Ладони Леониса были мокрыми от холодной воды.
Стоило ему вспомнить кровь, забрызгавшую всё его тело, как захотелось погрузиться в горячую ванну, но именно холодная вода помогала прийти в себя.
Поскольку заключённых он убивал почти каждый день, Леонис уже знал, как эффективнее всего подавлять проклятие. Безумие, засевшее в его теле, будто требовало как можно большего количества крови.
Если перерезать человеку горло, даже не пронзая сердце, и позволить стекающей крови залить себя, безумие исчезало почти мгновенно.
После оставалось только отвращение к самому себе.
— Аргх…
Леонис стиснул зубы, думая о наглости императорской семьи, передавшей ему это проклятие.
Им оказалось мало просто навязать ему эту ужасную участь. Они ещё и хотели надеть ему на шею поводок. Надеялись, что Леонис станет их собакой, как прежний герцог.
Хотел он того или нет, его руки всё равно должны были быть в крови. Вопрос заключался лишь в том, станет ли он вдобавок служить им, окончательно погрязнув в ещё большей грязи.
— Мы так и не смогли установить, каким путём проник монстр. Это делает произошедшее ещё подозрительнее, — доложили маги, служившие герцогу.
Не было никакой возможности, чтобы настолько могущественный монстр проломил стену и остался незамеченным при постоянном патрулировании.
Было очевидно: кто-то открыл ворота внутри герцогства и заманил сюда чудовищ из других областей.
Леонис задумался, кто мог за этим стоять.
«Император точно ни при чём. Он хочет, чтобы у нас с Селией как можно скорее появились дети… Значит, логичнее всего подозревать одного из трёх принцев.»
Этому браку в значительной мере способствовал второй принц. Помимо него оставались ещё двое.
В целом они разделяли позицию императора, но опасались, что Леонис в итоге примет сторону второго принца.
Кроме того, Селия происходила из семьи, поддерживающей второго принца, поэтому кто-то из них вполне мог попытаться разрушить этот брак.
Леонис вышел из ванной. Слуга с полотенцем быстро вытер с его тела воду и помог одеться.
Когда ему начали докладывать расписание на сегодня, Леонис равнодушно поднял голову.
— Что делает моя жена?
— Мадам уехала около часа назад.
«Уехала?»
Заметив взгляд Леониса, слуга побледнел.
Да, Селия стала женой герцога Кардиана, но никто не держал её под домашним арестом. Разве не сам Леонис приказал всем подчиняться герцогине?
Но когда он услышал, что Селия уехала, первой его мыслью было то, что она могла сбежать.
— Куда она отправилась?
— Я слышал, что мадам поехала в город. Хотела немного развеяться.
Для Селии действительно было бы полезно выбраться наружу, а не сидеть всё время взаперти в особняке. Герцогине совершенно незачем было постоянно оставаться дома.
И всё же, даже прекрасно это понимая, Леонис почувствовал тревогу.
Он вдруг осознал, что по какой-то причине уже пять дней не видел Селию бодрствующей.
Когда она спала, он заходил к ней и смотрел на её лицо, но сама Селия об этом не знала. Она вполне могла решить, что муж ею пренебрегает.
Однако всякий раз, когда Леонис представлял встречу с ней, уверенность покидала его.
Он не мог заставить себя прикоснуться к Селии рукой, которой убил человека, пусть даже тот человек и был преступником.
Леонис боялся, что Селия посмотрит на него так же, как смотрели остальные дворяне в светском обществе.
— Приказать вернуть её?
Услышав вопрос слуги, Леонис резко помрачнел. В глазах вспыхнула ярость.
— Что ты сказал?
Селия не была пленницей.
Она была женой герцога Кардиана, хозяина этих земель.
Он не имел права обращаться с женщиной, ставшей его супругой, подобным образом.
Леонис снова и снова пытался подавить нечто, рвущееся изнутри.
Он прекрасно понимал, насколько необоснованны эти чувства, но совершенно не знал, что с ними делать.
Ему начинало казаться, что он заболевает.
✦ ✦ ✦
— Это все украшения, которые у вас есть?
В ювелирной лавке, куда зашла Селия, не оказалось того самого противозачаточного кольца, на которое она так рассчитывала.
Ювелир настойчиво предлагал ей лишь броские, ослепительно красивые драгоценности.
Но Селии нужно было совсем другое — маленькое симпатичное кольцо, которое можно было бы носить на мизинце.
«Не могу же я просто попросить противозачаточное кольцо.»
Если станет известно, что новобрачная лично отправилась покупать средство контрацепции, наверняка поползут грязные слухи.
Хотя, с другой стороны, её мужем был герцог Кардиан, о котором и без того ходило немало дурных сплетен.
— Вам что-нибудь понравилось?
— Мне бы не хотелось носить на балах слишком массивные украшения. Я ищу небольшое кольцо для сестры. Не какой-то роскошный подарок на день рождения, а просто маленький знак внимания.
Услышав ответ, ювелир заметно разочаровался, но улыбку сохранил.
— Я-я понял! Тогда, пожалуйста, посмотрите сюда! Эти украшения сейчас особенно популярны среди дам Асилуса!
Он быстро сменил тактику и начал показывать другие камни.
Селия продолжала задавать вопросы и попутно выбирала самые разные украшения, чтобы скрыть истинную цель покупки.
К счастью, спустя некоторое время ювелир наконец сам произнёс слова «противозачаточное кольцо».
Простолюдины могли покупать такие кольца совершенно открыто, но знатные дамы предпочитали делать это тайно.
К тому же внешне они почти не отличались от обычных украшений. Всё потому, что аристократки вовсе не хотели, чтобы кто-то догадался: на них надето украшение с противозачаточной магией.
В итоге Селия приобрела больше дюжины украшений, среди которых были и противозачаточные кольца.
Пусть это и не были особенно дорогие драгоценности, продавец всё равно получил с её покупки весьма приличную прибыль.
«Думаю, Лили уже сбежала, но…»
Во всяком случае, так должно было произойти по сюжету.
Перед тем как покончить с собой, Селия сделала всё возможное, чтобы помочь Лили сбежать.
Умная Лили наверняка сумела благополучно покинуть дом маркиза, прихватив деньги и вещи, которые дала ей Селия.
Чтобы маркиз не смог поймать её снова, она вполне могла отправиться в другой город.
«Эти украшения… Потом отдам их своим горничным.»
Получив то, ради чего приехала, Селия направилась к следующему месту — в кафе, известное своими восхитительными десертами.
Еда, которую готовили повара герцога Кардиана, была превосходной, но у каждого повара всё равно был свой вкус и свои особенности приготовления.
Селия решила часть десертов съесть прямо здесь, а остальные заказать с доставкой.
Они предназначались для горничных и слуг, с которыми она успела заметно сблизиться всего за несколько дней.
Сопровождавшие её рыцари отказались присоединиться из-за службы, зато горничные сели рядом.
За чаем и пирожными время пролетало незаметно.
«Ах, вот это жизнь.»
Для Селии всё ощущалось ещё особенно остро потому, что она однажды умерла, а потом снова вернулась к жизни.
«Только открыла глаза — и сразу пришлось выходить замуж. Да, он красивый и богатый, но я даже толком не понимаю, чем он занимается!»
Ей хотелось попробовать всё, что стояло на столе.
Когда в рот попадала вкусная еда, всё вокруг казалось прекрасным.
Иногда Селия вспоминала семью, оставшуюся в прежнем мире, и тогда её накрывала тоска…
Но сейчас она решила хотя бы ненадолго перестать об этом думать.
Сам по себе процесс привыкания к этому миру был достаточно тяжёлым и легко мог загнать её в депрессию.
— Так вы действительно не знаете, чем занят герцог?
Горничные явно что-то подозревали, но слишком умело делали вид, будто ничего не знают.
Вероятно, они хотели, чтобы и Селия поверила в их неведение.
«Мы ещё не настолько близки. Всего несколько дней знакомы.»
Служанки, десятилетиями работавшие при герцоге, наверняка внушали им куда больше страха, чем герцогиня, появившаяся здесь всего несколько дней назад.
Селия решила больше не совать нос в чужие дела и сосредоточилась на пирожных и чае.
✦ ✦ ✦
«Я не могу просто пойти за ней…»
Леонис так сильно сжимал перо, словно вместо него в руке находился нож, который хотелось куда-нибудь вонзить.
Селия всего лишь отправилась прогуляться.
Если он поедет за ней только из-за этого, то будет выглядеть нелепо.
Последние несколько дней Леонис видел её лицо лишь тогда, когда она спала, и теперь преследовать её просто потому, что она вышла из дома, было бы совсем уж странно.
«Ты действительно просто вышла? Может, ты ненавидишь меня и поэтому нашла способ сбежать отсюда.»
Как бы то ни было, он оставался герцогом Кардианом — человеком, которого светское общество молча отторгло.
Дворяне презирали герцогов Кардиан из-за Проклятия крови, переданного императорской семьёй, и из-за необходимости проливать кровь, чтобы это проклятие подавлять.
Леонис ненавидел тех, кто относился к крови как к развлечению, а затем делал вид, будто ничего не знает, и отвергал его только за то, что он проклят.
В герцогстве его считали хорошим правителем и любили простые люди, но в столичном обществе отношение к нему оставалось совершенно иным.
— Герцог!
Перо хрустнуло в его руке, и по пальцам потекли чернила.
Питер, его заместитель, всполошился и поспешил попросить Леониса показать ладонь.
К счастью, острый обломок пера не поранил кожу.
Ладони Леониса, привыкшие к мечу, были грубыми, толстыми и твёрдыми.
Пока слуга вытирал ему руки платком, Леонис смотрел в окно.
Селия сказала, что ненадолго уезжает.
Значит, уже должна была вернуться.
Заметив, как выражение лица Леониса вдруг смягчилось, Питер проследил за его взглядом.
К особняку подъезжала карета герцогини.
«Вернулась.»
«Так вот почему он всё это время так нервничал?»
Питер покосился на лицо Леониса.
Убедившись, что Селия действительно вернулась, тот со значительно более спокойным выражением взял новое перо.
Руки к тому моменту уже были чистыми.
— Почему вы не выйдете?
— Ты о ком?
Питер уже собирался ещё раз подтолкнуть его, но передумал.
«Вы вообще-то уже женаты. Что вы тогда здесь сидите?»
Питер был одним из немногих людей, знавших, почему Леонис решил жениться именно на Селии.
«Герцог и с места не сдвинется, даже если толкать его в спину.»
Питер сделал вид, будто ничего не имел в виду, и протянул ему следующий документ, надеясь хотя бы таким образом заставить герцога работать немного активнее.
Взгляд
Леониса был по-настоящему устрашающим, но Питер до самого конца сохранял полное
бесстрашие.
