Онлайн чтение книги Ночь императрицы Your Majesty, I Want You
1 - 4

Помолвка продлилась недолго. Всего через год выяснилось, что семейство Рорк готовило мятеж против Империи. Герцога и Герцогиню немедленно казнили. Эноха оставили в живых, благодаря слезным мольбам Аран. Его даже не сделали рабом — просто лишили титула и всех привилегий. Для этого принцессе всего лишь потребовалось отказаться от пищи и воды на три дня. Император тут же сдался и забрал Эноха ко двору, сделав его слугой.

Несмотря на расторгнутый союз, Аран не переставала заботиться об Энохе. Более того, ее опьяняла сама мысль, что лишь она одна может помочь своему возлюбленному. Принцессу мало волновало, какая судьба постигла его семью. Главное, что он остался жив. Иногда, она даже плакала из-за жалости к Эноху, лелея в душе свою сладостную печаль.

К сожалению, это счастье оказалось таким же мимолетным, как и помолвка. Ее родители — надежда и опора — трагически погибли в результате аварии. Императрица скончалась на месте, а Император был сильно покалечен и прикован к постели.

Наследный Принц, взявший бразды правления в свои руки, немедленно отправил Эноха в армию, а после сослал на самую дальнюю границу Империи. Аран отчаянно протестовала, но ее брат был вовсе не таким, как отец.

Желая заполучить богатства сестры, наследный принц задумал выдать ее замуж за богатого маркиза Максвелла, как только та войдет в брачный возраст. Стоит заметить, что маркиз был старше своей невесты на пятьдесят лет.

Когда Император скончался, и старший брат взошел на трон, одним из первых его указов стало объявление о скорой свадьбе Аран и маркиза Максвелла.

В день венчания, Энох и его верные солдаты тайно проникли во дворец, обезглавили Императора, а за ним и остальных мужчин Императорской семьи. Аран осталась единственной выжившей представительницей Императорского рода. Глядя на своего бывшего возлюбленного в ужасе и оцепенении, она услышала его бесстрастный голос:

— Когда-то, ты спасла мне жизнь, Аран. В качестве благодарности я дарую тебе выбор: принять яд и умереть с честью, или ублажить меня ртом и выжить.

Охваченная ужасом перед смертью, Аран, не раздумывая, выбрала второй вариант. Так, опустившись на колени в окровавленном свадебном платье, она неуклюже взяла в рот член некогда любимого мужчины. В награду за покорность Энох объявил ее Императрицей и единственной наследницей престола.

***

Аран очнулась, когда солнце уже садилось. Заметив багровые лучи заката, пробивающиеся сквозь окно, она в ужасе подскочила в постели. Вернее, попыталась это сделать. Стоило приподнять верхнюю часть тела, как ее тут же пронзила резкая головная боль, заставив снова обессиленно упасть на подушку. Тело казалось ватным и неподъемным. Служанок нигде не было видно.

«Что с моими обязанностями?»

Хотя самые важные мероприятия в честь Дня основания империи закончились еще вчера, у нее оставалось еще несколько мелких дел. Кажется, она все пропустила. Аран сжалась от чувства вины. Каждая мышца ее тела, измученная прошлой ночью, болезненно ныла. Девушку била дрожь, как при высокой температуре.

Она закусила губу. Воспоминания о прошедшей ночи снова появились в голове. Несмотря на то, что ей было нехорошо, герцог не проявил ни капли милосердия. Он знал, что она вспыхивает, как спичка, от одного его прикосновения, и нарочно делал больно. Чем все кончилось она не помнила, потому что потеряла сознание.

Аран повернула голову в сторону рабочего стола. На нем не осталось ни следа после вчерашнего. Все было чисто и аккуратно, словно все произошедшее ей приснилось.

Осторожно опустив ладонь под одеялом, она коснулась своих бедер. Кто-то обтер ее, потому что кроме липкости от пота, на коже не осталось ни следа посторонней жидкости.

— Ах…

Промежность оказалась настолько натерта, что даже малейшее прикосновение вызывало болезненный стон. Да уж, в течение нескольких следующих дней сидеть будет проблематично.

Аран убрала руку, и в этот момент дверь открылась. На мгновение она сжалась, подумав, что вернулся герцог, но, к счастью, там оказалась всего лишь одна из ее служанок.

— Вы проснулись? — спросила она и поставила поднос на стол. На нем стояли прохладный медовый напиток и жидкий суп. — Я уже начала волноваться и хотела вас разбудить. Хотите поесть?

Она была вежлива, но разговаривала слишком фамильярно, явно не как с императрицей. Аран не стала ее поправлять. В поведении служанки полностью отражалось нынешнее положение правительницы.

Не более, чем марионетка в руках герцога Рорка, императрица без какой-либо власти.

Сразу после переворота всех, кто был предан Императорской семье, устранили, а их места заняли люди герцога. Теперь Аран была полностью в его власти, и, если бы не его покровительство, она оказалась бы свернута в мгновение ока. Настоящим правителем Империи стал великий герцог Рорк.

— У меня нет аппетита.

— Но герцог приказал вам обязательно поесть. Он переживает, что вы могли слишком переутомиться накануне.

Лицо Аран залилось краской.

Казалось, в словах герцога не было ничего предосудительного. Императрица и так не отличалась крепким здоровьем, а из-за празднования Дня основания империи у нее выдался напряженный график, поэтому его беспокойство как подданного было вполне понятным. Но в ее ушах эти фраза звучала иначе. И служанки, которые были рядом с ней, наверняка знали об их отношениях с герцогом. Лишь совсем глухие не услышали бы ее стоны, доносящиеся из спальни каждую ночь.

При упоминании о герцоге Аран неохотно взялась за ложку. Если она откажется от еды, у служанки точно будут неприятности. И не только у нее.

Для всех герцог выглядел спокойным и рассудительным человеком, но на самом деле он был очень капризным и чувствительным. Если не подчиниться его воле, он обязательно найдет, к чему придраться.

Прямо как вчера.

Аран насильно приподнялась в постели и заставила себя проглотить несколько ложек супа.

— Кто убрал документы? — она покосилась на рабочий стол.

— Герцог забрал их, сказав, что просмотрит. — ответила служанка.

Так даже к лучшему. Если герцог их просмотрит, то сможет вовремя одобрить торговые сделки. В конце концов, ему не нужно спрашивать ее мнения или получать одобрение. В этой империи не она принимает важные государственные решения, а он.

Наверное, он уже успел разобраться и с ее сегодняшними делами.

Аран не злилась из-за того, что ее лишили власти. Она прекрасно знала, что не создана для роли императрицы. Тем не менее, она старательно выполняла свои обязанности до тех пор, пока ее тело не достигало предела своих возможностей. В моменты занятости девушка забывала о своем шатком положении.

Сделав несколько глотков, Аран отставила суп. Подошло время пить лекарства. От горечи лечебных настоек ее язык словно онемел, но в целом она почувствовала себя немного лучше и смогла встать с постели.

Служанка помогла ей переодеться. Хотелось искупаться, чтобы смыть пот, но из-за температуры она не могла этого сделать.

Аран села на стул и открыла книгу. Нужно наверстать упущенное, поскольку накануне она так не смогла выполнить свои обязанности. Поскольку отец-император никогда не одобрял ее интерес к политике, Аран мало что понимала в вещах, о которых должна знать императрица.

Сидеть было больно, но она старалась не обращать на это внимания и терпеливо перелистывала страницы. Служанка накинула ей на плечи толстое одеяло, но Аран все равно трясло.

— Вам следует отдохнуть сегодня, Ваше Величество.

Служанка попыталась остановить ее, но девушка упрямо не отрывала взгляда от книги.

— Все в порядке. Ты тоже можешь отдохнуть.

— Как я могу отдыхать, когда Вашему Величеству плохо? — смущенно ответила та.

Аран чувствовала благодарность за заботу и в то же время неудобство из-за того, что не могла сесть в удобную позу в присутствии постороннего человека. Более того, слова служанки напоминали ей о приказе герцога, отчего сердце тревожно сжималось.

В конце концов, ей удалось отправить служанку восвояси.

Как только та вышла, Аран залезла с ногами на стул, осторожно подтянув колени к подбородку. Только тогда боль немного утихла. Отложив книгу, она прижалась лбом к коленям.

«И это императрица?»

Ей было понятно, почему аристократы презирали ее. Наверное, на их памяти еще не было настолько жалкой императрицы, какой являлась она. Ничего не знающая, ничего не умеющая, бессильная. Иногда даже казалось, что было для страны было бы лучше, если бы герцог убил ее и занял трон сам.

Аран тупо смотрела на книгу, лежащую перед ней на столе. Зная, что все усилия бессмысленны, она все равно не могла сдаться. И дело не в гордости или приличиях. Она все равно оставалась правительницей Империи, и, пока занимала трон, хотела творить добро для своих подданных. Пусть и неизвестно, сколько она еще может этим заниматься.

Снова взяв книгу в руки, Аран принялась читать вслух, хотя ее глаза отказывались воспринимать написанное. С каждой минутой сидеть и говорить становилось все труднее.

Как она могла устать, если ничего не делала весь день? Девушка собралась с мыслями, решив не тратить оставшееся время впустую.

В этот момент за дверью послышались приближающиеся шаги.

Тяжелые шаги говорили о том, что это не женщина. В этот час в спальню императрицы мог войти только один человек. Аран застыла.

Только не сегодня…

— Это я. Могу я войти? — из-за двери донесся низкий и бархатистый голос.

Девушка судорожно огляделась в поисках укрытия, быстро закрыла книгу и легла в постель. Она подумала, что если притворится спящей, то он уйдет.

— Ваше Величество. — настойчиво позвал он.

Аран натянула одеяло до самого подбородка и крепко зажмурила глаза.

После вчерашних мучений она не ожидала, что сегодня он снова вернется. Ее состояние было далеким от того, что повторять подобное. Она просто разрыдается, если он прикоснется к ней сейчас.

И это его наверняка разозлит.

Его гнев был невыносим. Он никогда не бил ее и не угрожал свержением с трона, но ничто не давало гарантии, что так останется навсегда. Стоит ему захотеть, и он может казнить ее, а после захватить трон. Аран никогда не забудет, как капли крови ее брата стекали с его меча.

Терпение герцога, наконец, лопнуло. Он распахнул дверь и, не сбиваясь с шага направился к кровати, где лежала Аран.