Потерев некоторое время свои интимные места Большим Николасом, Рариен изменила угол и ввела кончик в вход. Её влагалище неохотно приняло стеклянного мужа.

Вставить его целиком за один раз по-прежнему было сложно. Рариен вращала его кругами, словно расширяя внутреннее пространство, пока не почувствовала, что запястье начинает затекать.

«Большой Ники — это хорошо, но настоящий Ники — лучше».

…Прости, мой муж.

Как и следовало ожидать, подделка не может сравниться с настоящим. Как только эта мысль промелькнула в голове, силы покинули её руку.

Всё уже кончено. Это абсурдная иллюзия. Ну и что. Фантазии ведь не стоят ни копейки.

Погружаясь в сон и предаваясь бесполезным фантазиям, Рариен попыталась заснуть.

───

— Рариен, сюда.

Монахиня из соседней комнаты махнула рукой в сторону Рариен. Всех внезапно созвали, и они как раз входили в часовню.

К счастью, похоже, она придержала для неё место. Они довольно сблизились, вместе обедали и она показывала храм. Рариен подошла к ней с лучезарной улыбкой.

— Спасибо, что заботишься обо мне.

— О, это ерунда. Ничего особенного.

Монахиня из соседней комнаты доброжелательно улыбнулась.

— Я боялась, что тебе будет неудобно сидеть сзади из-за твоего слабого зрения.

Откуда она знала о моём плохом зрении?

Я об этом никогда не упоминала. Неужели это было так очевидно? Она оказалась более проницательной, чем я думала.

Будь то совпадение или судьба, это было именно центральное место в четвёртом ряду.

Раньше я изо всех сил старалась занять это место, только чтобы лучше видеть лицо Николаса Рейнхарта.

Я специально брала на себя уборку прямо перед богослужением, чтобы тайком зарезервировать место. Естественно, старые воспоминания хлынули на меня потоком.

— Почему мы сегодня так внезапно собрались?

— Говорят, будет особенная служба. По-видимому, из столицы приехал гость.

— А, понятно.

Гость? Кто это может быть? Почему он приехал так неожиданно?

Я планировала после работы купить знаменитый шоколад в оживленном районе, но теперь это, похоже, будет сложно.

Шоколад можно съесть и завтра. Я уже начала нервничать. Полакомиться чем-нибудь вкусным — это, конечно, хорошо, но помолиться тоже неплохая идея.

Во время молитвы Рариен размышляла, чем бы ей заняться, чтобы остаток времени прошел более приятно. После окончания официальной службы наконец настало время проповеди. Епископ, только что возглавлявший службу, прочистил горло.

«Ой, надо быть начеку. Я чуть не уснула».

Рариен, которая уже полуспала, изо всех сил пыталась не закрыть глаза. Епископ южного храма славился тем, что был пожилым, болтливым и очень скучным в своих проповедях. Он ещё ни слова не сказал, а ей уже хотелось спать.

— Как некоторые из вас, возможно, уже слышали, на сегодняшней службе у нас очень особенный гость. Он выступит с проповедью от моего имени.

Очень особенный гость, да. Вокруг зашумели от волнения.

— Сюда, пожалуйста.

По указанию епископа на трибуну поднялся высокий мужчина. На мгновение показалось, будто на трибуну нисходит святой свет.

— Здравствуйте.

Рариен широко раскрыла глаза, услышав знакомый голос.

«…Не может быть, у меня опять галлюцинации?»

Не задумываясь, она взглянула на трибуну и была совершенно потрясена.

— Я — Николас Рейнхарт из Центрального храма.

О боже. Рариен, ошеломлённая, инстинктивно склонила голову, словно в молитве.

«Почему он здесь, черт возьми? По какой причине?»

Её мысли запутались, как клубок ниток.

«Наверняка он меня не заметил. Он просто не мог меня увидеть».

Рариен глубже натянула на лицо монашескую вуаль и присела на корточки, чтобы спрятаться.

Священнослужители в часовне зашумели.

— Ух ты, увидеть здесь самого знаменитого лорда Рейнхарта. Он такой же красивый, как и говорят. Правда, Рариен?

Какая она беспечная. Монахиня из соседней комнаты пробормотала с мечтательным взглядом.

— Ах, да, да. Это верно.

— Раз ты из Центрального храма, то наверняка уже видела его.

— Ну, я не уверена… Там же так просторно.

Она делала вид, что не знает, но знала очень хорошо.

Конечно, я знаю, мы даже занимались сексом! …Но я же не могу этого сказать, правда?

— Я слышала, что в последнее время он путешествует по стране, произнося проповеди.

— А, понятно…

Значит, он не приезжал сюда меня искать. Это облегчение, но… я всё ещё дрожу от волнения.

— Рариен, тебе плохо? Почему ты так потеешь?

— О, это просто… Немного жарко.

— Вот, возьми этот платок.

— С-спасибо…

— Ничего страшного, Рариен.

Всё было в порядке, но я бы хотела, чтобы она не называла меня Рариен. У весёлой монахини из соседней комнаты был довольно громкий голос. Если бы здесь была дыра, я бы сразу в неё залезла.

Рариен вытерла пот платком, который дала ей монахиня, и глубоко вздохнула.

Ладно, успокойся. Давай сначала успокоимся.

Не будем зря паниковать. Я и представить не могла, что снова встречу его здесь… но эта встреча ничего не меняет.

Он путешествует по стране, произнося проповеди. Наверное, это одна из его остановок. Не нужно слишком много думать об этом или придавать этому лишнее значение.

— Сегодня я хотел бы поговорить об обещаниях и обязанностях.

Рариен нравилось слушать проповеди Николаса Рейнхарта. Его особенностью было извлечение поучительных уроков из повседневных историй. Прошло уже немало времени, так что надо сосредоточиться.

— В своей жизни вы будете давать бесчисленные обещания и нести ответственность. Однако лучше не давать обещаний, которые вы не сможете выполнить.

Когда Рариен подняла глаза, её взгляд встретился с его ярким золотистым взглядом. Взбудораженная, она быстро склонила голову. Если только это не было её воображением… он определённо смотрел в её сторону.

О благородная Богиня Арне, управляющая всей жизнью и любовью в мире, пожалуйста, не дай твоему дитя впасть в беду.

— Возможно, вы слышали поговорку, что лягушка может погибнуть от небрежно брошенного камня.

Или это было просто её воображение? Его голос звучал немного иначе, чем обычно. Как будто он что-то сдерживал, говоря сквозь стиснутые зубы.

— Неосторожно сказанные слова могут изменить жизнь человека. Слова имеют вес. Они тяжелее золота. Особенно если это обещание, ты должен взять на себя ответственность за него, даже ценой своей жизни.

Как бы я это ни воспринимала, кажется, что он обращает эти слова именно ко мне. Хотелось бы, чтобы это было просто моим излишним переживанием. Рариен было слишком стыдно, чтобы поднять голову.

— Те, кто легкомысленно относится к обещаниям и обязанностям, непременно столкнутся с соответствующими последствиями.

Николас говорил твёрдо и чётко. Это больше походило на угрозу, чем на проповедь.

Я сидела, как на иголках.

───

— Поистине впечатляет, что Ваше Превосходительство прилагает такие усилия для развития юга.

Епископ, курирующий южный храм, почтительно поклонился. Деньги действительно обладали огромной силой. Вложив значительную сумму под видом спонсорской помощи, он теперь унижался до раздражающей степени.

Вопреки своим истинным чувствам, Николас сохранял на губах скромную улыбку.

— Нет, это вам спасибо за теплый прием.

— Я слышал, что Рейнхарты приложили немало усилий к этому месту.

— Да, Рейнхарты всегда интересовались развитием юга. Ведь, прежде всего, когда храм стоит крепко, местные жители процветают, а региональная экономика развивается.

— Спасибо за ваши мудрые слова. Мы найдем достойное применение вашей божественной искренности.

Николас улыбнулся епископу, который ему льстил, а затем внимательно оглядел приемную. На его месте он бы для начала изменил эту безвкусную приемную. Тот, кто её оформлял, проделал ужасную работу. Она выглядела совершенно убого.

Похоже, им было совершенно всё равно, ведь у почётных гостей не было никаких причин посещать такую сельскую глубинку. Что ж, в это место я бы никогда не приехал, если бы не Рариен Клод, эта бесстыдная женщина.

— Я слышал, вы планируете остаться на несколько недель.

— Да, ну, пока я здесь, я подумал, что мог бы выслушать несколько бизнес-планов. Было бы неплохо обменяться мнениями с духовенством юга.