Из-за того, что они занимались любовью снова и снова, Селия совершенно вымоталась и в конце концов потеряла сознание. Леонис подумал, что именно так и сможет удерживать её дома.
Селия была сильнее большинства женщин, но по выносливости не могла сравниться с Леонисом. Когда он терял контроль и набрасывался на неё, она нередко потом проводила в постели весь день.
— Ха... ха... Нгх! Ахх... А-а-а...
Теперь, после того как афродизиак полностью подействовал, Селия утонула в непристойном наслаждении и уже почти не могла думать. Леонису было её жаль, но сейчас он считал, что другого выхода у него нет.
По крайней мере, пока не минует опасный период.
Неважно, сколько раз это придётся повторить, если Селия будет на это соглашаться. Леонис был уверен: как бы сильно она ни хотела секса, он сумеет её удовлетворить.
Единственное, о чём он беспокоился, — выдержит ли сама Селия.
— М-м... а-ах... а-а! Да... а-а-а...
Под Леонисом Селия снова и снова двигала бёдрами ему навстречу, даже не подозревая о его дурных намерениях. Каждый раз ей казалось, что она вот-вот умрёт, но она всё равно считала, что оно того стоит, и позволяла Леонису продолжать.
— Ха-а... Селия...
Его сладкие стоны и то, как он смотрел на неё с нескрываемым желанием... всё это казалось почти театральным.
Но это лишь усиливало наслаждение, которое она чувствовала глубоко внутри, пока он безжалостно входил в неё. А то, как она терялась в удовольствии и отвечала на каждое его движение своими бёдрами, можно было назвать по-своему поэтичным.
«Ах... Я ведь вылила на него целый флакон этого афродизиака.»
На самом деле использовать афродизиак на Леонисе было бессмысленно. Его организм почти не реагировал ни на яды, ни на лекарства. Кровь Селии же была смешана с кровью богини, поэтому её тело тоже не нуждалось в лекарствах и могло естественным образом очищаться от токсинов.
Но, в отличие от Леониса, сама Селия не могла быть в этом уверена. Никогда прежде она не испытывала такого сильного наслаждения. Ей даже казалось, что без афродизиака она бы подобного не выдержала.
И всё же где-то в глубине души возникло смутное подозрение: если она и дальше будет так бездумно предаваться удовольствию, завтра ей придётся об этом пожалеть...
«Подумаю об этом завтра! И чего Леонис такой настойчивый?!»
«Как я могу отказать ему, когда он соблазняет меня с таким лицом и таким телом? Прости меня, завтрашняя я... Но ты наверняка поймёшь. Тем более состояние Леониса заметно улучшилось.»
— Ах! А-а-а...
Селия снова поддалась нахлынувшему удовольствию и достигла очередной кульминации.
Это немного её тревожило, но сейчас она решила об этом не думать.
✦ ✦ ✦
— Чёрт возьми...
Селия застонала и первой откинулась спиной на постель.
Она с обидой посмотрела на Леониса и почувствовала, как внутри поднимается раздражение.
В отличие от Селии, которая едва могла шевелиться в кровати, Леонис выглядел совершенно нормально.
Теперь ей окончательно стало ясно, что всё это время он действительно подавлял свои настоящие желания ради неё. А прошлой ночью наконец потерял контроль и выпустил наружу всю похоть, которую слишком долго сдерживал.
— В вашем нынешнем состоянии вы не сможете выйти из дома до самого Императорского банкета, — вздохнув, сказала горничная.
Леонис, уже полностью одетый, сделал вид, будто не заметил пронзительного взгляда Селии.
В отличие от неё, вынужденной отменить все свои планы, Леонис собирался посетить банкет в закрытом светском клубе, куда допускались только мужчины-аристократы.
Его помощники полагали, что ни Первый, ни Третий принц там к нему не приблизятся.
— Я скоро вернусь.
Селия поморщилась.
Леонис подошёл к ней, и она позволила ему легко поцеловать себя. Но уже в следующий момент сама просунула язык глубже и ущипнула его за руку.
— М-м! М-м... М-м-м...
Она ущипнула Леониса довольно сильно, однако на его крепком предплечье это почти никак не отразилось.
Самого Леониса утешало уже то, что Селия снова спокойно находилась в его объятиях, поэтому он углубил поцелуй.
Наконец Селия немного расслабилась и отпустила его руку.
Леонис провёл ладонью по её щеке, не прерывая поцелуя.
— Когда я вернусь... позволю тебе трогать меня столько, сколько захочешь.
Глаза Селии тут же загорелись.
Горничные, занимавшиеся ванной, тихо отвернулись, услышав эти слова. Вежливее всего было делать вид, будто они ничего не слышат.
— Ты ведь не врёшь?
— Как я могу солгать собственной жене? Если я так поступлю, мне ведь не поздоровится.
С этими словами Леонис слегка прижался лбом ко лбу Селии.
Та ещё несколько секунд подозрительно смотрела на него, а затем обхватила ладонями его лицо и снова поцеловала.
— Не делай ничего опасного...
Поцелуй.
— Не забывай обо мне.
Поцелуй.
— Счастливого пути.
Щёки Леониса слегка покраснели, пока они целовались и обменивались нежными словами.
В какой-то момент он всерьёз задумался, не отказаться ли вообще от этого банкета.
Ему хотелось остаться рядом с Селией.
— Я вернусь.
Разочарованный тем, что всё же приходится оставить её в особняке, Леонис в последний раз поцеловал Селию и наконец выпрямился.
Не имея сил даже подняться с кровати, она могла лишь помахать ему вслед.
✦ ✦ ✦
Леонис сел в экипаж, всё ещё ощущая на губах мягкость поцелуя Селии.
Каждый день он чувствовал прикосновение её губ к своим, но ему всё равно всегда было мало.
«Как и ожидалось, я уже скучаю по ней.»
Леонис вздохнул и слегка сжал губы.
Ему не нравилось оставлять Селию, даже несмотря на то, что он понимал необходимость выйти из особняка.
Он хотел находиться рядом с ней при любой возможности.
Однако мысли Леониса вновь изменились, когда он вспомнил, сколько людей сейчас пытались подобраться к Селии.
В их числе был и граф Роуэн, семья которого до сих пор сохраняла близкие отношения с герцогским домом, а также Второй принц.
Леонис насторожился, когда один из слуг, приставленных к Селии, намекнул, что Фабиан всё ещё продолжает крутиться вокруг неё.
Теперь Леонис знал, что Селия испытывает к нему чувства, но когда-то она любила Фабиана, была предана им и даже собиралась покончить с собой.
Его беспокоила мысль о том, что тлеющие угли старой любви могут снова поколебать её сердце.
«Сомневаюсь, но...»
Возможно, безопаснее было бы просто убить Фабиана.
Даже если Селия потом обо всём узнает.
— Что-нибудь слышно от наших псов?
— Пока никаких движений. Но ходят слухи, что Первый принц собирается сблизиться с герцогом.
— ...
Из-за того, что Михаил не обладал таинственной силой Императорской семьи, Леонис обратил внимание на него раньше, чем на Третьего принца Киля.
Он уже отправил людей туда, куда указала Селия, чтобы проверить личность биологического отца Михаила.
Однако добытых сведений пока было недостаточно, чтобы окончательно подтвердить личность мужчины, поэтому Леонис приказал продолжать наблюдение.
«Значит, скорее всего, именно Михаил выпустил чудовищ в герцогство. Если после моей смерти проклятие вернётся в Императорскую семью, остальным принцам тоже придётся несладко...»
Информация, которую дала Селия, словно заполнила недостающий кусок в картине, которая раньше никак не складывалась у Леониса.
До сих пор он полагал, что странное поведение Михаила объяснялось комплексом неполноценности из-за того, что тот не унаследовал силу Императорской семьи.
«Я и представить не мог, что Первый принц родился в результате измены императрицы.»
Теперь всё приобретало смысл.
Прежде Леонис просто не сумел правильно сложить все кусочки воедино.
Судя по всему, Император долго ждал, когда у Михаила проявится сила.
Но этого так и не произошло.
И теперь перед Леонисом постепенно раскрывался план Михаила: вернуть проклятие Императорской семье, уничтожить её, а затем захватить трон.
«Неудивительно, если они все в итоге погибнут.»
Если проклятие сведёт Императора с ума, убийство станет самым очевидным решением.
Тогда Михаил сможет воспользоваться смертью Императора и обречь остальных детей Императорской семьи на жизнь с проклятием.
Герцогство Кардиан жило с проклятием уже три поколения и знало способы сдерживать его.
Императорская семья, напротив, совершенно не представляла, как с ним справляться.
Если дать нужный толчок, Михаилу было бы несложно подтолкнуть обезумевшего Императора к убийству собственных детей.
«Я не собираюсь попадаться в эту ловушку.»
Леонис не намеревался открыто вставать на сторону кого-либо из принцев.
Он не собирался поддерживать ни Михаила, ни Киля.
Даже если бы Леонис встал на сторону Михаила, тот всё равно рано или поздно попытался бы от него избавиться.
Любой идиот мог понять, что род Кардиан представляет серьёзную угрозу для Императорской семьи.
Однако сложившаяся ситуация была следствием действий самой нынешней Императорской семьи.
Существовал простой принцип: казна империи может быть полной лишь тогда, когда народ живёт достаточно хорошо.
Взяточничество и закрывание глаз на коррупцию дворян разрушали жизни простых людей, и в конце концов те переставали быть способны полноценно платить налоги.
В краткосрочной перспективе — даже на протяжении нескольких десятилетий — это могло не привести к заметным последствиям.
Но если подобное продолжалось год за годом без какого-либо улучшения, перед населением рано или поздно оставался лишь выбор: бежать из страны или умереть дома.
А следом неизбежно приходили в упадок и финансы всей империи.
Это был простой и основополагающий принцип, однако дворяне никак не могли его понять.
В их представлении народ являлся неисчерпаемым ресурсом: сколько ни выжимай, людей всё равно становилось только больше.
Если Леонис станет императором, ему придётся вырвать коррупцию с корнем.
Его и без того считали убийцей, поэтому он не боялся ещё сильнее запятнать репутацию кровью и обвинениями в тирании.
Обезглавить дворян, уже лишивших средств к существованию сотни людей, было пустяком по сравнению с тем, через что ему пришлось пройти из-за божественного проклятия.
✦ ✦ ✦
Появление герцога Кардиана явно застало дворян врасплох.
Да, приглашение ему действительно отправили, но скорее из формальной вежливости.
Их беспокойство было вполне естественным: чтобы самому заговорить с герцогом Кардианом, требовалось немалое мужество.
Но отрицать очевидное было невозможно.
Герцог Кардиан действительно соизволил почтить их своим присутствием.
Даже если бы у Леониса вовсе не было приглашения, никто не осмелился бы запретить ему войти в этот светский клуб.
Поэтому ему сразу отвели лучшее место в зале.
С собой он привёл двух ближайших помощников.
До этого вечера присутствовавшие здесь дворяне прилагали немало усилий, чтобы хотя бы через помощников Леониса добиться его расположения, поскольку иного способа получить доступ к делам герцога Кардиана практически не существовало.
— Неплохо...
Первым решился подойти молодой и амбициозный мужчина из малоизвестной семьи.
Чем ближе он подходил к Леонису, тем сильнее ему казалось, будто челюсти огромного льва медленно смыкаются вокруг его головы.
Посмотреть герцогу прямо в глаза он так и не смог, но решил, что по крайней мере обязан поприветствовать его.
— П-приятно... познакомиться с вами, герцог. Я... я Рой Сицилия, сын виконта Сицилии...
Взгляд Леониса слегка изменился, будто он о чём-то задумался.
Что-то в названии этой семьи показалось ему знакомым.
— Твоя семья... ветвь рода Монтегю?
Лицо молодого аристократа тут же просияло.
И это стало началом.
Один за другим дворяне стали подходить к Леонису.
Разумеется, решались на это далеко не все.
Неудивительно, что лицом к лицу с Леонисом осмеливались встретиться либо относительно порядочные люди, которым нечего было скрывать, либо те, кто обладал достаточной силой и уверенностью.
Коррумпированные же дворяне, стоило им встретиться взглядом с Леонисом, нередко тут же отступали, покрывшись холодным потом.
— Похоже, герцог стал главным центром всего банкета.
— О боже. Первый принц!
— Принц Михаил!
Когда Михаил вошёл в зал, дворяне тут же потянулись к нему.
Леонис тоже медленно поднялся со своего места.
— Ваше Высочество, давно не виделись.
