Император лично называл имена награждённых и прикреплял медали. Все рыцари и служащие, находившиеся в зале, с нетерпением ждали этого момента.
Однако маркизу Монтегю происходящее не доставляло особой радости.
— Эта медаль станет семейной реликвией вашего рода.
Значимость такой награды останется неизменной независимо от того, насколько глупым или несправедливым окажется сам Император.
Помимо медалей, Император вручил пятерым мужчинам, среди которых был и маркиз Монтегю, почётные знаки отличия и флаги.
На знамёнах золотыми нитями были вышиты благословения Императорской семьи, и сами флаги также могли передаваться из поколения в поколение.
После столь почётной награды взгляд маркиза Монтегю немного смягчился.
Получив медаль, он последовал за слугой и занял место рядом с Императором.
Затем награды начали вручать дворянам более низкого положения.
Маркиз оглянулся и увидел Селию.
Она аплодировала, опираясь на герцога Кардиана.
«Селия.»
На самом деле вся эта церемония приводила его в замешательство, потому что он прекрасно понимал, за что именно получил награду.
Его наградили за то, что он отдал дочь герцогу Кардиану и тем самым не позволил проклятию вернуться в Императорскую семью.
Маркиз посмотрел на Леониса, обнимавшего его дочь за талию, и тут же отвёл взгляд.
Лицо его мгновенно побледнело.
«Чудовище!»
Если говорить грубо, Леонис был всего лишь сосудом для проклятия.
Но для маркиза Монтегю это ничего не меняло.
Его дочь вышла замуж за чудовище...
От одной мысли о том, как она мучилась при зачатии ребёнка, а теперь ещё и вынашивала его семя, маркизу становилось дурно.
«Боюсь, что больше никогда не увижу собственных детей...»
Даже если он умрёт, его жена уже была слишком стара, чтобы родить ещё одного ребёнка.
Маркиз прекрасно это понимал, и потому всё сильнее хотел найти Лили.
«Не могу поверить, что эта бесполезная тварь сбежала!»
Он собирался найти мужчину из приличной дворянской семьи, женить его на Лили, а затем воспитать их сына как наследника маркизата.
Но после её странного исчезновения всё пошло наперекосяк.
«Я ни за что не передам маркизат Монтегю отпрыску этого чудовища!»
Именно поэтому он так отчаянно хотел разыскать Лили.
Но сколько бы ядовитых мыслей ни проносилось у него в голове, никто вокруг ничего не замечал.
Маркиза особенно беспокоила одна найденная улика.
Лили могла покинуть континент на корабле.
Он долго считал, что она не способна зайти так далеко — девушка, к тому же напуганная...
Но исключения случались всегда.
Пока маркиз был погружён в свои мысли, Император продолжал поздравлять награждённых.
Дворцовые слуги проходили между гостями, предлагая бокалы шампанского.
— Поднимите бокалы выше! Сегодня ваш день! Слава Империи!
— Ура-а!
Император поднял свой бокал и с явным удовольствием сделал глоток.
Остальные присутствующие последовали его примеру.
На мгновение маркизу Монтегю показалось, будто Император падает на пол с пеной у рта и кровью, текущей из глаз.
Но, конечно же, ничего подобного не произошло.
Потому что силой Императора было «очищение».
Во всей Империи не нашлось бы ни мужчины, ни женщины, ни ребёнка, которые не знали бы об этой способности.
Если однажды Император и будет убит, то уж точно не ядом.
«Этот Император точно не умрёт прямо сейчас...»
Маркиз снова посмотрел в сторону Селии.
Она и герцог Кардиан уже чокнулись бокалами и пили шампанское.
Маркиз нахмурился, потому что со стороны они действительно выглядели подходящей друг другу парой.
В этот момент Селия заметила его взгляд.
Маркиз увидел, как её лицо мгновенно стало непроницаемым.
На нём появилось спокойное, холодное аристократическое выражение.
Он никогда бы не подумал, что однажды собственная дочь станет смотреть на него вот так.
Селия лишь коротко кивнула и слегка склонила голову.
Она явно не собиралась подходить.
Маркиз тоже не хотел, чтобы она приближалась.
Когда к нему подошли другие дворяне с поздравлениями, маркиз Монтегю отвернулся.
Обида на Селию достигла предела.
✦ ✦ ✦
«Этого достаточно.»
Селия устала слышать от родителей одно и то же:
«Это всё из-за тебя.»
До самого замужества ей словно только это и твердили.
С неё хватит.
Она понимала, что приказ Императора нужно было исполнить.
Но обвинять во всём её было трусостью со стороны родителей.
— Селия.
Она услышала обеспокоенный голос Леониса и повернулась к нему.
Одного его тёплого взгляда оказалось достаточно.
«Он единственный, кто у меня есть.»
Человек, который не предаст её и будет любить без всяких условий.
Поскольку Леонис был главным героем романа, Селия знала, что такая любовь действительно возможна.
И была готова рискнуть.
— Всё хорошо.
Леонис взял её за руку, и выражение его лица сразу смягчилось.
Тем временем Император наблюдал за Селией и Леонисом, задумчиво потирая подбородок.
Что произошло бы, если бы дочь Монтегю тогда не вышла замуж за герцога Кардиана?..
— Значит, всё должно было сложиться именно так...
Когда-то Император рассчитывал сделать Селию покорной, но теперь изменил планы.
Если бы он вмешался сильнее, мог добиться прямо противоположного результата.
Тогда между супругами не возникли бы такие близкие отношения.
К тому же существовала такая вещь, как противозачаточное кольцо.
Лучше пока не провоцировать герцога Кардиана.
Снова заиграла музыка, и пары начали выходить в центр бального зала.
Император поприветствовал нескольких дворян, после чего обратил внимание на сыновей, каждый из которых уже оказался окружён собственной группой сторонников.
Как и следовало ожидать, вокруг Михаила собрались его вассалы.
Рядом с Филом стояли его сторонники.
А Киль...
— Хм... Он всё ещё пьёт? Вот же глупец...
Император сделал вид, что не заметил, как одна из трёх императриц внимательно следит за выражением его лица.
Он не собирался постоянно присматривать за Килем.
У него и так было ещё двое сыновей.
Даже одного вполне достаточно, чтобы продолжить род и вырастить наследника.
Если Киль так боится соперничества, пусть вообще откажется от этой гонки.
Император перестал за ним следить.
Его мало интересовало, какие именно группы сформировались вокруг Михаила и Фила.
Оба всё тщательно продумали, просто действовали по-разному.
Преданные Императору семьи держались ближе к нему и холодно наблюдали за теми, кто пытался заслужить его внимание.
А семьи, связанные с принцами кровью или браком, тоже уже образовали отдельные круги.
Но самым неожиданным оказалось другое.
Герцог и герцогиня Кардиан тоже начали понемногу собирать вокруг себя людей.
Когда Император Оркан заметил это, он действительно удивился.
Даже если герцог Кардиан появлялся на балах, обычно он не оставался надолго.
Приходил — и почти сразу уходил.
Оркан прекрасно знал, как Леонис ведёт себя на приёмах и банкетах.
Но теперь...
«Неужели создание семьи настолько тебя изменило?»
Со стороны казалось, будто именно Селия удерживала его от самых мрачных и ужасных сторон собственной натуры.
Люди подходили поприветствовать герцога, но, заметив Селию, сначала обращались к ней, словно надеясь, что именно она представит их мужу.
Большинство дворян, судя по всему, были счастливы получить от герцога Кардиана хотя бы короткое приветствие.
Император почувствовал странное беспокойство, хотя и сам не понимал почему.
«Наверное, потому что этому чудовищу непривычно притворяться человеком.»
Будь на месте Леониса кто-то другой, Император, возможно, просто убил бы Селию, чтобы избавиться от проблемы.
Но с герцогом Кардианом так поступить было невозможно.
Сначала нужно было убедиться, что у Леониса появится наследник.
В этот момент Леонис внезапно повернул голову в его сторону, словно почувствовал чужой взгляд.
Император невольно вздрогнул, встретившись с его свирепым, почти звериным взглядом.
Они смотрели друг на друга всего одно мгновение.
Затем Леонис отвернулся.
А когда снова посмотрел на Селию, его глаза стали совершенно другими — почти мягкими, щенячьими.
У Оркана возникло дурное предчувствие.
«Этот зверь перегрызёт мне горло, если я хотя бы пальцем трону Селию.»
✦ ✦ ✦
Леонис наклонился к Селии и тихо прошептал, оглядывая зал:
— Не вижу твою мать.
Слово «тёща» в его устах прозвучало бы ещё страннее.
Возможно, Селия не чувствовала привычной боли именно потому, что не видела лица матери.
— Она не придёт. Не переживай.
Сказав это, Селия ещё раз убедилась в собственной догадке.
Вероятно, её мать какое-то время останется в маркизате — по крайней мере до того, как начнётся мятеж.
Рамона отличалась от большинства знатных дам тем, что сама создала себе имя.
Брак Селии и Леониса и без того сильно задел её гордость, а если бы она появилась на награждении, остальные дамы наверняка засыпали бы её вопросами.
Для Рамоны это было бы унизительно.
И все вокруг сочувствовали бы ей лишь потому, что она маркиза Монтегю.
Возможно, после того как Леонис избавится от проклятия...
Когда весь мир узнает правду, Селии всё равно придётся когда-нибудь рассказать обо всём открыто.
— Уже поздно, но поздравляю вас со свадьбой! Вас обоих...
Лицо Селии застыло, когда она повернулась на весёлый голос.
За красивой блондинкой стоял Фабиан.
Увидев Селию, он словно на мгновение расстроился, а затем быстро отвёл взгляд, будто заметил нечто неожиданное.
Селия перевела взгляд на Бьянку.
В этот момент Леонис крепче обнял её за талию, поддерживая.
Селия знала, что у Фабиана появилась невеста.
Она читала об этом в книге.
Хотя никто из дома Кардиан ей ничего не говорил.
Потому что эта глава была одной из самых шокирующих.
Маркиз Персиль не хотел, чтобы его сына как-либо связывали со смертью бывшей невесты, поэтому сразу начал подыскивать ему новую пару.
И, как выяснилось, Фабиан был вполне доволен новой невестой.
Селия едва не нахмурилась, когда вспомнила, как всё происходило в оригинале.
— Благодарю. Простите, но леди...
— Я Бьянка Ризалус.
Леонис уже слышал имя виконта Ризалуса.
Он до сих пор не решался рассказать Селии о помолвке Фабиана и Бьянки.
Боялся, что эта новость может хоть как-то на неё повлиять.
Бьянка же с совершенно невинным видом обратилась к Селии:
— И нас тоже поздравьте. Мы тоже помолвлены.
Она говорила так, словно вообще не знала о прежней помолвке Фабиана и Селии.
Фабиан, стоявший у неё за спиной, заметно удивился, будто не ожидал, что она скажет это прямо сейчас.
— Это мой жених.
Стоявшие неподалёку дворяне затаили дыхание, предвкушая настоящую драму.
Казалось, даже музыка, смех и разговоры подвыпивших гостей внезапно стихли.
Воцарилась напряжённая тишина.
Селия ответила почти автоматически, сама не осознавая, что именно говорит.
Но лицо её
сияло искренней радостью — так, словно она смотрела на девушку, которая только
что обручилась с любимым человеком.
