычка, он вёл себя в этом вопросе достаточно осторожно. Поскольку его целями в основном становились горничные, это не становилось предметом сплетен в светских кругах.
Великая герцогиня Рейнхарт не требовала от мужа многого.
Она просила его всего о двух вещах: соответствовать своей публичной роли мужа и, если уж ему необходимо заигрывать с другими женщинами, делать это осторожно, не провоцируя ненужных скандалов и проблем в будущем.
Вот и всё. Всего две вещи.
Хотя она и не ожидала от супруга любви, она не собиралась отказываться от своего положения и гордости великой герцогини.
Великая герцогиня Рейнхарт хотела быть самой благородной дамой Империи и матерью, родившей идеального наследника. Она была самой влиятельной женщиной в светских кругах и, родив Николаса Рейнхарта, достигла обеих целей.
Великая герцогиня Рейнхарт была безгранично предана своему единственному сыну. Эта преданность началась ещё до его рождения — с молитв о том, чтобы ей был дарован «идеальный сын Бога». Она одевала Николаса только в самую изысканную одежду, кормила исключительно лучшей пищей и с детства прививала ему аристократическую гордость.
Вложив в него столько сил и заботы, великая герцогиня была уверена, что Николас Рейнхарт станет тем идеальным сыном Бога, о котором она мечтала. Как единственный законный наследник, унаследовавший символ рода Рейнхартов — золотые глаза, — он не имел права даже на малейший изъян.
Чем чаще её муж уходил из дома, тем сильнее она зацикливалась на сыне, словно пытаясь восполнить этот пробел. Независимо от того, куда великий герцог совал свой член, она должна была оставаться госпожой дома Рейнхарт и матерью, родившей и воспитавшей самого совершенного наследника. Она улыбалась ярче всего, когда Николас получал похвалу от других.
Николасу это давалось легко.
Для него не было ничего невозможного, и всё, чего он хотел, он получал без труда. Он преуспевал даже больше, чем того желала его мать, и идеально скрывал всё, что могло подвергнуться критике. Так он предотвращал неприятные ситуации.
— Я живу, полагаясь только на тебя одну. Как ты могла так со мной поступить?
Когда он впервые взбунтовался, вид заплаканного, укоризненного лица матери полностью отвратил Николаса.
После этого Николас больше никогда открыто не восставал. Он решил, что гораздо проще будет скрывать свои истинные чувства и делать вид, что уступает ей.
Великий герцог и великая герцогиня Рейнхарт были идеальной парой друг для друга — но ничем больше и ничем меньше.
Поэтому Николас не верил в романтическую любовь, которая существовала только в книгах.
Однажды, отправившись в конюшни в одиночестве, чтобы покататься верхом, он увидел великого герцога Рейнхарта в интимной близости с горничной.
Наблюдая, как отец бесцеремонно овладевает женщиной, которая плакала от возбуждения и признавалась ему в любви, Николас почувствовал глубокое отвращение.
Блестящие золотистые волосы, символ рода Рейнхартов, были растрёпаны и слиплись от пота, а золотые глаза затуманились от возбуждения.
Вести себя так бесстыдно с лицом, до боли похожим на его собственное, переплетаясь с женщиной, словно зверь, тяжело дыша…
Перед лицом простого секса знатный человек и скромная горничная ничем не отличались друг от друга.
Это выглядело поистине грязно и непристойно.
С тех пор Николас возненавидел секс.
Когда он понял, что горничная, убирающая его комнату, была той самой «женщиной из конюшни», его охватила невыносимая тошнота.
Николас Рейнхарт не стал рассказывать матери об этом грязном деле.
Вместо этого он лично вызвал старшую горничную.
— Кто сегодня убирал мою комнату?
— Эмбер, молодой господин. Но почему вы…
А, так её зовут Эмбер.
Как жаль. Ей больше не доведётся увидеть своего возлюбленного.
— Мне кажется, в моей комнате чего-то не хватает.
Маме об этом знать не обязательно. Подставить Эмбер и выгнать её не составило для него труда.
На следующий день Эмбер жестоко избили и выгнали из особняка.
Но это было ещё не всё.
Вскоре после этого Николас выпустил всех лошадей из конюшни, а затем поджёг её.
Никто и представить не мог, что безупречный наследник Рейнхартов способен сознательно совершить подобное.
Конечно, Николас не испытывал по этому поводу ни малейших угрызений совести.
Он просто избавился от чего-то грязного.
А поскольку никто об этом не знал, это не имело значения.
Николас Рейнхарт был безупречен.
Нет.
У него не было иного выбора, кроме как быть безупречным.
С самого начала в его жизни не было места недостаткам и неудачам.
Потому что он никогда не позволял им существовать.
Он обязательно получал всё, чего хотел, и должен был добиваться всего, чего желал, пока не оставался полностью удовлетворён.
Средства и методы значения не имели.
───
СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО 02#
Идеальный недостаток
Рариен Клод.
Она была единственным недостатком Николаса Рейнхарта.
После того как Рариен переехала на Юг, Николас наконец был вынужден признать этот факт.
Ведь Рариен Клод полностью перевернула его жизнь и ценности, которыми он руководствовался прежде.
Однако она исчезла прежде, чем он успел что-либо предпринять.
После её исчезновения он провёл несколько недель почти в оцепенении. Сначала он пытался забыть её, но даже выполнение повседневных дел — нет, даже простая организация собственного окружения — давалось ему с трудом.
Даже занимаясь обязательными делами, он думал исключительно о Рариен Клод.
Он то и дело вспоминал её, задавался вопросами, предавался плотским мыслям, а затем снова и снова погружался в ненависть к самому себе.
Мысли о ней перевернули весь привычный уклад жизни Николаса.
Как сказал Верховный Жрец, он явно страдал от тяжёлой любовной тоски.
Поэтому Рариен могла быть для него лишь неустранимым недостатком и слабостью.
В мире не существовало идеальных людей.
Даже человек, которого называли «идеальным сыном Бога», не был исключением.
Становясь тем, кем он был сейчас, Николас сталкивался с бесчисленными недостатками, и у него было всего два способа с ними справляться.
Либо полностью их устранять.
Либо скрывать внутри себя и полностью контролировать.
В большинстве случаев он без колебаний выбирал первое.
Ко второму он прибегал лишь тогда, когда первое было невозможно.
Его «циничный характер» был ярким тому примером.
Сам он не считал это чем-то плохим, однако в общении с другими это доставляло неудобства. А поскольку избавиться от этой черты он не мог, то просто скрывал её за улыбками и мягкими словами.
Это было естественно.
Николас привык полностью избавляться от всего, что нарушало установленный им порядок, а не оставлять в своей жизни даже малейшие нежелательные элементы.
Но случай с «Рариен Клод» был странным даже для него самого.
Эта женщина исчезла сама по себе, прежде чем он успел что-либо предпринять.
Хотя ему следовало бы быть благодарным за то, что ему не пришлось пачкать руки, следы, оставленные ею в его сознании, продолжали мучить его.
Почему именно?
По какой причине?
Поразмыслив некоторое время, Николас пришёл к относительно простому выводу.
Николас Рейнхарт не хотел устранять этот недостаток по имени Рариен Клод.
Напротив, он хотел сохранить её в себе и познать её только самому.
Если он не хотел от неё избавляться, ему нужно было контролировать её напрямую.
А чтобы контролировать её, сначала требовалось завладеть ею и держать взаперти там, где только он мог бы её видеть.
Тогда она больше не смогла бы пошатнуть его.
С тех пор у Николаса Рейнхарта появилась новая цель.
Полностью завладеть Рариен Клод.
Как только он принял решение, он приказал своему помощнику Анджею провести тщательное расследование относительно Рариен Клод.
Ему нужны были сведения обо всём, что с ней связано, даже о самых незначительных мелочах.
С самого начала Николас считал, что чем больше информации, тем лучше.
Раз уж он всё равно решил завладеть ею, в ней не должно было остаться ничего неизвестного.
Это стремление почти граничило с одержимостью.
— У неё столько братьев и сестёр?
— Старшая дочь среди двух сыновей и трёх дочерей? — сухо переспросил Николас, просматривая документы о Рариен Клод. — Как они вообще справляются с таким количеством родственников? Судя по их уровню благосостояния, они настолько обеднели, что их даже стыдно называть дворянами.
— Да. Её отец давно умер, и в живых осталась только мать.
— Тогда этот «барон Клод» — старший брат Рариен?
— Да.
— Судя по тому, как они живут, у них, наверное, даже семейного бизнеса нет. На что они существуют?
— Барон Клод известен тем, что часто бывает в барах и игорных притонах, утверждая, будто собирает средства на открытие собственного дела.
Бесполезный бездельник.
Теперь Николас мог понять, почему Рариен поступила в храм. Учитывая состояние её семьи, она, должно быть, просто сбежала оттуда.
Ей следовало порвать с ними после того, как она приехала сюда.
Вместо этого она отправляла домой большую часть своей и без того скудной ежемесячной зарплаты.
Это было жалко.
— Какая же она слабохарактерная, — Тихо пробормотал Николас.
— Ну… это я только что услышал…
— Говори. Я сам решу, важно это или нет.
Под давлением начальника Андрей помедлил, прежде чем ответить:
— Исаак Клод, то есть барон Клод… судя по всему, ходит по игорным заведениям и использует мисс Рариен Клод в качестве залога, когда играет с мужчинами среднего возраста.
— Что это значит?
Использовать монахиню в качестве залога?
Как?
Это было настолько абсурдно, что Николасу поначалу даже было трудно понять, о чём именно говорит Андрей.
— Мисс Клод очень красива. А поскольку она находится в храме, то… её д-девственность гарантирована, и… что-то в этом роде…
— …Этот ублюдок.
Его даже нельзя было считать человеком.
И тот отброс, который пытался её продать, и тот отброс, который был готов её купить, — оба были пустой тратой воздуха.
Когда Андрей замялся, услышав его возмущённую реакцию, Николас вновь принял невозмутимый вид.
— Продолжай.
— Он давно растратил наследство отца… и, похоже, только накапливает долги. Понятно, что у него нет никакой нормальной профессии.
— Полный беспорядок.
Николас раздражённо цокнул языком и привёл в порядок уже прочитанные документы.
Но чем больше он об этом думал, тем страннее ему всё казалось.
Разве это не странно?
Посетив маскарад, Рариен Клод наверняка знала, что Рейнхарты озабочены вопросами преемственности.
С этой точки зрения Рариен находилась в более выгодном положении, чем кто-либо другой.
По логике вещей, согласиться на секс с ним и претендовать на звание будущей великой герцогини было бы для неё идеальным жизненным путём.
Так подсказывал здравый смысл.
Даже если она не была из тех, кто, как Николас, привык взвешивать все «за» и «против», она ведь сама говорила, что искренне симпатизирует ему и хотела бы прикоснуться к нему хотя бы один раз.
