Онлайн чтение книги Ночь императрицы Your Majesty, I Want You
1 - 33

Ржание лошадей казалось оглушительным. Аран с нескрываемым отвращением окинула взглядом выстроившихся в ряд рыцарей и солдат.

Как только она немного окрепла, то поспешила отправиться в свое отложенное путешествие. Она больше ни на минуту не желала оставаться во дворце. Всю свиту она приказала сократить до минимума, чтобы не устраивать показуху. Однако герцог, ссылаясь на безопасность, настоял на том, чтобы охрану возглавил личный рыцарский корпус дома Рорк. Помимо него, в процессии следовали фрейлины, пажи, слуги для всякой черной работы и погонщики мулов с припасами. Любой, кто увидел бы это шествие, сразу бы понял — перед ним императорская свита.

Аран сделала вид, что не замечает герб рода Рорк на плащах рыцарей, и села в карету. Вместе с ней расположились фрейлины, которые, краснея, обсуждали, насколько доблестная досталась им охрана. Вместо того чтобы поддержать их восторг, Аран отвернулась и открыла окно, пытаясь хоть как-то улучшить свое подавленное настроение. Накануне она волновалась из-за ночного дождя, но, к счастью, сейчас погода была ясной.

Хотя свое путешествие она представляла совсем иначе, по мере удаления от дворца ее сердце начинало биться быстрее от предвкушения. Несмотря на промозглый, холодный ветер, оставшийся после ночного ливня, девушка высунула руку из окна. Она знала, что ее положение не позволяет подобной вольности, но волнение оказалось сильнее. Впервые за долгое время она почувствовала себя юной.

Ветер растрепал волосы Аран. В отличие от обычной строгой укладки, сегодня она оставила их распущенными. Люди, вышедшие посмотреть на процессию императрицы, радостно махали руками, когда их правительница, открыв окно, явилась взору. Когда ее великолепные платиновые волосы ослепительно засияли на солнце, крики стали еще громче.

Для них все трагедии, постигшие императорскую семью, и личные драмы императрицы были байками из другого мира. Людям было достаточно простого сиюминутного наслаждения зрелищем. Зная об этом, Аран с готовностью одарила подданных улыбкой.

— Ветер прохладный, — обеспокоенно сказала одна из фрейлин и накинула на плечи Аран длинную шаль.

— Ничего. Мне нравится прохлада, — ответила она.

Увидев столь редкую улыбку императрицы, фрейлина не стала возражать. Еще одна фрейлина, наблюдавшая за ними, вдруг вставила:

— Когда вы улыбаетесь, вы выглядите ровесницей мне, Ваше Величество. Было бы замечательно, если бы мы видели вашу улыбку чаще.

— Хм? — Аран склонила голову набок.

— Ваш вид всегда довольно суровый, — быстро прощебетала девушка. — отчего кажется, что вы на три-четыре года старше.

— Нет, ну вы посмотрите на эту девчонку… Простите, Ваше Величество. Я обязательно проведу с ней строгое беседу.

Старшая из фрейлин побледнела и испуганно посмотрела на Аран, в ожидании выговора.

— Ничего страшного. — та покачала головой. — В конце концов не пристало императрице выглядеть слишком молодо — это не придает достоинства.

Честно говоря, Аран всегда считала свой юный возраст недостатком. Поэтому, появляясь перед знатью, старалась одеваться в старомодные, закрытые наряды и не выражала никаких эмоций. Она уже и не помнила, когда в последний раз искренне улыбалась.

Последняя улыбка… Вместо приятных воспоминаний в голову приходили лишь образы принужденных улыбок по требованию Рорка. Аран решила не размышлять об этом.

Внезапно ей на глаза попался герцог, скачущий на коне. Словно почувствовав взгляд императрицы, он вовремя повернул голову. Аран поспешно убрала руку и закрыла окно. Недовольная тем, что ее прервали, она опустила и тяжелую портьеру.

— Вы больше не хотите смотреть? — спросила фрейлина.

— Достаточно, — отрезала Аран. Она чувствовала, что если продолжит смотреть на герцога, то не сможет контролировать свое выражение лица. Вплоть до прибытия в первое место назначения девушка больше не открывала окно.

Первым поместьем, которое посетили свита императрицы и герцога, стало графство Ревель, расположенное недалеко от столицы. Оно было небольшим, но славилось богатством и живописными видами. Особенно впечатляло то, что поместье графа стояло прямо у рукава реки Широп — главной водной артерии в империи, которая вызывала невольное восхищение.

Старый граф быстро выбежал встречать Аран и герцога. Точнее, он больше радовался встрече с герцогом, чем с императрицей.

— Давненько не виделись, граф. Как ваше здоровье? — поприветствовала его Аран, притворившись, что не знает о его настоящем положении.

— Благодарю за заботу. Я пока в добром здравии.

— Как я уже давала понять заранее, я намерена задержаться здесь на некоторое время.

— Оставайтесь, как вам угодно, Ваше Величество. Вы нисколько нас не обремените.

Так состоялся обмен любезностями, приправленными необходимой долей притворства, после чего граф проводил их в свой особняк.

Здание не выглядело грандиозным, но его дизайн идеально гармонировал с окружающим пейзажем. Особенно Аран порадовала спальня, которую ей выделили: из окна открывался вид на широкие поля и реку, вызывая искреннее восхищение.

Не успели они толком распаковать вещи, как граф пригласил их на ужин. Девушка быстро сменила одежду и вышла из комнаты.

На лестнице, ведущей в столовую, она столкнулась с герцогом. Он, видимо, уже ожидал ее, и естественным образом предложил локоть для сопровождения. Аран без колебаний приняла его. Не стоит нервничать из-за такой мелочи.

Однако, вопреки желанию успокоиться, ее тело оставалось напряженным, как струна. Заметив это, герцог прошептал Аран на ухо:

— Сейчас все вокруг решат, будто я не ваш слуга, а палач, который вот-вот вынесет вам приговор.

— Я… я просто устала от долгой поездки в карете, — поспешно соврала она.

Энох фыркнул. Аран казалось, что ее вывернет еще до того, как они окажутся в столовой. К счастью, идти было недалеко. Как только они вошли в комнату, девушка тут же отстранилась от герцога.

Там их уже ждали граф со своей женой и внучкой. Аран заняла почетное место во главе стола. Остальные последовали ее примеру и расселись по своим местам.

Вскоре подали блюда. Было видно, что хозяин поместья приложил много усилий: все кушанья были приготовлены из редчайших ингредиентов.

— Вам по вкусу? — спросил он, как только начался основной прием пищи.

Аран ответила вежливой похвалой:

— Если позволите, я бы хотела забрать вашего повара во дворец.

— Если бы повар услышал сейчас ваши слова, Ваше Величество, то умер бы от радости.

И хотя у императрицы не было намерения уводить повара по-настоящему, тот, без шуток, оказался мастером своего дела. Аран даже смогла заставить себя немного перекусить.

Во время всего ужина граф продолжал обращаться к герцогу, делая вид, что таким образом заботится об Аран. То же самое делала и его жена. Только внучка сидела молча, плотно сжав губы. Иногда она искоса поглядывала на герцога, и ее щеки заливались румянцем.

Герцог изредка кивал на обращения или давал короткие отговорки, не вступая в долгий разговор. И все же, благодаря красноречию графа, атмосфера в зале держалась на удивление теплой.

Даже Аран, которая не отличалась особой проницательностью, легко уловила, какова истинная цель их стараний. Она украдкой оглядела герцога. Тот, несомненно, понимал намерения графа, но, в то же время, даже взглядом не удостоил его внучку. Чем больше он игнорировал ее, тем сильнее волновался глава дома. Наконец, он прямо приказал ей продемонстрировать свой дар.

— Моя внучка с детства талантлива в пении. — как бы между делом заявил он. — Ах, не стоит говорить об этом просто так — раз уж прибыли столь важные гости, Корделия, покажи им свое мастерство!

— Мои способности несравнимы с певцами из Императорского дворца, — смущенно отозвалась та. Корделия выглядела ровесницей Аран и казалась на удивление застенчивой. Граф надавил еще пару раз, но девушка все равно качала головой.

— Прошу прощения. Моя внучка очень стеснительна. — неловко улыбнулся он.

Лицо Корделии пылало так, словно готово было лопнуть.

Судя по тому, как сильно давил граф, она, должно быть, обладала выдающимися способностями. И, видимо, при других обстоятельствах, часто демонстрировала свой талант. Вероятно, сейчас она не решалась выступить только потому, что перед ней были императрица и герцог. Увидев растерянный вид Корделии, Аран почувствовала желание помочь ей и ободряюще произнесла:

— Иногда так хочется услышать не безупречно отточенную песню придворных певцов, а что-то чуть более неловкое, но искреннее. Мне кажется, именно такую песню ты сможешь мне подарить.

Она почувствовала на себе взгляд герцога, но сделала вид, что не замечает его. В конце концов, она выполнила свою задачу здесь. Завоевать сердце герцога — вот настоящая цель Корделии, а выбор Эноха уже зависит от него самого.

Ободренная, внучка графа Ревель нерешительно поднялась. Ее румяное, залитое краской лицо казалось на удивление прекрасным. Вскоре меланхоличная песня о любви наполнила столовую.

Аран внимательно слушала. Несмотря на то, что от сильного волнения девушка иногда сбивалась, ее талант был очевиден. Граф имел все основания гордиться ею.

Когда песня закончилась, императрица искренне захлопала в ладоши.

— И правда, мои ожидания меня не обманули, — произнесла она.

Глаза Корделии, осыпанной похвалой, вспыхнули гордостью.

— Это было восхитительно, леди Ревель.

Стоило герцогу добавил свое слово, как на лицах графа и его семьи наконец расцвели улыбки. Корделия, оживившись, начала щебетать, задавая герцогу множество вопросов.

Аран выждала ровно столько времени, чтобы ее уход не выглядел грубостью, и покинула зал. Во-первых, Корделия с самого начала бросала на нее подозрительные взгляды. Во-вторых, она действительно устала после долгой езды в карете.

Быстро умывшись, Аран легла в постель. Вопреки ожиданиям, что незнакомая комната будет вызывать дискомфорт, она сомкнула глаза и быстро погрузилась в сон — настолько вымоталась.

На следующее утро девушка проснулась еще до восхода солнца. Усталость, тяжестью давившая на нее вчера, исчезла без следа. А мысль о том, что она не во дворце, сняла удушливое бремя.

Аран сама выбрала простое платье и переоделась. Горничные спали в соседней комнате, поэтому она не стала их будить. Свои волосы она собрала в простой хвост.

Приведя себя в порядок, девушка вышла из комнаты с намерением немного прогуляться на рассвете. Она ожидала, что никого не встретит в такую рань, но внезапно обнаружила в гостиной графа Ревель, потягивающего чай.

— Ваше Величество, вы так рано! — удивился он.

— Удивлена вашей бодростью, граф. — отозвалась Аран.

— Пришла старость, а вместе с ней ушло желание валяться в кровати. — граф открыто рассмеялся. Сегодня он выглядел гораздо непринужденнее, чем вчера.

Узнав, что императрица собирается прогуляться вдоль реки, Ревель попросил разрешения составить ей компанию. Та без лишних слов согласилась.