Онлайн чтение книги Ночь императрицы Your Majesty, I Want You
1 - 68

Когда рыцарь Рорка прибыл в деревню, то немедленно отправил гонца своему господину. К лапе почтового голубя был прикреплен сверкающий перстень. Герцог замер, увидев его.

Перстень играл ослепительным блеском на свету и, по словам ювелира, был продан каким-то бедным фермером. С первого взгляда стало понятно — такая драгоценность не могла принадлежать простолюдину. Заподозрив неладное, ювелир тут же донес властям, а рыцарь, по счастливой случайности, перехватил кольцо и доставил его Великому Герцогу.

Рорк мгновенно узнал его. Сжав перстень в кулаке, он почувствовал, как в груди закипает странная, тягучая смесь ярости и чего-то еще, что он не хотел называть.

Его догадка подтвердилась — герцог Сайлас не захотел ехать по суше. Он явно намеревался плыть морем. По воде след терялся быстрее, да и дороги в Данар по суше и по морю различались настолько, что Рорк просто не успел бы их перехватить.

И еще… Измученная долгой дорогой Аран смогла бы перенести морское путешествие куда легче.

Не теряя ни секунды, герцог развернул коня и направился к дому того самого фермера. Не важно, украл ли тот перстень или добровольно получил его из рук императрицы — ясно было только одно: их пути каким-то образом недавно пересеклись.

Дрожащего от страха мужика привели к Великому Герцогу. Рорк даже не думал щадить несчастного. Он показал перстень, и первый вопрос прозвучал как удар кнута:

— Это ты продал кольцо?

— Э-э? Н-нет, Ваша Милость! Я не знаю… — фермер затрясся, начал отпираться и мысленно проклинать свою жадность.

Теперь он понимал, почему покойный отец постоянно твердил ему: «С дворянами не связывайся». Когда нашел блестящую безделушку в своем доме — обрадовался, но оказалось, что это ни что иное, как плата за переход на тот свет.

Нынешний гость был не четой тем двоим, что останавливались у него накануне. Холодный человек, будто выточенный из льда, с взглядом, от которого кровь стыла в жилах. Фермер повалился в ноги, и взвыл:

— Ваша Милость! Я ничего не знаю! Я неграмотный, бедный, последний дурак — пощадите!

Герцог сжал губы. У него не было времени на то, чтобы спорить с простым мужиком, который в ужасе цеплялся за его ноги.

— Я не собираюсь тебя карать, — отрезал он, безжалостно отшвырнув от себя руки фермера. — Скажешь правду — получишь вознаграждение. Если же соврешь… Наказание падет не только на тебя.

Его взгляд скользнул в сторону жены и детей фермера. Те, съежившись, сидели в углу. Мужик закричал, едва ли не плача:

— Пощадите! Я все расскажу! Только я правда ничего не знаю! Двое господ ночевали у меня, но ушли так быстро, что я и рта раскрыть не успе…

— Когда они были у тебя? — перебил герцог.

— Два… нет, полтора дня назад.

Полтора дня. Значит разрыв между ними сократился.

Стиснув зубы, Рорк задал главный вопрос:

— Как выглядела женщина? Не было ли на ней следов болезни или каких-либо ран?

Крестьянин отчаянно пытался вспомнить лицо богатой госпожи. Оно было бледным от усталости, но без синеватого оттенка, который бывает у тяжелобольных.

— Уставшее, но не больное, — ответил он.

Герцог невольно выдохнул с облегчением. Он сам не понимал, почему ответ фермера был так важен для него.

— Она не жаловалась на неудобства? — спросил он резко, окидывая взглядом покосившуюся хижину. Мысль о том, что Аран ночевала в доме, больше похожем на загон для скота, вызывала у него ярость.

Фермер покачал головой.

— Как я уже говорил, мы почти не разговаривали. Но я обмолвился парой слов с высоким мужчиной, что был с ней.

Тот «мужчина» — наверняка герцог Сайлас.

Герцог сдвинул брови, и мужик снова съежился от страха.

— Они разговаривали между собой? — требовательно спросил Рорк, — Хоть о чем-нибудь… Может, упоминали, через какие деревни поедут?

— Не знаю, Ваша Милость. Я не подслушивал. Просто подумал, что, наверное, они — молодая парочка, решившая сбежать от родни… — голос фермера стал тише, словно он мечтал провалиться под землю.

Рорк почувствовал себя так, будто его с размаха ударили в грудь. Парочка. Одного слова хватило, чтобы его настроение окончательно рухнуло в бездну. Почуяв ледяную ярость знатного господина, фермер испуганно замолчал.

— …

Сжав кулаки, Великий Герцог с трудом сдерживал желание ударить мужика, который все еще валялся у него в ногах. Но сперва ему нужно узнать, куда направилась Аран. К счастью, фермер больше не стал тянуть время и быстро указал направление. Этим он спас себе жизнь.

Рорк развернул коня. Если граф Ленс выбрал путь по суше, то уже мог опередить его.

Расслабляться было рано. Вскоре герцог обнаружил свежие следы — люди графа проходили здесь совсем недавно. Если погнать лошадь вперед, то еще есть шанс нагнать их.

«Все скоро встанет на свои места», — подумал он про себя и стиснул зубы, чтобы скрыть нарастающее нетерпение.

***

Аран прекрасно понимала, что время работает против них. Но, вопреки ее переживаниям, их маленький отряд двигался все медленнее. Герцог Сайлас то и дело находил новые отговорки — то кони устали, то нужно проверить дорогу. Однако, на самом деле, все проблема упиралась в собственную выносливость императрицы.

Без отдыха и нормальной еды она уже находилась на грани истощения, поэтому, вместо того, чтобы скакать всю ночь, они вынуждены были снова и снова останавливаться на привал.

— Простите, — в очередной раз сказал Сайлас, когда Аран, едва ли не падая, сползла с седла.

— Ладно, — проворчала она в ответ, — Отдохнем, сколько нужно. Все равно мы уже оторвались.

Герцог спокойно кивнул. Только благодаря его чутью им до сих пор удавалось ускользнуть от погони графа Ленса. Герцог предвидел каждый шаг преследователей, будто был связан с ними незримой нитью. Благодаря своей способности он направлял свой отряд к небольшому порту, до которого оставалось всего два дня пути.

— Как только сядем на корабль, сможете отдохнуть как следует, — сказал Сайлас, и в его голосе не было раздражения — только усталая забота.

Аран кивнула и прислонилась головой к стволу дерева. Чтобы избежать встречи с графом, последние несколько дней они ночевали в лесу и избегали постоялых дворов и деревень. Даже летом ночи на природе оставались прохладными. Девушка натянула одеяло до подбородка, ясно понимая, что никогда не сможет привыкнуть к жизни под открытым небом.

— Если бы не я, вы бы уже давно были на месте. — печально произнесла она.

—Это мне жаль, что приходится везти вас в таких условиях, — ответил герцог.

Аран покачала головой.

— Тебе ведь тоже нелегко.

Лицо Сайласа слегка осунулось за время их поездки, и, глядя на него, Аран не могла позволить себе ни единой жалобы. Из-за нее он терпел лишения, в то время как она оставалась для него обузой. Поэтому все, что оставалось делать, так это терпеть.

Мужчина тихо вздохнул. Он не имел ничего против ночевки под открытым небом, а вот слышать, как императрица к нему обращается, было неприятно. Он поджал губы и захотел ответить ей, но сдержался. Аран никогда не обращалась к нему по имени, если рядом не было посторонних.

Ее отношение ранило Сайласа, но он знал — требовать большего нельзя. Для нее он — не более, чем просто помощник. Прояви он хоть каплю чувств в сторону Аран, как она тут же убежит от него без оглядки. Поэтому герцог решил сменить тему:

— Чем думаете заняться, когда доберемся до Данара?

— Не знаю, — неожиданно искренне призналась она, — Я до сих пор не понимаю, что вообще могу делать.

Удастся ли им вообще воплотить свой план? Сайлас уверял, что Великий Герцог не тронет Аран, но она слабо верила в его слова. Казалось, что она вообще утратила способность доверять ему. Словно этот мужчина существовал лишь для того, чтобы обманывать ее.

— Что ж, у вас еще будет уйма времени, чтобы подумать. А пока давайте молиться, чтобы у вас не было морской болезни, — пошутил герцог, заметив, как настроение Аран снова начинает портиться.

Девушка задумчиво посмотрела на него.

Его забота не отличалась теплотой, присущей матерям или отцам. Она скорее обременяла, чем приносила утешение. И в то же время, в ней не было ни ядовитой фальши братьев, ни жестокости Великого Герцога. В его отношении было что-то неловкое, но все равно приятное. Аран вдруг осознала, что к ней еще никто и никогда так не относился.

Как можно назвать это чувство? И были ли у других императоров такие подданные как Сайлас?

Может, так выглядит настоящая связь между государем и подданным? Аран все ещё не доверяла герцогу полностью, но внезапно осенившая ее догадка казалась верной. Жаль только, что она не может отплатить ему за преданность.

Ее сентиментальные мысли быстро прервались.

— Рыцари! — резко прошептал Сайлас, и девушка почувствовала, как ее сердце ушло в пятки.

Вдалеке замерцал огонек факела — сначала один, потом еще, и еще. Стражник, стоявший на страже, вбежал в их палатку, запыхавшись:

— Граф Ленс уже у перевала!

Аран и герцог Сайлас вскочили с мест одновременно. В темноте ущелья четко вырисовывалась вереница движущихся огней. Герцог резко схватил девушку за руку — она стояла окаменевшая, не в силах оторвать взгляд от приближающейся угрозы.

— Нам нужно уходить. Сейчас. — настойчиво воскликнул он.

— Д-да… — Аран очнулась и запрыгнула в седло.

Ее лошадь, измученная долгой скачкой, еле передвигала ноги. Они помчались через каменистую тропу, но расстояние между ними и отрядом графа неумолимо сокращалось.

— Так не пойдет, — произнес Сайлас и внезапно остановил своего коня.

Его голос прозвучал уверенно и жестко. Аран почувствовала, как по спине пробежал холодок. Он повернулся к ней. В голубых глазах, обычно насмешливых, читалось нечто новое — решимость, граничащая с отчаянием.

— Я задержу их. Вы должны уйти одной.

— Что? — Аран резко замотала головой, ещё не слыша доводов, но уже отвергая саму мысль. — Без тебя я бы ни за что не забралась так далеко! Как ты можешь предлагать мне бежать, бросив тебя здесь одного?!

— Со мной ничего не случится, — Сайлас порылся в седельной сумке и доставал оттуда пропуск с герцогской печатью. — Меня они убить не посмеют. Я для них — всего лишь помеха. Их настоящая цель — это вы.

Он сунул документ ей в дрожащие пальцы. Аран сжала пергамент, но так и не двинулась с места.

— А если… если они все же…

Сайлас улыбнулся — слишком беззаботно для человека, готовящегося к смерти.

— Я все же герцог, ваше величество. За убийство члена знатного рода парой мешков золота не откупишься.

Он был прав. Опасность грозила не ему. Это она была слабым звеном.

Аран зажмурилась на секунду, затем резко выдохнула:

— Будь осторожен.

— Обязательно.

Разговор был окончен. Девушка вонзила шпоры в бока лошади и рванула вперед. Сразу за горным хребтом находится пристань. Если ей удастся добраться до корабля, то она точно останется в живых.

Где-то позади раздался лязг мечей, крики, но Аран не обернулась.