Контент удален!

Ирина медленно втянула воздух. Достала из кармана пальто сложенную панаму и надвинула её. Короткие остатки волос она кое-как собрала, и торчащие пряди вроде бы более-менее спрятались.

Она подняла с пола дорогие вещи. Блузку, пальто, брюки — всё запихнула в мусорный бак уборной. И напоследок сняла туфли и без колебаний перерезала ножницами шнурки.

Тук.

Безвольно оборванные шнурки упали на пол. Вот теперь всё было по-настоящему кончено. Она какое-то время смотрела на них, а потом медленно повернулась и вышла из кабинки как ни в чём не бывало.

Она встала перед раковиной и посмотрела в зеркало. На неё смотрело незнакомое лицо. Но было чувство, будто она впервые видит себя настоящую.

Ирина какое-то время смотрела на себя, а потом повернула голову и посмотрела на молодую женщину, поправлявшую макияж у соседней раковины. Рядом с ней стоял чемодан среднего размера; сама она выглядела студенткой.

Ирина немного помялась и осторожно к ней подошла.

— Простите…

Женщина обернулась.

— У вас, случайно, нет каких-нибудь тапочек?

— А?

— У меня обувь сломалась.

Ирина слегка приподняла ногу в туфле с оборванным шнурком.

— Я быстро куплю в магазине и верну.

Женщина на секунду удивлённо посмотрела на Ирину. Но Ирина глядела на неё простодушными, широко раскрытыми глазами, и та кивнула. Может, из-за её растерянного вида.

— Ой, вот беда.

Она тут же начала открывать чемодан.

— Секундочку. У меня есть запасные тапочки.

— Извините, пожалуйста.

— Да ну что вы.

Женщина быстро достала розовые тапочки с рисунком и протянула их. Ирина взяла их и на секунду замерла.

Ей стало странно. Она и не думала, что чужая доброта без всяких условий может быть настолько непривычной.

— Спасибо. Я быстро верну.

Она тихо пробормотала это и переобулась. А потом достала из переднего кармашка поясной сумки белую маску и закрыла ею половину лица.

— Я быстро схожу в магазин.

— Пойдёмте вместе. Мне по пути.

— Да. Спасибо.

Ирина вышла из уборной рядом с этой женщиной. И в этот момент увидела телохранителя, стоявшего у входа.

Он по-прежнему держал её чемодан и сумку и внимательно наблюдал за входом. Взгляд был злым.

Сердце Ирины сильно ухнуло.

Попадись она сейчас — конец. Её снова схватят. И, возможно, второго шанса уже не будет.

Ирина медленно втянула воздух. И нарочно придвинулась к женщине вплотную. Естественно подстроила шаг, будто они путешествуют вместе.

Взгляд телохранителя скользнул по ним. На мгновение. Всё это время Ирина не смела даже дышать.

— …

Он снова отвёл глаза и посмотрел на вход в женскую уборную. Ждал, когда Ирина оттуда выйдет.

Ирина не остановилась. Не быстро, чтобы не вызвать подозрений. Но сердце колотилось как безумное.

Ещё немного.

Ещё немного — и всё.

Она до конца шла с опущенной головой рядом с женщиной к магазину. И только когда вышла за пределы поля зрения телохранителя, у неё наконец вырвалось дыхание.

— Ха…

Пальцы дрожали. Казалось, ноги вот-вот подкосятся.

Дойдя до магазина, Ирина, как и обещала, купила новые тапочки и вернула их женщине.

— Огромное вам спасибо.

— Да не за что. Счастливого пути.

Светло улыбающееся лицо. Ирина какое-то время смотрела на эту улыбку.

А когда я в последний раз вот так смеялась, ни в чём не сомневаясь?

Она медленно поклонилась, повернулась и вышла из аэропорта.

Теперь у неё почти ничего не осталось. Ни телефона. Ни карт. Почти всё, что могло подтвердить личность, она тоже выбросила.

В руках оставалось лишь немного наличных. Заначка, которую она втайне собирала из призовых, полученных на конкурсах корейского танца в студенческие годы, — так, чтобы никто не заметил, на тот день, когда она сбежит из дома.

Это и было всё её нынешнее имущество.

Но странным образом ей было не только страшно. Странным образом ей стало легко. Её трясло, впереди было беспросветно — а на душе было легко. Будто ошейник, долго давивший на горло, немного ослаб.

Ирина медленно пошла к остановке аэропортовых автобусов. И спустя время села в подъехавший автобус.

Она заняла место у окна, и автобус медленно тронулся. Огромное здание аэропорта отдалялось. Она бездумно смотрела в окно.

Сейчас там, внутри, наверное, поднялся переполох. Телохранитель, наверное, стучит в дверь уборной, а Юн Гван Хёну, наверное, уже сообщили. И Квон И До тоже вот-вот узнает, что она исчезла.

Но сейчас.

Сейчас ей не хотелось думать ни о чём.

Она чувствовала вибрацию автобуса и медленно закрыла глаза.

Ей было страшно. Но странным образом хотелось поставить на кон всё.

Автобус медленно, будто скользя, покатился по дороге.

Всю дорогу до аэропорта Квон И До не произнёс ни слова. В чёрном седане стояла удушающая тишина. Дождь длинными струями стекал по стеклу. Дворники с ровной скоростью протирали лобовое стекло, но в глаза Квон И До толком ничего не попадало.

— …

И Хён Су за рулём снова и снова косился на него. Но заговорить первым не решался.

Воздух в машине был тяжёлым. Квон И До, как обычно, выглядел спокойным. Он сидел, закинув ногу на ногу, и смотрел в окно, и лицо у него было бесстрастное. Но тот, кто знал его долго, понимал: сейчас он еле-еле удерживает то, что шатается.

Ирина исчезла. Зашла в уборную в аэропорту — и пропала без следа.

Когда ему сообщили, мысли Квон И До на мгновение застыли.

В тот день, после того как он жестоко её отшвырнул в палате, он почти месяц не видел Ирину. Пока он этот месяц цеплялся за работу, чтобы не вспоминать о своём убогом чувстве, она тоже — неизвестно, что у неё было на душе, — вела себя тихо. Он сам готовил её отъезд в Гонконг, он избегал её, а она, в отличие от прежнего, не цеплялась и не творила безрассудств. Просто сидела запершись в своей комнате.

Получая эти доклады, он мучился внутри, но думал, что и Ирина смирилась. Да, если так она уедет в Гонконг, если отдалится от него и от Юн Гван Хёна, значит, всё в порядке. Так он думал. Так он думал — а вышло вот что.

— Сколько сейчас там наших?

— Пока подняли всех, кого можно было позвать, — ищут.

Он слушал доклад И Хён Су, косившегося на него, и до боли прикусил нежную кожу изнутри щеки. Кольнуло, и в нос ударил металлический запах крови.

Ничего. Пока ещё ничего.

Квон И До снова и снова силой придавливал колотящееся сердце.

Юн Ирина всегда была такой. Задыхалась — убегала, чувствовала, что вот-вот сломается, — срывалась с места. И находить её и приводить обратно всегда было его делом. Значит, и на этот раз ничего не изменится. Скорее уж то, что она несколько лет не убегала, было её капризом.

Значит, найду.

Обязательно.

Взвизг.

Машина остановилась у входа в аэропорт. Квон И До сразу распахнул дверь и вышел. Полы чёрного пиджака резко взметнулись. И Хён Су поспешил следом.

— Господин сильчжан!

Ждавший поодаль телохранитель подбежал, спотыкаясь. Лицо у него было белое. Квон И До, не останавливаясь, спросил:

— Когда упустил?

— По-после того как она зашла в уборную… Минут через тридцать мне показалось странно, я зашёл, а там…

— Тридцать минут?

Шаг Квон И До замер. И одновременно прилетел низкий, холодный вопрос. Плечи телохранителя дёрнулись.

— И что ты делал всё это время?

— Простите!.. Она точно не выходила оттуда…

Он больше не спрашивал. Вместо этого медленно поднял взгляд к женской уборной. Люди беспрерывно ходили туда-сюда. Среди обычной толпы, которая смеялась, болтала и катила чемоданы, Юн Ирина исчезла без следа.

Квон И До сразу вошёл в уборную. Внутри уже никого не пускали. Несколько сопровождающих стояли с окаменевшими лицами. А у раковины лежал один чёрный пакет.

— Вот что нашли.

Он молча посмотрел на пакет. Внутри были смятая шёлковая блузка, брюки, пальто и обрезанные шнурки от туфель. Он медленно протянул руку и порылся внутри. Пальцы за что-то зацепились.

— …

Чёрные длинные волосы. Отрезанный пучок волос упал ему в ладонь. В этот миг он замер. На одно мгновение. Но сопровождающие отчётливо увидели, как впервые сильно дрогнули зрачки Квон И До.

◆ ◇ ◆ ◇ ◆

Спасибо, что дочитали!

Больше глав и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/bud-moim-adom-311d5d

Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab