— Предатель.
— …
— Лжец.
— Я не лгал… Мне правда жаль.
Последние два дня Леонис был слишком жаден и буквально сводил Селию с ума, но всё же не осмелился сказать ничего настолько бесстыдного, как, например, спросить, понравилось ли ей.
Он понимал, что, если бы мог вернуться назад, всё равно поступил бы точно так же, сколько бы Селия ни возмущалась и как сильно ни щипала его за руки. Ему нужно было измотать её, чтобы не дать в одиночку ввязаться во что-нибудь опасное на Императорском балу.
«Конечно… я не могу сказать, что мне это не понравилось.»
Одна только мысль о Селии, о её светло-персиковой коже, дрожащей в его объятиях, вызывала у него наслаждение. В такие моменты Леонис даже считал, что ему повезло родиться на свет.
Он должен был закончить всё за эти два дня, потому что приближался Императорский бал, но после того, как всё закончится, Леонис собирался делать это каждый день, лишь бы проводить с ней больше времени.
— Из-за проклятия… Я ничего не мог с этим поделать.
Это была откровенная ложь.
Селия слегка надула щёки, услышав его слова.
Леонис и сам понимал, насколько трусливо использовать проклятие как оправдание, но ничего другого придумать не мог.
Он не знал, как ещё остановить Селию.
Сколько бы он ни повторял, что беспокоится о ней, Селия всё равно его не слушала. Потому что, если риск не возьмёт на себя она, тогда придётся рисковать ему.
Но запереть Селию он тоже не мог.
Как можно было так поступить с человеком, которого любишь?
— Если так...
Селия подозрительно посмотрела на Леониса.
После случая с чудовищем она больше не замечала в нём признаков безумия, и это вызывало вопросы.
Однако в оригинале Леонис занимался сексом с Лили каждую ночь, а иногда и днём, но даже это не избавило его от безумия полностью.
«Неужели я слабее Лили? Или нет… Может, с проклятием Леониса что-то изменилось?»
— В чём дело?
Леонис склонил голову к Селии и внимательно всмотрелся в её лицо.
Его насторожило озадаченное выражение.
— Ничего. Просто думаю… может, это потому, что моей силы недостаточно...
После этих слов Леонис заметно растерялся.
Он и представить не мог, что его попытка ограничить Селию в действиях приведёт к такому недоразумению.
— Нет. Это… дело в моих эмоциях...
— В эмоциях?
На самом деле объяснить было несложно, потому что безумие действительно усиливалось под влиянием его чувств.
— Да. Оно проявляется сильнее в зависимости от тревоги или ненависти. Обычно я могу себя контролировать, но когда встречаюсь с Императорской семьёй или некоторыми аристократами...
По этой причине человеком, которого Леонис меньше всего хотел видеть, оставался Император Оркан.
Впрочем, вероятно, и они сами чувствовали себя рядом с Леонисом неуютно.
— Тогда сегодня на балу будь осторожен.
— Буду.
— Может быть…
Селия с всё ещё надутыми щеками серьёзно посмотрела на него.
Леонис не сводил взгляда с её лица и заметил в её глазах необычную решимость.
— Если ты столкнёшься с кем-нибудь из аристократов… Я… тогда, если… если понадобится… Там ведь наверняка будет отдельный зал для герцога Кардиана...
Лицо Леониса покраснело, когда он понял, к чему она клонит.
До Селии он был девственником, хотя с самого начала умел доводить её до безумия так, будто имел огромный опыт.
Ему самому до сих пор было трудно в это поверить.
— Хорошо. Я… я сделаю для тебя всё.
Леонис согласился и поцеловал Селию в щёку.
✦ ✦ ✦
— Бьянка.
Красивая блондинка плавно спустилась по лестнице.
Она была почти столь же хороша собой, как Селия: прекрасные фиолетовые глаза, чистая белая кожа.
«Конечно, до Селии ей всё равно далеко.»
Естественную красоту Селии и её врождённую аристократическую ауру было трудно с кем-либо сравнить.
Бьянка Ризалус была лишь наполовину дворянкой: её отец происходил из простолюдинов, а мать принадлежала к знати.
Фабиана это раздражало.
После того как его помолвка с Селией была расторгнута, отец, маркиз Персиль, изо всех сил пытался найти ему невесту, которая хотя бы немного могла с ней сравниться.
Но это было непросто.
Селия была лучшей из лучших.
К тому же теперь его бывшая невеста носила титул герцогини Кардиан.
Учитывая влияние герцога Кардиана, многие девушки опасались становиться новой невестой Фабиана, чтобы не оказаться в положении, в котором герцогиня могла бы возненавидеть их.
После долгих поисков маркиз Персиль остановился на Бьянке.
Хотя её происхождение считалось несколько ниже желаемого, она отличалась выдающейся красотой и имела огромное приданое.
Кроме того, в семье не было наследника, а значит, всё состояние родителей Бьянки со временем должно было перейти к дому Персиль.
Ризалусы разбогатели благодаря торговле и бизнесу, хотя, разумеется, их состояние не шло ни в какое сравнение с богатством герцога Кардиана.
Поначалу они опасались связываться с маркизом Персилем, но в итоге признали, что лучшего жениха для Бьянки найти будет трудно.
Для девушки, лишь наполовину принадлежавшей к дворянскому роду виконта, перспектива стать маркизой выглядела весьма привлекательно.
— Фабиан, ты должен относиться к виконту Ризалусу с уважением. Они могут выглядеть простой добычей, но прекрасно умеют зарабатывать деньги.
Фабиан и не собирался грубить своей новой невесте.
Он умел быть настолько вежливым, насколько это было необходимо.
Особенно учитывая её красоту.
«Её происхождение немного раздражает, но… пожалуй, так даже лучше. Женщины обычно отступают, если соперница заметно превосходит их.»
Он всё равно не мог найти невесту выше статусом, чем Селия, поэтому решил, что Бьянка вполне подойдёт.
Кроме того, ему не хотелось связываться с женщиной, чья семья имела бы слишком большое влияние и могла бы давить на него своим положением.
Это имело бы смысл, будь речь о принцессе, брак с которой позволил бы ему стать герцогом.
Но, к сожалению, в нынешней Империи подходящей принцессы не было.
— Пожалуйста, позаботьтесь о моей дочери на балу, — с тревогой произнёс виконт Ризалус.
Узнав, что герцогиня Кардиан тоже будет присутствовать на сегодняшнем балу, он явно расстроился.
— Разумеется.
Разговаривая с виконтом, Фабиан особенно остро почувствовал, насколько изменилось его положение.
Он был наследником маркиза, а теперь и графом.
И всё же только он сам мог подняться ещё выше и стать настоящим главой собственного дома.
«Полагаю, до свадьбы стоит вести себя вежливо. Но нет смысла заранее чрезмерно осторожничать.»
Маркиз Монтегю был куда хитрее виконта Ризалуса.
Даже когда он разрешил Фабиану обручиться с Селией, всё равно постоянно наблюдал за ним.
Словно всё время чего-то опасался.
«По крайней мере, теперь мне не придётся постоянно угадывать мысли и настроение маркиза Монтегю.»
Фабиан протянул Бьянке руку.
Перед особняком виконта уже ждала карета маркиза Персиля.
Бьянка взяла его за руку и поднялась внутрь, а Фабиан последовал за ней.
Он нахмурился, услышав, как хлопнула дверца кареты.
По правилам слуга знатного дома должен был открывать и закрывать дверцу бесшумно.
Похоже, тот торопился из-за того, что они задержались.
Фабиан посмотрел на Бьянку, но она никак не отреагировала.
Разглядывая её красивое лицо, он невольно задумался:
«Интересно, как там Селия...?»
Ему действительно хотелось увидеть Селию на Императорском балу.
✦ ✦ ✦
Лицо Селии покраснело, когда она попыталась подняться на дрожащих ногах.
Леонис неловко отвёл взгляд, когда она с обидой посмотрела на него.
— Вот поэтому танцы...
— Я тебя понесу.
«Если ты так сделаешь, мы, конечно, сможем показать всем наш танец, но потом о нас будут сплетничать. И я не смогу танцевать ни с кем, кроме Леониса, потому что тогда придётся слишком близко прижиматься к другому мужчине.»
«Разве не этого он и добивался?»
Самостоятельно ходить Селия почти не могла.
Дело было не в боли в спине — просто ноги отказывались нормально двигаться.
Она даже не знала, что на это сказать.
«Как мне лучше всего сблизиться с принцессой Амелией? Леонис поговорил с Михаилом на банкете и добился того, что принцесса, скорее всего, подойдёт ко мне, но дальше всё становится сложнее.»
«Улизнуть из дворца… Я ведь не собиралась специально её разыскивать.»
«Нет, если честно, я вообще не планировала ничего подобного. Для герцогини вполне естественно случайно заблудиться и немного побродить по дворцу.»
Обычные дворяне, возможно, многого не знали, но среди членов Императорской семьи действовали примерно те же правила.
Императорская семья не могла просто так наказывать собственных родственников.
Вопрос престижа имел слишком большое значение.
Члены Императорской семьи должны были обращаться друг с другом с определённым уважением, тогда как к обычным дворянам относились иначе.
Селия задумалась, не поэтому ли дворяне так ненавидели герцога Кардиана, несмотря на его принадлежность к Императорской семье.
Возможно, сама Императорская семья сознательно распространяла отношение к нему как к кому-то постороннему.
— Вот поэтому я и думаю, смогу ли нормально поклониться Его Императорскому Величеству.
— Всё будет хорошо. Император проявит снисхождение к женщине, которую я люблю, даже если ты сделаешь что-нибудь не так.
Разумеется, эта снисходительность продлится лишь до тех пор, пока Селия не родит первого ребёнка.
С матерью Леониса Император поступил точно так же.
— Пойдём?
Леонис подошёл к Селии и, обняв её за талию, вопросительно посмотрел на неё.
Селия бросила на него слегка обиженный взгляд и всё же кивнула.
Он явно чувствовал себя виноватым, но отказаться от посещения Императорского бала они всё равно не могли.
Оставалось только надеяться, что ноги Селии выдержат всё, что ждало её во дворце.
Получив молчаливое разрешение, Леонис крепче обнял Селию.
Горничные поспешно распахнули дверь.
Леонис прошёл мимо них, совершенно не меняясь в лице, хотя Селия в платье, расшитом драгоценными камнями, должна была весить довольно много.
Любой, кто увидел бы их со стороны, решил бы, что она лёгкая, как пёрышко.
«Вот что значит главный герой!»
Пока Селия мысленно восхищалась, Леонис спустился по лестнице и пересёк вестибюль.
Перед главным входом уже ждала роскошная карета герцога Кардиана.
Дверца была открыта.
Герцог и герцогиня прошли мимо поклонившегося слуги и сели внутрь.
Селия устроилась на дальнем сиденье, а Леонис сел рядом.
Слуга бесшумно закрыл дверцу и поспешил к задней части экипажа.
Как и у большинства знатных семей, позади кареты имелось отдельное место для слуг.
Одно из мест уже занимал приближённый герцога.
Слуга сел рядом с остальными и посмотрел в сторону кучера.
Возле водительского места находился ещё один слуга.
Между кучером и пассажирским отделением было небольшое окошко.
После лёгкого кивка герцога слуга посмотрел на кучера.
Тот заметил знак, и карета тронулась.
Уловив взгляд Леониса, слуга тут же закрыл маленькое окошко.
