Онлайн чтение книги Ночь императрицы Your Majesty, I Want You
1 - 2

Разница в силе между ними была весьма ощутимой. Императрица почувствовала, как ее буквально затащили в объятия. Она не отличалась низким ростом, но по сравнению с герцогом, ее тело словно потонуло в его руках.

Казалось, мужчина горел огнем. Самая горячая часть выпирала снизу, бесцеремонно утыкаясь ей в живот. Императрица опустила изумленный взгляд на весьма внушительно топорщившуюся ширинку герцога.

«Я же ничего не сделала, как же..?»

Внезапная догадка прошила молнией: на ней не было ничего кроме тонкой ночной сорочки. Мысль о том, что она никого не увидит до рассвета, обернулась роковой ошибкой. Императрица судорожно вцепилась в края своего одеяния в защитном жесте и покачала головой.

Великий герцог приподнял её дрожащий подбородок. Встретившись с ним взглядом, императрица вздрогнула и закрыла глаза.

— Пожалуйста, — прошептала она. — Сегодня я совсем не в настроении…

Власть и величие императрицы ничего для него не значили. Поэтому все, что ей оставалось, — это умолять.

— В любой другой день я бы с радостью исполнил вашу просьбу, Ваше Величество, но, боюсь, сегодня мне не сдержаться. — за его легким, шутливым тоном пряталась удушающая похоть.

Он осторожно разжал пальцы императрицы, которые все еще цеплялись за ночную рубашку. Ткань соскользнула вниз, обнажив плечи и верхнюю часть груди.

Ее тело выглядело бледным и худым, вызывая скорее жалость, чем похоть. Но тонкая длинная шея и чистая кожа странным образом возбуждали его. Взглядом он какое-то время пристально изучал ее полуобнаженное тело, после чего, не дав опомниться, ловко сорвал с нее нижнее белье и отбросил его на пол.

— Мне и в правду плохо. Пожалуйста, уходи. — императрица призвала на помощь все оставшееся самообладание, но ощутив его руку на своей груди, поняла, что ее разум помутился. Она бессильно забилась в его объятиях, но он лишь сильнее сжимал ее плоть в своей ладони. Императрица всеми силами старалась оттолкнуть его, но герцог продолжать стоять как скала. Покорный слуга днем, ночью он превращался в полную свою противоположность.

Решительно подавив все сопротивления, он склонился и поцеловал ее в длинную шею. Затем его горячие губы скользнули ниже и впились в сосок.

— Ах!

От неожиданного укуса с ее губ сорвался тихий стон.

— Простите, сегодня я могу вести себя несколько грубо. Я все еще злюсь из-за того, что произошло днем. — прошептал герцог, оторвавшись от соска.

Что он имеет в виду? Выбор победителя на охоте или то, что выставил меня перед всеми в неловком свете? Заметив, что императрица колеблется, великий герцог снова заговорил.

— Я всего лишь хотел порадовать Ваше Величество своим скромным трофеем, но он, кажется, вам не понравился?

Он игриво, но ощутимо сжал её грудь. Императрица, подавив болезненный стон, с трудом ответила:

— Клянусь, я не хотела принизить твои старания… Ха… Просто твой способ показался мне слишком жестоким… Прошу прощения, если обидела.

Услышав ее слова, великий герцог поднял голову. По его лицу можно было увидеть, что он забавляется и в то же время презирает ее. На уголках чувственных губ заиграла насмешка.

— Вы такая наивная, Ваше Величество. Так легко поддаетесь на обман, что мне хочется дразнить вас еще больше. — прошептал он и оставил поцелуй на ее щеке. В его дыхании чувствовался легкий запах алкоголя.

Императрица поняла, что ее вновь обвели вокруг пальца.

Не дав своей жертве опомниться, герцог развернул ее и заставил опереться руками на стол, заваленный бумагами.

— Постой. — слабо запротестовала она. — Мне не нравится так… В такой позе…

— Врешь. — герцог скользнул языком по раковине ее уха — Разве ты не в восторге, когда я нахожусь сзади?

От внезапного влажного прикосновения императрица невольно вздрогнула.

— Нет, я…

Она попыталась снова развернуться, но он лишь коротко цокнул языком.

— Обычно я нахожу твои капризы весьма милыми, но сегодня у меня нет времени на уговоры. Если не хочешь, чтобы было больно, лучше сдайся сразу.

В его голосе послышался холод. Значит, его и без того небольшое терпение уже на исходе.

Императрица обреченно опустила глаза. Герцог в принципе никогда не отличался кротким нравом, но сегодня казался особенно неумолимым. А как ей было известно, в такие дни лучше спокойно отдать ему то, что он хочет.

Ее взгляд упал на слова в документах. Она усердно изучала эти бумаги совсем недавно.

«Отчёт о торговле в порту на Тоннерском море».

Чтобы отвлечься от происходящего, императрица начала машинально читать. Она понимала, ее действия бессмысленны, но продолжала цепляться за все, что помогло бы ей забыть о своем положении прямо сейчас.

— Даже не пытайся думать о чем-то другом. Я начинаю злиться.

Большая ладонь со звонким звуком опустилась на ее ягодицу. Он не причинил ей боли, но своим жестом буквально выбил из колеи. Вскоре ее ночная рубашка была сорвана окончательно, и на всякую торговлю стало откровенно наплевать.

Императрица поспешно кивнула. В данный момент важнее всего угодить ему. Расстегнув ремень, герцог попытался грубо войти в нее.

— Ах… — с ее губ вновь сорвался болезненный стон без какого-либо намека на удовольствие. Казалось, она никогда не привыкнет к этой боли.

Великий герцог попытался войти снова.

— Расслабься.

Императрица тоже этого хотела. Пусть будет больно, лишь бы ее мучитель поскорее удовлетворил свою похоть и ушел. Но тело, напряженное до предела, никак не хотело подчиняться ей. К тому же, даже когда она находилась в возбужденном состоянии, член великого герцога все еще оставался слишком большим для нее.

После нескольких неудачных попыток он раздраженно выругался:

— Сколько же с тобой хлопот.

В каждом его слове чувствовались гнев и неудовлетворенная похоть. Императрица задрожала в ожидании наказания. Великий герцог надавил ей на голову, заставив лечь грудью на стол.

Прижатой щекой она коснулась торгового отчета и почувствовала, как бумага начинает промокать от ее слез. Завтра ей точно не удастся разобрать ни одного слова.

«Нельзя…» — не успев додумать, она почувствовала прикосновение длинных пальцев к своей промежности, и все ее мысли тут же улетучились. Императрица вздрогнула и рефлекторно попыталась подняться, но великий герцог надавил ей на затылок, не позволяя шевелиться. Тем временем его палец уже проник внутрь.

— Ха-а-а…

Сухое лоно плотно сжалось, словно отказывалось принимать незваного гостя, но великий герцог, не обращая внимания, принялся двигать пальцем взад и вперед. От подобной бесцеремонности императрица простонала:

— Ах, больно…

Императрица нервно дышала, ощущая как его палец копошится внутри. Не зная куда деть руки, она судорожно вцепилась в документы, лежащие на столе так, что побелели костяшки. Из ее горла невольно вырвался всхлип.

— Это всего лишь один палец, не перебарщивай. — сухо заметил великий герцог. Как он и сказал, боль не была такой уж невыносимой. Просто страх многократно увеличивал ее чувствительность к ощущениям.

Его красивый длинный палец продолжал быстро двигаться внутри нее, повторяя движения члена. Через некоторое время сжатое внутреннее пространство немного расслабилось. Не теряя времени, он ввел еще один палец.

— Ах!

Поступательные движения пальцев герцог перемежал со шлепками, которые обрушивал поверх ее ягодиц. Громкий стыдный звук лишь усиливал чувство уничижения у императрицы. Великий герцог знал об этом и намеренно шлепал так, чтоб было слышно отчетливее.

Вскоре ее ягодицы покраснели. При каждом болезненном ощущении ее нутро сжималось от напряжения.

— Кажется, тебе стало лучше, раз решила так отчаянно сопротивляться моим пальцам.

— Что ты имеешь в виду? — Императрица резко замотала головой, но, несомненно, понимала, что к общей вяжущей боли начало примешиваться щекочущее ощущение. Словно в подтверждение, ее промежность постепенно начала увлажняться. Заметив это, великий герцог криво усмехнулся.

Зажмурившись, императрица попыталась успокоить свое разгоряченное тело, но вопреки ее намерениям, с закрытыми глазами, пальцы внутри стали ощущаться ещё отчётливее.

— Ух, хм…

— Интересно, если ли где-нибудь еще такая же противная и хлопотная женщина, как ты? Мы с тобой не первый раз вместе, но мне все равно приходится прилагать усилия.

С этими словами великий герцог усердно продолжал расширять узкое пространство внутри нее. Сейчас его пальцы скользили лучше, чем раньше, но этого все еще было недостаточно. В звуках, издаваемых императрицей, слышалось больше боли, чем страсти.

Если она останется в таком состоянии, то он определенно порвет ее. Великий герцог коротко прищелкнул языком, затем намочил большой палец выделившейся смазкой и начал массировать ее клитор.

— А-ах!

От сильного ощущения императрица невольно выгнулась и издала пронзительный крик. За спиной послышался тихий смех. Ее лицо вспыхнуло от стыда.

— Хватит, не надо…

— Ты уже крепко сжимаешь мои пальцы внутри себя, не так ли?

— Нет, нет…! Ух…

Прикосновения, одновременно массирующие ее чувствительное место и проникающие внутрь, казались почти невыносимыми. Императрица заерзала бедрами, пытаясь избежать его рук. Она не знала, как это выглядело в его глазах. На красивом лице великого герцога погасли последние признаки снисходительности.

Его движения внутри нее стали грубее. Ощущение щекотки внизу живота сменилось покалыванием. Казалось, все нервы и жар сосредоточились между ее ног.

Императрица, подавляя рвущиеся наружу стоны, отчаянно тряхнула головой. Тонкая лента, удерживающая ее волосы, развязалась, позволив длинным золотым волосам каскадом рассыпаться по спине. Великий герцог, поглощенный ласками ее лона, внезапно замер.

Неужели он собирается остановиться? Затаив маленькую надежду, императрица перевела дыхание.

Рука, державшая ее голову, скользнула по шее и начала перебирать светлые золотистые волосы. Вместо нее на затылок опустились губы. И хотя давящая сила исчезла, императрица, все еще чувствовала пальцы внутри себя и была слишком напугана, чтобы подняться.

Словно поощряя ее за послушание, великий герцог нежно коснулся губами ее шеи и уха. А затем его пальцы снова начали двигаться, лаская ее нутро. В отличие от губ, его руки оставались грубыми. Внизу стали раздаваться влажные звуки.

— Просто, хм, ах…! Лучше просто, сделай это…

— Ваше Величество слишком уверена в своем теле. Если я сделаю это сейчас, то наверняка порву тебя и тогда завтра ты даже сидеть не сможешь.

— Пожалуйста, ах…!

Его большой палец настойчиво тер ее клитор. Смазка обильно потекла по бедрам.

— Тебе правда неприятно?

— Я… Я виновата… Хмх… Пожалуйста, прости меня… — всхлипывая, взмолилась императрица. Из ее глаз ручьем текли слезы. Правительница всея Империи, восседающая на троне, сейчас плакала и лежала на столе в непотребном виде, отдав себя на растерзание мужским рукам. При этом сам великий герцог даже не потрудился раздеться.