Онлайн чтение книги Ночь императрицы Your Majesty, I Want You
1 - 44

Аран шагала рядом с герцогом по дворцовому саду, но ее взгляд раз за разом возвращался к кабинету в западном крыле. Она беспокоилась, что так и не успела попрощаться с герцогом Сайласом.

— О чем задумались? — спросил Рорк, слегка наклонив голову.

— Ни о чем.

Прямо перед встречей с Сайласом, в императорском кабинете неожиданно появился Рорк и, не слушая объяснений, увлек Аран в сад. Сначала она предположила, что у него срочное дело, но он говорил о том же, о чем всегда — о государственных делах. А их она игнорировать не могла.

— Я слышал, что пираты у берегов Данара стали наглеть, но не слишком ли щедро вы снарядили наших защитников? — спросил Рорк.

— Если просто прогнать налетчиков, то они обязательно вернутся. Я же намерена вырвать проблему с корнем.

— Вырвать с корнем… Неожиданно жестокие для вас слова, Ваше Величество.

— Возможно. — кивнула Аран. — Но я — императрица. Моя обязанность — защищать жизни и имущество подданных. К тому же, Данар… Многое для меня значит.

— Он вам нравится?

— Да. Рынки там душные, но море… Оно прекрасно.

Взгляд императрицы стал расфокусированным, будто она снова видела перед собой бескрайнюю синеву. Герцог наблюдал за ней с невысказанной горечью.

Он тоже вспомнил море в Данаре. Шум прибоя, крошечные босые ноги, оставляющие мокрые следы на песке, и силуэт девушки, обернувшейся к нему.

Каждая деталь виделась ясной, словно выгравированной в памяти — кроме одного.

Ее улыбки.

Она была словно стертой, будто он намеренно забыл ее.

— Если представится возможность, я хотела бы вернуться туда. — в голосе Аран прозвучала легкая грусть. — Тот закат… Вряд ли я смогу забыть его.

— Он настолько произвел на вас впечатление? — Рорк слегка наклонил голову и кинул на нее испытующий взгляд. — А что вы думаете о правителе тех земель?

Вопрос прозвучал многозначительно. Аран вздохнула и, убедившись, что служанки отстали, прошептала:

— Ради всего святого, прошу тебя. Я действительно не понимаю, почему ты снова заговорил о Сайласе. Но раз уж об этом зашла речь… Когда ты найдешь того, кто подглядывал за нами?

Рорк не ответил. Он и сам не ожидал, что поиски так сильно затянутся. Среди всех проверенных им людей не оказалось ни одного, кто приближался к покоям императрицы в ту ночь.

 Он даже начал слегка сомневаться: а не привиделось ли ей? В конце концов Аран всегда была впечатлительной. Но даже так… Все равно оставалось много вопросов.

А что, если императрица не ошиблась?

В списке подозреваемых оставался лишь один человек, которого он не проверил. Герцог Сайлас.

Герцог подглядывал?

Звучит абсурдно, но все же куда правдоподобнее, чем предположение о том, что императрица все выдумала. К тому же, если дело действительно в Сайласе, то полное отсутствие слухов лишь подтверждает его вину.

Лицо Великого Герцога застыло, сделав его похожим на каменную скульптуру.

Если это действительно Сайлас… Тогда зачем он пришел к спальне императрицы в такой поздний час?

Мысль об этом вызвала у Рорка такую ярость, что он едва сдерживался. Будь на месте смазливого герцога кто-то другой — хоть знатный вельможа, хоть презренный раб — он, возможно, не стал так злиться. Но Сайлас…

Энох и так с самого начала невзлюбил хозяина Данара. Сразу заметил, что тот питает к императрице некие чувства, однако, считал их поверхностными, а самого герцога — слишком расчетливым, чтобы открыто проявлять интерес. Потому и закрывал на все глаза.

Но больше он не станет терпеть.

Рорк вспомнил, каким взглядом Сайлас смотрел на императрицу в Данаре. А если он действительно видел их в тот момент… Если видел ее такой…

Что тогда творилось у него в голове?

Энох невольно сжал кулаки. Ему хотелось прикончить соперника здесь и сейчас. Даже если тот окажется невиновен.

Если бы Сайлас сам не заявил, что намерен затвориться в своих владениях, Великий Герцог нашел бы любой способ, чтобы устранить его.

Тем не менее он все равно требует наказания. Несмотря ни на что.

Но какого именно?

Рорк задумался и, к собственному удивлению, решил, что если вина Сайласа подтвердится, то лучше бы императрице об этом не знать.

С одной стороны, будет выгоднее, если она сама отвернется от третьего лишнего. Но с другой… И без того изможденный вид императрицы вызывал у Рорка странное беспокойство.

«Зачем я вообще об этом думаю?» — он тряхнул головой.

Но видеть Аран еще более хрупкой… Еще более разбитой… Ему тоже не хотелось.

Она и так выглядела, будто была готова рассыпаться от одного прикосновения. Почти не ела и не спала…

Аран, до этого твердо шагавшая рядом, вдруг пошатнулась. Великий герцог мгновенно подхватил ее, не дав упасть.

— Вы в порядке, Ваше Величество? — с легким беспокойством спросил он.

— А… Все в порядке…

Однако, несмотря на ее слова, лицо девушки было бледным. Кажется, они оба не ожидали, что Аран выдохнется после всего лишь нескольких шагов по саду.

— Думаю, на сегодня достаточно. Вам стоит отдохнуть, — сказал герцог, поддерживая ее.

К этому времени герцог Сайлас, должно быть, ушел, так и не дождавшись аудиенции.

— Я могу идти сама.

Аран отстранила руку Рорка, обхватывавшую ее талию. Они знали тела друг друга до мельчайших подробностей, и подобный контакт не должен был как-то смутить ее, но императрице ни за что не хотелось позволять герцогу так явно демонстрировать свою власть над ней. Ни перед кем. Даже перед горничными, хотя те и так знали об их связи.

— Позвольте мне помочь вам. — произнес Рорк.

— Я сказала, что дойду сама. — голос Аран прозвучал резко. Герцог проигнорировал протест и сильнее сжал пальцы на ее талии.

— А если упадете? Если вам неудобно идти так, то я могу вас донести.

…

Это было уже слишком. Сдавленно вздохнув, Аран позволила Рорку поддержать себя, продолжая идти шаг за шагом.

Время от времени герцог проводил пальцами по исхудавшей талии девушки, будто пытаясь понять, насколько она ослабла. Каждое такое прикосновение заставляло ее вздрагивать.

И не успели они сделать и десятка шагов, как у входа в сад их встретил герцог Сайлас.

Лицо Рорка мгновенно стало ледяным, а Аран широко раскрыла глаза от неожиданности.

— Герцог Сайлас? Вы всё ещё здесь?

— Не мог уйти, не попрощавшись. Иначе это не давало бы мне покоя, — ответил тот, и в его голосе звучала суховатая сдержанность.

— Вас ждет долгий путь. Мне жаль, что я заставила вас ждать.

Аран попыталась освободиться от руки, сжимавшей ее талию, но, опасаясь последствий, остановилась. Перед герцогом Сайласом Рорк становился особенно резким — ей нужно было вести себя осторожнее.

— Ее Величеству нездоровится, — сухо произнес Великий Герцог. — Полагаю, прощание должно быть кратким.

— Со мной все вполне хорошо. — ответила Аран и повернулась к Сайласу. — Герцог Рорк напрасно беспокоится, не стоит обращать внимания. Пожалуй, вместо этого нам лучше пройти внутрь и обсудить все за чашкой чая.

Она понимала, что оставлять герцога Сайласа стоять на улице после того, как он совершил свою бессмысленную вылазку, было бы слишком невежливо. А если и вовсе отпустить его, то она еще долго будет мучиться от угрызений совести.

Бросив украдкой взгляд на Рорка, девушка не смогла разгадать, что крылось за его бесстрастным выражением лица. Аран мысленно тяжело вздохнула. Досадно было осознавать, что даже в мелочах ей приходилось просчитывать каждое свое слово.

— В таком случае, пройдемте в приемную, — сказала она, и ее лицо слегка просветлело, когда Рорк молча согласился.

Императрице было немного неловко идти, опираясь на руку Великого герцога, но она все равно была рада возможности проявить хоть какую-то вежливость перед подданным, которого еще очень долго не увидит.

Как только они оказались в приемной, герцог Сайлас неожиданно повернулся к герцогу Рорку и произнес:

— Позвольте мне на мгновение остаться наедине с Ее Величеством.

— Конечно, — к удивлению Аран, тот без возражений удалился.

Оставшись наедине с Сайласом, она почувствовала, как внутри поднимается тревога. Она никак не ожидала, что он застанет ее в объятиях Рорка в саду, хотя виной всему было лишь ее головокружение.

Что теперь можно сказать в свое оправдание? Что произошедшее в саду было просто случайностью?

Однако, до тех пор, пока Сайлас не задает вопросов, любое ее объяснение может прозвучать ещё более подозрительно.

Впрочем, Рорк уже столько раз сопровождал ее — и публично, и приватно — что, возможно, Сайлас даже не придаст их пикантной сцене особого значения.

— Что ж, после сегодняшней встречи мы еще долго не увидимся, — начала Аран. — Когда ты планируешь уехать?

— Я покину дворец сразу после нашего разговора.

— Быстрее, чем я ожидала. Прошу прощения, если я тебя задержала.

Сайлас искренне покачала головой:

— Нет-нет. Знаете, в путешествиях под луной есть своя прелесть. Ночное небо столицы прекрасно.

— Верно. Но мне также нравятся ночи в Данаре. — с легкой улыбкой возразила Аран. — К счастью, сегодня полнолуние — дорога не будет слишком тёмной.

Императрица повернулась к чайной чашке, стоявшей рядом. Воротник платья, слишком свободный для ее тонкой шеи, съехал вбок, обнажив кожу. И яркие багровые следы на ней.

Герцог Сайлас на мгновение потерял дар речи.

— Надеюсь, своими словами вы желаете мне острого ночного зрения.

Шутка прозвучала слишком плоской, и императрица не нашлась с ответом.

Молчание затянулось. В какой-то момент Аран удивленно посмотрела на Сайласа, а затем, проследив за его взглядом, резко прикрыла шею ладонью. Но было поздно — ее лицо сначала вспыхнуло румянцем, а потом тут же побелело.

Герцог встретился с императрицей взглядом. По ее лицу было видно, как унизительно она себя чувствует в данный момент.

В этот момент он понял: Рорк и Аран не были возлюбленными.

Хотя имела ли его догадка какое-то значение?

В голове мужчины тут же всплыли воспоминания об извращенной иерархии их власти. Императрица являлась лишь номинальным правителем, в то время как реальная власть принадлежала Великому герцогу. Какими бы ни были их отношения, равновесия достичь не удастся.

— Это дело рук герцога? — Сайлас хотел было извиниться за то, что откровенно разглядывал обнаженную кожу императрицы, но вместо этого выдал совсем другой вопрос. Его уже было не остановить. — Он принуждает вас?

Аран широко раскрыла глаза. Вопрос, звучавший так, будто он уже знал, что ее мучитель — герцог Рорк, заставил ее осознать:

— Это ты.

С этим осознанием сердце Аран упало в пропасть.