Онлайн чтение книги Ночь императрицы Your Majesty, I Want You
1 - 48

Долгий поцелуй герцога заставил Аран дрогнуть. Его губы были властными, требовательными, и прежде чем она успела опомниться, он уже подхватил ее на руки и направился к ложу.

Она почувствовала жар в его взгляде и резко отвела глаза в сторону. Герцог не упрекнул ее, лишь приподнял тонкую ткань платья, обнажая кожу.

Аран крепко зажмурилась, принимая его прикосновения. Сопротивляться она не стала, но грудь ее вздымалась учащенно, предательски выдавая волнение. Герцог на мгновение задержал взгляд на ее трепещущем силуэте, затем с легкостью снял платье и нижнее белье, оставив девушку полностью обнаженной.

В свете масляного светильника ее худощавое тело предстало перед ним без всяких прикрас.

Вопреки привычной стремительности, Рорк не стал сразу же овладевать императрицей. Вместо этого его ладонь медленно скользнула вдоль четких контуров ее ребер, плоского живота. Он не понимал, почему ее хрупкое тело так притягивает его взгляд. Разве все женщины сводят с ума таким образом? Но развивать эту мысль ему сейчас не хотелось.

Пальцы, блуждавшие по животу Аран, поднялись выше, задержавшись на твердом бутоне соска. Необычная медлительность герцога заставила императрицу приоткрыть глаза.

— Вы обдумали мое предложение? — задумчиво спросил Рорк.

— Какое?

— О браке.

На лице девушки отразилось замешательство.

Неужели он тогда говорил серьезно?

Она попыталась игнорировать мужские пальцы, сжимающие ее сосок, и найти разумные причины для отказа.

— Женитьба на мне не принесет тебе никакой выгоды. — ответила она.

— Почему ты так думаешь? — невозмутимо спросил герцог.

— Все, что я могу дать тебе и будущему ребенку, — это права наследования. Но я даже не уверена, что смогу родить…

Лицо Аран омрачилось.

Месячные у нее уже давно прекратились, а бесчисленные ночи, проведенные с герцогом, так и не принесли плода. Возможно, она и правда утратила способность к зачатию.

— Ребенок не так уж важен, — проговорил Рорк, и его голос звучал до странного отстраненным. Аран вспыхнула:

— Что за бессмыслица. Твой род знатен и влиятелен. Если не возьмешь здоровую жену, то… — она не успела договорить.

Герцог резко впился зубами в шею императрицы, заставив ее вскрикнуть от неожиданной боли.

— Мне уже вдоволь наговорились на эту тему, так что Ваше Сиятельство может пощадить меня, — сквозь зубы бросила она.

Рорк грубо раздвинул ее бедра, обнажая самое сокровенное. Аран прикрыла лицо рукой, чувствуя, как жар стыда разливается по коже.

Ее тело казалось бледным, почти прозрачным, но между ног алел насыщенный румянец.

Несмотря на то, что она бессчетное количество раз принимала в себя мужчину, внизу у нее по-прежнему не было ни намека на распущенность. Все такая же плотно сомкнутая плоть, под стать своей холодной и неприступной хозяйке.

И только герцог знал, какая жгучая тайна скрывалась за этой сдержанностью. Он был единственным, кому довелось узнать тайну императрицы. От одной этой мысли кровь прилила к низу его живота.

Сдерживая нетерпение, Рорк провел пальцем по упрямо сжатому входу. Ласки и поцелуи сделали плоть чуть более податливой, но этого было недостаточно.

Легкий нажим — и он почувствовал, как ее нутро судорожно сжалось в ответ. Не спеша, он собрал выступившую влагу на кончиках пальцев и коснулся бугорка, скрытого в складках.

Аран резко вдохнула, ее живот приподнялся и медленно вернулся в прежнее положение.

Герцог перекинул ноги девушки себе на плечи, полностью отдавшись их маленькой игре. Каждый раз, когда его пальцы намеренно задевали ее клитор, она вздрагивала, издавая тихие, прерывисто-горячие стоны.

Вскоре бугорок набух, став твердым и болезненно отзывчивым. Дыхание Аран участилось, губы приоткрылись, выпуская короткие, неровные выдохи. Теперь даже малейшее прикосновение к перевозбуждённому клитору причиняло ей почти нестерпимое напряжение.

Герцог на мгновение убрал руку, но только лишь для того, чтобы обхватить ее всю своей грубой, покрытой шрамами и мозолями ладонью. Он сжал нежную кожу, растирая, распределяя влагу по всей поверхности.

— А-ах… — Аран выдохнула, и ее тело вновь дрогнуло.

Его ладонь не могла дать такого же интенсивного ощущения, как пальцы, но давление на клитор и окружающие его складки было более чем достаточным. Удовольствие накапливалось медленно, но неумолимо.

Герцог почувствовал, как под его рукой ее плоть становится горячее. В какой-то момент он наклонился и коснулся губами внутренней поверхности ее бедра.

— М-мх… — короткий женский стон сорвался в ответ на его движение.

Когда тело Аран вздрогнуло в последний раз, оставив на его ладони липкую смазку, герцог спокойно облизал пальцы, наблюдая, как вход в лоно, наконец, расслабляется.

Он прекрасно помнил, как она реагировала на него в карете. Ему хотелось снова увидеть императрицу такой — потерянной, жадной. И пусть имя «Энох» резало слух, но если так Аран станет цепляться за него…

— Ваше Высочество…

Он нарочито нежно назвал ее прошлый титул, коснувшись губами острых скул, переносицы, дрожащих губ. Затем приподнялся, сбрасывая рубашку. Когда его торс — плотный, без единого изъяна — обнажился, Аран растерянно отвела взгляд, словно не зная, куда деть глаза.

Среди всех женщин, которых он знал, не было никого более стыдливого, чем она. Ее смущение казалось ему милым, и в то же время… Слегка досадным. Рорк жаждал, чтобы императрица смотрела на него так же, как и другие — с голодом в глазах.

С почти жестокой решимостью он схватил руку девушки и прижал ее к своему животу, прямо внизу ребер. Пальцы Аран дернулись, наткнувшись на твердые мышцы, но он не отпустил. Наоборот — разжал ее кулак и заставил провести по каждому изгибу своего тела, чувствуя дрожь ее пальцев на своей коже.

Ее рука, скользящая вверх по его груди, сильно дрожала. И тогда Рорк осознал: за все время их близости она ни разу не прикоснулась к нему первой. Это снедало его.

Раньше все было иначе. В детстве Аран не знала стыда — сама норовила стащить с него одежду, изучала каждый шрам, без тени смущения касалась мускулов, не колеблясь прижималась губами к его коже. А однажды, случайно возбудив его, с детским любопытством потянулась к его напряженному члену, заставив юношу покраснеть до кончиков ушей. Теперь те времена казались далеким сном.

Его тело больше не будоражило ее. То, что другие женщины считали благословением, для Аран стало угрозой.

Широкие плечи заставляли ее съеживаться, мощные руки сковывали сильнее веревок, а когда его грудь прижималась к ней — она задыхалась так, будто находилась в ловушке. И ниже пояса он был для нее не мужчиной, а оружием, готовым пронзить насквозь.

Герцог знал, что императрица боится его. Но пути назад не было. Он не был создан для сожалений — все, что он сделал с Аран, казалось ему неизбежным.

В то время это был единственный выход. Да и сейчас тоже.

И все же в этот миг он, кажется, чуть-чуть понимал, почему она тоскует по тому, каким он был раньше.

Ему хотелось снова увидеть тот взгляд — теплый, полный желания и нежности.

— Открой глаза, — приказал он.

Когда Аран не подчинилась, он погрузил средний палец в ее влажное нутро.

Привыкшее к нему тело приняло его без сопротивления, но сама девушка сморщилась от боли и непривычного вторжения. Когда добавились указательный и безымянный, она наконец приоткрыла веки.

Ее глаза блестели от возбуждения, но в них не было ни любви, ни томления. Горечь заполнила его рот. Чтобы заглушить неприятное чувство, он удвоил усилия.

Медленно расширяя ее плоть, он прикусил кончик носа Аран.

— А-ах… — Мимолетный испуг в ее глазах растворился в удовольствии.

Пальцы, все это время лежавшие на его груди, впились в кожу, оставляя полумесяцы от ногтей.

— М-мх… ах… да… — С каждым резким толчком ее влага разбрызгивалась на простыню. Герцог безжалостно бил в те точки, что сводили ее с ума, и Аран отвечала именно так, как он хотел.

Кожа горела от интенсивного трения, и влаги было так много, что каждый толчок сопровождался громким, влажным шлепком. От движений герцога Аран уже несколько раз успела содрогнуться в экстазе.

— М-мх… ах… да…

Они ещё даже не перешли к делу, а она уже была полностью измотана.

Но для Рорка все это было только прелюдией. В мгновение ока он сбросил брюки, обнажаясь перед императрицей полностью. При свете масляного светильника его тело казалось еще более массивным, отчего Аран невольно сжалась.

Не дав ей опомниться, Рорк раздвинул ее плоть пальцами и ввел только кончик головки. Ее нутро, разгоряченное долгим ожиданием, сжались вокруг его орудия, жадно затягивая его глубже.

Скользкие, горячие стенки обхватили его, умоляя войти до конца, но он сопротивлялся искушению, продвигаясь медленно, мучительно неспешно.

— А-а-ах… — Аран выгнулась, ее ноги непроизвольно обвили его поясницу.

Герцог почувствовал, как кружится голова от нахлынувшего желания, но стиснул зубы, сдерживая себя.

— Пожалуйста… — ее голос звучал как мольба.

Это слово сломало его терпение. Сдавленно выругавшись, он вошел до конца одним резким движением.

— А-а-а! — Аран вскрикнула, ее тело дернулось в судороге.

Герцог на мгновение замер, завороженный ее реакцией. Но мысль о том, что однажды она может так же отзываться на другого мужчину, заставила его кровь вскипеть.

Он ревновал к несуществующему мужу, за которого она могла выйти. Сжав челюсти, он оттянул бедра назад и снова вонзился в податливую плоть до предела.

— Х-ха-а…! — Она снова вздрогнула, уже на грани нового пика.

Рорк не стал щадить ее. Он начал двигаться резко, безжалостно, не оставляя Аран передышки.

— Ах… п-погоди… медленнее…

— Если не я… То никто… Не получит тебя…

— О чём… ты… а-а-ах!

Ее грудь бешено колыхалась с каждым толчком, и он схватился за нее, сжимая с почти грубой силой. Аран дернулась, даже в забытьи чувствуя боль.

— Больно!

Ее крик заставил герцога тут же разжать пальцы. Но на нежной коже уже остались красные следы.

Его собственные отметины.

Раздражение кольнуло его где-то в глубине — не только из-за того, что он причинил ей боль, но и из-за того, что сожалел об этом.

Наклонившись, он попытался скрыть следы поцелуями, но синяки лишь темнели. Получается, вместо того чтобы загладить вину, он только сделал хуже.

В конце концов, сдавшись, Рорк обхватил императрицу за спину, прижимая к себе так сильно, что ее грудь расплющилась о его мускулы.

— Х-ха… — Аран вздрогнула, когда их тела соединились еще глубже.

Несмотря на все произошедшее между ними, ее руки тоже обвили его спину.