— А вечером пошёл на приём к Делакруа как партнёр леди Розалин.
— Ого. Двух за один день? В его стиле. Декард вообще не знает слова «нет».
С тех пор как Декард вырвался из-под опеки семьи Хеллкайзер и поступил в Академию, его жизнь забила ключом.
— И сколько же женщин у него уже было?
В кадетском мундире Декард выделялся на фоне остальных, как журавль в птичьей стае. Он выглядел так, что ничто больше не напоминало о его прошлом, когда он в лохмотьях лазал по деревьям. Всякий, кто видел его впервые, был настолько поражён его выдающейся внешностью, что поначалу не мог отвести глаз. А когда Декард, почувствовав на себе пристальный взгляд, с усмешкой смотрел в ответ, люди неизменно терялись.
Выдающимися были не только его лицо и телосложение. В фехтовании он играючи превзошёл отпрысков рыцарских родов, которые, несомненно, держали меч с самого детства. А верховая езда? Благодаря инстинктивному умению держать баланс ни одна, даже самая норовистая лошадь не могла сбросить Декарда; стоило ему оказаться в седле, как животное мгновенно усмирялось. И пока благородные юноши падали без сил на изнурительных марш-бросках, Декард даже не сбивался с дыхания. Его выносливость была просто подавляющей.
Неудивительно, что вокруг Декарда постоянно вились женщины. Он ни с кем не вступал в официальные отношения, но и не отвергал тех, кто сам вешался ему на шею. Элейн не понимала столь неразборчивого поведения Декарда, но ещё больше её поражали эти женщины, готовые на всё, лишь бы остаться при нём хотя бы в роли временного увлечения.
— Согласись, этот дикарь портит всё высшее общество?
— Ха… Низкое происхождение даёт о себе знать. Какое убожество.
Слушая их трепотню, Элейн прятала усмешку в тени шляпки. Какое там «убожество» — вы просто ему завидуете.
— Тс-с. Он идёт.
Декард вышел с тренировочного плаца самым последним, неспешным, ленивым шагом. И хотя на нём был тот же мундир, что и на остальных, в нём он казался человеком совершенно иного сорта.
— Блядь, ну и жарища…
Он расстегнул пару верхних пуговиц мундира. В вырезе рубашки резко проступали крепкие, как переплетённые корни, ключицы, натягивая смуглую кожу. Весь его небрежный вид кричал о полном наплевательстве на устав. Тёмные, влажные от пота волосы падали на лоб. Декард раздражённо откинул их назад грубым движением руки, и проходившая мимо стайка курсанток тут же замерла как вкопанная.
— Привет.
Декард лениво приподнял руку в знак приветствия, и младшекурсницы, густо покраснев, прошмыгнули мимо. Он ухмыльнулся и пошёл дальше своей расхлябанной походкой, а вокруг него тут же начала собираться толпа вышедших ранее кадетов.
— Декард!
Декард пользовался бешеным успехом не только у противоположного пола. Элейн ясно видела, как отпрыски именитых аристократических семей смотрят на него с нескрываемым благоговением. На словах они осуждали его свободолюбие, но в глубине души до одури хотели быть на него похожими — и из кожи вон лезли, лишь бы затесаться в его компанию.
— Декард! Ну что, принял предложение мадам Катрин стать её моделью?
Голос подал тот самый юноша, который ещё минуту назад брезгливо рассуждал о его «низком происхождении». Винтервальд. Тот самый, кому Декард пару лет назад хорошенько выбил зубы. С того самого момента, как Винтервальд осознал, что перед ним куда более сильный самец, он только и делал, что стелился перед Декардом.
Элейн поспешно юркнула в здание библиотеки, лишь бы не пересекаться с Декардом. Но когда за спиной раздался гул их шагов, она в досаде прикусила губу. Комната отдыха, где кадеты мылись и расслаблялись после тренировок, как назло, находилась на первом этаже библиотеки. Сначала она наткнулась на Розалин с её свитой, а теперь ещё и Декард со своими прихвостнями. Денёк явно не задался.
— Нет. Сидеть на стуле без движения несколько часов подряд? Да меня наизнанку вывернет от скуки.
— Ого… Ты отказал? Самой мадам Катрин?
— А что, порекомендовать ей тебя? Только учти, позировать придётся голышом.
— Э-э, ха-ха? Надо бы подумать…
— Как хочешь.
Элейн поспешила вверх по широкой винтовой лестнице, стараясь держаться как можно ближе к стене.
— Элейн?
Внезапно раздался голос Декарда, окликнувший её по имени. Элейн недовольно нахмурилась.
Сделаю вид, что не слышала, и пойду дальше.
Она выпрямила спину и ускорила шаг, но вдруг мимо с тихим свистом рассекаемого воздуха пронеслась чья-то тень.
— Эли. Не слышала меня?
В мгновение ока Декард очутился прямо перед ней. Он просто опёрся на перила и перемахнул через целый пролёт. Элейн едва слышно вздохнула. С некоторых пор, оказываясь лицом к лицу с Декардом, она взяла за привычку мысленно восстанавливать дыхание.
— О чём задумалась? Я тебя зову, а ты ноль внимания.
— …Пропустите меня, лорд Хеллкайзер.
Декард принялся бесцеремонно разглядывать её лицо сквозь вуаль, спадающую с полей маленькой шляпки.
— Судя по виду, опять всю ночь не спала?
— ……
Декард неодобрительно цокнул языком.
— С таким усердием ты отправишься на тот свет быстрее, чем окончишь Академию с отличием.
— …Тебе-то какое дело?
Вместо того чтобы после выпуска с головой окунуться в светскую жизнь, Элейн метила совсем в другую сторону. Она намеревалась окончить Академию лучшей на курсе, чтобы сразу получить должность военного тактика. При жизни маркизы о таком нельзя было даже помыслить, но теперь всё изменилось. Элейн шаг за шагом выстраивала собственное будущее, и ради этого ей было жизненно необходимо удерживать первое место вплоть до самого выпуска. Удерживать так, чтобы ни одна живая душа не посмела вставлять ей палки в колёса, прикрываясь её полом.
— Декард, ты чего там застрял?
Снизу донёсся крайне нежелательный голос. Прихвостни Декарда заметили его на лестнице и теперь шумной гурьбой поднимались следом.
— Ого. Даже не заметил её… Напугала.
Поднявшиеся на площадку юнцы гаденько ухмыльнулись, бесцеремонно оглядывая Элейн с ног до головы.
— Декард, а что вообще вас связывает с леди Элейн?
Их любопытство было вполне понятно. Увидеть рядом самого яркого парня Академии и самую мрачную студентку — зрелище не из частых.
— Позвольте пройти.
Она не собиралась тешить их любопытство. И уж тем более не собиралась терпеть на себе эти откровенно оценивающие взгляды.
Элейн крепче прижала к груди книги. Она попыталась быстро проскользнуть мимо Декарда, но тот, лукаво прищурившись, небрежно бросил:
— Хм… Скажем так, мы с Элейн связаны обещанием на будущее.
Хрупкие плечи Элейн, скрытые глухим чёрным платьем, вздрогнули. Что за бред он несёт?
— Аха-ха!
Пока Элейн стояла в полном замешательстве, свита Декарда громко расхохоталась.
— Ты неисправим, Декард. С тобой не соскучишься.
— Твои вкусы теперь простираются и на такое?
— Будто ты что-то знаешь о моих вкусах.
— Просто не знал, что тебя тянет на ведьм.
— Следи за языком. Если не хочешь снова получить по зубам.
— Понял, лорд Хеллкайзер.
Не в силах больше выносить смешки за спиной, Элейн замерла на месте. Крепко стиснув зубы, она обернулась.
— Лорд Декард Хеллкайзер.
Столпившиеся вокруг него юнцы изумлённо вытаращили глаза. Элейн впервые заговорила с кем-то первой — если не считать тех редких случаев на занятиях, когда она поднимала руку, чтобы ответить профессору.
— Да, Эли.
— Моё имя — Элейн. И я попрошу не коверкать его, как вам вздумается.
Декард чуть прищурился и усмехнулся.
— И это всё? А я уж было обрадовался, что ты впервые за долгое время назвала меня по имени. Аж сердце забилось.
— И от неуместных насмешек, которые ставят собеседника в неловкое положение, тоже попрошу воздержаться.
Элейн холодно осадила ухмыляющегося Декарда. То, что он жил, не считаясь ни с какими правилами, её совершенно не касалось. Но если в этот его хаос оказывалась втянута она сама — это уже переходило все границы. Элейн хотела раз и навсегда прочертить между ними чёткую линию.
— Насмешек?
— А разве это не так?
— Объясни-ка. Как именно я над тобой насмехался?
Элейн искренне недоумевала, когда этот человек возьмётся за ум — ведь, по слухам, только за вчерашний день он умудрился развлечься сразу с двумя девушками. Семья Хеллкайзер, похоже, окончательно поставила на нём крест; поговаривали даже, что отец влепил ему пощёчину прямо на глазах у слуг. В глазах Элейн Декард был просто жалким, но читать ему нотации она не собиралась. Всё равно не станет слушать.
— Потому что нас не связывают никакие обещания. Пустые слова легко могут стать причиной грязных слухов.
— …Что?
— Кому-то ваши выходки могут казаться забавными, но я не из их числа.
Декард свёл брови к переносице. Элейн крепко сжала в пальцах ткань узкой юбки. Сказать ей было больше нечего, и теперь она хотела только одного: как можно скорее скрыться от любопытных взглядов зевак, которые с жадностью наблюдали за этой сценой.
— Всего доброго.
Выпалив это, она резко развернулась, чтобы уйти, но низкий голос Декарда ударил ей в спину, заставив замереть.
— Послушай-ка. Тебе ведь позарез нужно окончить Академию с отличием ради блестящего будущего?