— Ай!
— Камилла!
Не в силах противиться чужой силе, я растянулась на земле, и Астер отчаянно позвал меня. Но тот мужчина уволок его еще быстрее.
— Шевелись!
Он торопил его, словно куда-то спешил. Я отвела взгляд от Астера — почему-то мне было невыносимо тяжело смотреть на него.
— Камилла!
В этот миг матушка крепко прижала меня к себе. Те люди уже давно скрылись из виду.
— О чем ты только думала, вот так внезапно выскочив наружу? А если бы эти люди причинили тебе вред!
— Прости...
Пока я удрученно бормотала извинения, матушка повела меня обратно к карете. Нам нужно было уезжать, и как можно скорее.
Ливень все так же лил стеной. Матушка с серьезным выражением лица вертела в руках переговорный камень и озабоченно шептала:
— Странно, что рыцари до сих пор не прибыли. И переговорный камень, и сигнальный амулет вышли из строя.
Не на шутку встревоженная, матушка оставалась начеку. Я, объятая страхом, жалась к ее боку. Из-за проливного дождя все вокруг казалось еще более зловещим.
— Похоже, кто-то заблокировал потоки магии в округе. Какому безумцу вообще могло прийти такое в голову...
Управление потоками магии требовало одобрения императорской семьи. Закон строго карал за подобные бесчинства, ведь они нарушали природное равновесие маны, что могло привлечь магических чудовищ.
— Нам нужно убираться отсюда, и побыстрее.
Матушка велела побледневшему кучеру поторапливаться. Стоило сгуститься сумеркам, как мы рисковали окончательно сбиться с пути.
— Гони живее!
— Д-да, госпожа!
Кучер, вид которого говорил о том, что он едва разминулся со смертью, прикрикнул на лошадей. Карета снова тронулась с места, однако гнетущее, леденящее душу безмолвие внутри экипажа никуда не исчезло.
— Вот за это я и ненавижу Бланшей.
— М-мама...
— Тебе тоже стоит поскорее забыть об этом мальчишке.
— Но..
Мне хотелось возразить, но, взглянув на суровое лицо матушки, я предпочла промолчать. В сущности, она была права.
Не было ничего опаснее, чем вмешиваться в чужие семейные дела. К тому же Астер принадлежал к роду наших заклятых врагов. Он определенно был из тех, от кого мне следовало держаться как можно дальше.
Подавленная, я глубже зарылась в объятия матушки. Карета возвращалась по прежней дороге. К несчастью, на этом наши беды не кончились.
Экипаж сильно тряхнуло, до нас донесся странный, заунывный вой. Раздался истошный крик кучера, после чего карета резко остановилась.
Вслед за этим последовал второй удар. Раздался страшный грохот, и карета сильно завалилась набок. От мощнейшего толчка экипаж в мгновение ока разлетелся в щепки, превратившись в груду обломков.
***
Когда я пришла в себя, то обнаружила, что меня выбросило наружу. Холодные капли дождя больно жалили тело.
Я никак не могла взять в толк, что произошло. Пока меня била крупная дрожь от пережитого потрясения, кто-то мягко коснулся моей головы.
— Мила, ты цела?
Это был голос матушки. Я со страхом подняла на нее глаза, и увиденное повергло меня в ужас.
— М-мама?
Ее лицо было мертвенно-бледным, на нем не осталось ни кровинки. К тому же ее тело было зажато обломками кареты. Увидев растекавшуюся под ней алую лужу, я оцепенела от испуга.
— М-мама!
— Тш-ш, будь умницей, моя хорошая.
— Хнык... мама, твоя нога!..
— С мамой все хорошо. Не плачь, дитя мое.
Матушка попыталась подбодрить меня вымученной улыбкой. Однако вопреки ее словам я прекрасно понимала, насколько все плохо. Ее ладонь была ледяной.
— Я... я вытащу тебя!
Позабыв о собственной боли, я вскочила на ноги и попыталась приподнять карету. Но куда там — разве могла десятилетняя девчушка сдвинуть с места тяжелый экипаж?
— Все в порядке, Мила. Куда важнее, чтобы ты...
Матушка попыталась остановить меня.
От внезапного дикого, заунывного воя заложило уши, а земля под ногами заходила ходуном. Только тогда я заметила то, что возвышалось за обломками кареты, и застыла как вкопанная.
Мне впервые в жизни довелось столкнуться с магическим чудовищем. От зловещего блеска его багровых глаз по спине пробежал леденящий холодок.
Я слышала, что подобные твари обычно походят на простых зверей, только с алыми глазами. Но это чудище было иным. Оно обладало телом исполина и звериной головой, а из его лба, подобно рогу, выпирал камень, источавший странную ману.
Повсюду, где ступало чудовище, от его скверной маны заживо гнили деревья, а в воздухе разлилось удушливое зловоние.
Чудище бродило кругами, но, похоже, мы с матушкой его ни капли не интересовали. Складывалось впечатление, что оно нас попросту не видит.
Догадавшись, что у твари что-то неладно со зрением, матушка крепко прижала меня к себе. Затем она закрыла мне ладонью глаза и прошептала:
— Тш-ш.
Она велела мне не издавать ни звука, и я послушно зажала рот обеими руками, молясь, чтобы тварь поскорее убралась восвояси. Но в этот самый миг откуда-то вырвались языки пламени и обрушились на чудовище.
От внезапного нападения чудище истошно взвыло и заметалось из стороны в сторону. Земля содрогалась от каждого его шага, однако объявшее его пламя и не думало гаснуть. Люди в черных одеждах обступили тварь со всех сторон и закричали:
— Схватить его! Это ценный образец!
Не обращая на нас с матушкой никакого внимания, они принялись ожесточенно терзать чудовище, заставляя его жалобно стонать от боли. Видя, как тварь в испуге пятится от огня, можно было понять, что это вовсе не дикий зверь.
— М-мама, там люди!
— Мила...
Глаза матушки были полуприкрыты. Не в силах больше вымолвить ни слова, она бессильно опустила голову.
Видя, что ей становится все хуже, я отчаянно закричала тем людям. Сама я была неспособна вытащить ее из-под обломков.
— П-помогите, пожалуйста! Здесь человек придавлен!
Но это было ошибкой. Люди в черном заметили нас. Столкнувшись с их ледяными взглядами, я оцепенела.
— Что? Здесь были люди?
— Проклятье! Ну и невезенье! Живее прикончите их!
— Но она ведь совсем ребенок...
— Какая разница?! На кону наши жизни! Не раздумывай и шевелись быстрее! Если нас поймают, нам точно конец!
Повинуясь приказу того, кто, судя по всему, был за главного, остальные нехотя двинулись в мою сторону.
Осознав, что помощи от них ждать не придется, я окончательно растерялась. Тем временем матушка, потерявшая сознание от сильной кровопотери, никак не реагировала, сколько бы я ее ни трясла.
От дикого страха у меня дыхание перехватило.
Откинув нападавших, магическое чудовище с ревом бросилось прямо на нас. Если туша этого исполина пронесется здесь, нас попросту раздавит насмерть.
— А-а-а-а!
Завидев несущуюся на нас тварь, я истошно закричала. Мой крик только сильнее разъярил чудовище, и оно прибавило ходу.
— Сперва поймайте эту тварь!
Люди бросились вдогонку за чудищем, чья огромная лапа уже готова была раздавить и обломки кареты, и меня саму. Я не могла бросить матушку, поэтому крепко обхватила ее голову руками и зажмурилась из последних сил.
В это самое мгновение, почуяв смертельную угрозу, магическое ядро внутри меня внезапно распахнулось. Потоки колоссальной маны хлынули из моего тела, и чудовище замерло на месте, словно изваяние.
Даже преследовавшие его люди застыли, не в силах сдвинуться с места.
— Ч-что это такое?!
— Это дар! Способность пробудилась!
Люди в ужасе уставились на мое проявление силы.
Я тяжело дышала, содрогаясь всем телом из-за внезапно пробудившегося магического ядра. Однако те люди не намерены были сдаваться. Они попытались растопить оковы с помощью магии огня.
Похоже, им кровь из носу нельзя было дать чудовищу сдохнуть. Они действовали в полном отчаянии. Но я была настроена еще отчаяннее. Думая лишь о том, что нужно как можно скорее спасти матушку, я пустила в ход свою силу, невзирая на то, как это истощало мое неокрепшее тело.
В тот миг, когда потоки воды и пламени хаотично смешались, я заприметила сияющий камень на лбу твари, и в памяти нечаянно всплыли слова отца: «У каждого магического чудовища есть ядро. Это их уязвимое место».
«Чему ты только учишь ребенка?» Из-за матушкиных упреков мне довелось услышать лишь малую часть. Я понятия не имела, как именно его разрушить, но сейчас нам нужно было спастись. Решив, что попытка не пытка, я сотворила ледяную стрелу и направила ее точно в лоб чудовищу.
С резким звоном кристалл разлетелся вдребезги, и взгляд чудища мгновенно потускнел. Похоже, у меня все получилось.
Издав глухой стон, чудовище тяжело рухнуло предо мной на колени. И в тот самый миг, когда камень раскололся, багровая вспышка, сорвавшаяся с тела твари, пронзила мое сердце.
В груди вспыхнула невыносимая мука, и я без чувств повалилась наземь. Казалось, внутрь меня забилось нечто чужеродное, лишая возможности сделать вдох. Сердце разрывалось от боли, дышать стало совершенно невозможно.
То было мое последнее воспоминание о том роковом дне. Прежде чем окончательно лишиться чувств, я успела разглядеть людей с черными татуировками, которые истошно кричали, пытаясь что-то отыскать.